Мари Лу – Бэтмен. Ночной бродяга (страница 21)

— Как хочешь. Знаешь, Харви с ума сойдет, если узнает, во что ты ввязался. И будет прав. Брюс, иногда ты должен довериться полиции, поверить, что они действуют ради всеобщего блага. Если Драккон узнает, что ты здесь что-то вынюхиваешь, она может продлить твой срок.

«Всегда такой любопытный, да, Брюс?» Юноша встряхнул головой, пытаясь стереть из памяти слова Мадлен.

— Давай так. Если я ничего не найду…

— Если мы ничего не найдем. — Дайан пожала плечами. — Теперь я твоя сообщница. Я не могу просто взять и оставить тебя здесь.

Брюс уставился на нее, но девушка не отвела взгляд.

— Отлично. Если мы ничего не найдем, обещаю тебе, я никогда в жизни больше так не поступлю. Никогда. Но ты никому не сможешь об этом рассказать. Я серьезно.

Дайан сурово посмотрела на него.

— За тобой должок. Я присмотрю, чтобы ты себя не прикончил.

Брюс криво ухмыльнулся.

— Ну, хорошо, хорошо, должок так должок. Спасибо, что присматриваешь за мной. Кстати, Люциус устраивает большое мероприятие через пару недель, чтобы продемонстрировать кое-какие достижения «УэйнТех» в области создания беспилотных дронов. Хочешь пойти за мной и проследить, чтобы я себя там не прикончил?

Дайан искоса посмотрела на него.

— Ты серьезно?

— Там будет весьма миленько.

— Еда хорошая?

— Лучшая, — пообещал Брюс.

Дайан надула губы и задумалась.

— Ну, хорошо, — произнесла она, наконец, — звучит, как хороший план.

Брюс указал на угол здания.

— Останься вон там, в том дверном проеме. Ты не так подозрительно выглядишь. Поглядывай по сторонам. Если я не вернусь через полчаса, позови кого-нибудь.

— Хорошо. Но только если ты все время будешь со мной на связи. — Дайан вытащила телефон и дважды ткнула по экрану пальцем. — И если ты не вернешься через полчаса, я сделаю все, чтобы вслед за тобой отправился каждый полицейский в Готэме.

— Справедливо.

Брюс пошел вдоль забора прочь от Дайан. Ограда оцепила все здание, и в ней не было ни малейшего проема, через который можно было протиснуться внутрь. В итоге юноша вернулся к тому же месту, с какого начал. Брюс остановился и потер глаза, уставшие от столь пристального изучения здания.

Что он вообще ищет?

Какая-то деталь внезапно привлекла его внимание. Он внимательнее пригляделся к ограде. Нахмурился, всмотрелся еще пристальнее.

В заборе не было прорех, это правда. Но в одном месте тянулась вереница металлических швов, как будто звенья ограды аккуратно перекусили, а затем сварили по новой. Это была очень мелкая деталь — настолько мелкая, что Брюс сам ее едва не пропустил. Но это, несомненно, улика. Ограду спаяли. А это означает, что кто-то в какой-то момент времени сумел пробраться внутрь, а затем тщательно замел следы.

Строители. Следователи из департамента полиции. Частные детективы. Брюс быстренько перечислил все возможные варианты, не связанные с преступностью. Разумеется, это мог быть кто-то из них. Но Брюс находился на месте преступления, на месте нераскрытого преступления. А что, если Ночные бродяги пришли сюда не только затем, чтобы уничтожить наследие Беллингема? Брюс осмотрел фасад здания. Что-то в этом здании заставило кого-то незаметно сюда вернуться.

Брюс открыл рюкзак и достал лыжную маску и перчатки. Надев их, вытащил болторез и начал тщательно перекусывать болты, скрепляющие звенья ограды. Клац. Клац. Каждый болт беззвучно падал в подставленную ладонь. Юноша закинул срезанные болты обратно в рюкзак и закрыл его. В ограде теперь появилась небольшая прореха. Брюс расширил проем, а затем протиснулся внутрь, исчезая за черным брезентом.

К стене здания были прибиты деревянные доски, но между ними оставалось достаточно места, чтобы Брюс смог пролезть. Внутри пахло затхлостью, пылью и металлом. Стены давили на него со всех сторон. Брюс на мгновение задержался перед входом, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Темнота всегда приносила ему покой. После смерти родителей Брюс провел множество ночей, прячась в безопасной тьме собственного шкафа, пустой кладовки либо же на чердаке, где гуляли сквозняки. Многие его одноклассники боялись темноты, словно она могла как-то повредить им. Но Брюс знал, что темнота точно так же скрывает и его самого. Темнота давала преимущества.

Все его рефлексы, отточенные часами тренировок, были наготове. Когда глаза потихоньку приспособились к темноте и освещенные скупым светом вещи обрели форму, Брюс понял, что находится внутри простой, открытой комнаты. С обнажившихся потолочных балок свисали лампочки, почти половина была разбита, осколки стекла усеивали пол. Все, включая столы, стулья и технику, было укутано покрывалами. Пыльные доски были испещрены многочисленными отпечатками ног. Возможно, здесь ходили полицейские. А может, и не только они.

