Мари Кузнецова – Тень над Сакурой: история одной гейши (страница 13)
– Попробуй поймай!
Пока я кружилась по сцене, словно токийский ураган, господин бросил в меня два веера…
… которые я тут же в прыжке изящно поймала.
– Как? – посмотрела на меня ошарашенным взглядом обуян.
– А твоя Сакура не так уж и проста, друг! – подметил мистер Форд, отхлёбывая из стакана с янтарной жидкостью.
– Ничего более впечатляющего в жизни не видела, – пролепетала Харуми.
«Ведьма. Не иначе», – подумал про себя Такеши.
А я всё продолжала неистово танцевать, радуясь тому, что впечатлила мужчину. А он точно был впечатлён. Это было написано у него на лице.
Подбросив веера высоко вверх, я сделала кувырок вперёд и грациозно поймала их обеими руками, чем вызвала шквал аплодисментов в зале. Затем, ощутив прилив дерзости и распустив в очередном пируэте волосы, я выкрикнула имя господина и бросила ему веера обратно.
Конечно же, он их поймал. Но весь зал ахнул.
«Ладно, Сакура. 1:0», – подумал про себя Такеши и одобрительно кивнул мне головой.
Мелодия приближалась к концу, и я завершила свой танец грациозным выпадом вперёд.
Музыка стихла, и зал разразился громкими аплодисментами. А я, вполне довольная своим выступлением, встала, поклонилась гостям и села обратно на своё место за центральным столом.
– Сакура, это было великолепно! – захлопала в ладоши Харуми.
– Просто потрясающе, – ухмыльнулся мистер Форд, облизывая медленно губы.
– Я впечатлён. Ты очень талантлива, – похвалил меня гость, имя которого я до сих пор не знала.
– Благодарю. Вы очень добры.
В мою сторону сыпались комплименты, но тот, от кого я почему-то ждала похвалы, молчал.
И почему меня волновало, что он думает? Захотелось его впечатлить? Но зачем? Разве он сжалился бы надо мной из-за какого-то танца…
– Мои дорогие гости. Вы посмотрели выступления моих очаровательных гейш. Теперь переходим к аукциону.
«Аукциону? Но я не вижу тут нигде лотов», – начала я оглядываться по сторонам.
– Итак, первый лот – ночь с прелестной Мико!
Что? Моё сердце ушло в пятки, а в зале начали выкрикивать предложения. Пять тысяч долларов, десять тысяч…
– Продано за двенадцать тысяч долларов Сэму Финнигану!