— Здесь ужасный бардак, — прошептал Брюс.

— Что тебе сказала Мадлен? — спросила Дайан.

— Северная стена, — прошептал Брюс, пытаясь сориентироваться. — Кирпичная кладка. Она сказала поискать там.

Юноша направился к северной стене. Абсолютно неповрежденная, она протянулась из одного конца комнаты в другой. И действительно, нижняя треть покрашенной в белый цвет стены состояла из старой кирпичной кладки, выделявшейся темной полосой на светлом фоне. Брюс дошел до ближайшего угла комнаты, остановился прямо перед стеной и наклонился.

Так, Мадлен была права насчет кирпичной кладки. Должно быть, она тут бывала.

— Нашел что-нибудь? Что вообще ты тут ищешь? — послышался голос Дайан.

— Что-нибудь необычное, — ответил Брюс. Медленно обходя комнату и касаясь рукой кирпичей, он неожиданно почувствовал себя глупцом. Юноша понятия не имел, что такого необычного он ищет. И поймет он только тогда, когда наткнется на это.

Брюс практически полностью обошел комнату, когда его пальцы внезапно задержались на одном из кирпичей. С ним что-то было не так, он казался более гладким, чем все остальные, как будто бы его трогали гораздо чаще. Брюс нахмурился и наклонился поближе.

— Подожди-ка, — прошептал он, — кажется, кое-что есть.

— Что такое? — спросила Дайан.

— Один кирпич кажется странным. — Брюс осторожно толкнул его. — Он не закреплен, как все остальные. И на нем нет следов строительного раствора.

Брюс нажал сильнее. Поначалу ничего не произошло. Затем, совершенно внезапно, кирпич ушел вглубь на несколько сантиметров, и вся стена словно содрогнулась. Юноша отскочил назад, едва не выронив телефон. Оглядевшись по сторонам, он увидел, как часть кирпичной кладки отошла в сторону сантиметров на пятнадцать, обнажив темный провал.

Брюс ошарашенно уставился на проход, а затем нерешительно поставил туда ногу и почувствовал опору. Лестница. За стеной пряталась металлическая лестница, узкая шахта, ведущая куда-то вниз.

— Дайан, — прошептал он, широко распахнув глаза, — здесь лестница.

Девушка выругалась.

«Мадлен действительно сказала мне правду». Брюс поежился, гадая, зачем ей помогать ему. А вдруг на самом деле она заманивает его в ловушку?

— Не ходи туда, — слова Дайан отражали его мысли. В голосе девушки послышался страх. — Ты не найдешь там ничего хорошего.

Юноша покачал головой.

— Я спускаюсь вниз. Поглядывай по сторонам. Сообщи, если заметишь что-нибудь подозрительное.

— Лучше бы тебе найти что-нибудь подозрительное внизу, — ответила девушка, — учитывая весь тот риск, на который ты пошел. За тобой должок… такой должок, что ты годами будешь оплачивать мои студенческие займы.

Брюс усмехнулся, затем повернулся и протиснулся в узкий проход. А теперь вниз, во тьму. Спуск был медленный — ступеньки были узкими и высокими, а лестница изгибалась спиралью. Всякий раз, прежде чем спуститься еще на шаг, Брюс осторожно искал следующую ступеньку ногой. Постепенно он спускался в темноту все ниже и ниже, ступенька за ступенькой, пока, наконец, не оказался на бетонном полу, в узком помещении. Воздух был затхлым и пыльным. Брюс закашлялся.

— Я внизу, — хрипло прошептал он. Неподалеку виднелись смутные очертания заброшенной строительной ограды.

— Где ты?

— Понятия не имею, — шепотом ответил Брюс. Он медленно поднял руку над головой, стараясь ни во что не врезаться. Рука уперлась в потолок. Поверхность казалась грубой, словно неотшлифованный бетон. Юноша выставил телефон перед собой и включил фонарик.

Луч света выхватил ближайший к Брюсу метр пространства. Это был тоннель, который вел в сплошную темноту. Юноше он напоминал узкие проходы в пещере по соседству с поместьем Уэйнов, из которых изредка вылетали летучие мыши. Брюс и здесь почти ожидал, что сейчас зверьки устремятся к нему навстречу.

«Что тебя так интересует?» От этой мысли у него мурашки по коже побежали, но Брюс покрепче стиснул зубы и шагнул вперед, стараясь идти абсолютно бесшумно.

— Иду дальше, — прошептал он.

Туннель оказался длиннее, чем рассчитывал Брюс, а потолок с каждым шагом спускался все ниже и ниже. Зачем Мадлен послала его сюда? Что такого она знала об этом месте? А что, если туннель обвалился?

«А что, если здесь есть кто-то еще?» Воображение Брюса неожиданно нарисовало ему вооруженного мужчину, поджидающего юношу на другом конце туннеля, с нацеленным на Брюса стволом.

Юноша упорно шел дальше.

Наконец, туннель вывел его в более свободное пространство. Пол пошел под уклон, и Брюс пошатнулся.

Здесь поверхность была другая — законченная, отполированная. Фонарик его телефона отбрасывал на стены светящийся круг. Юноша водил лучом света по стенам, пока не нашел выключатель.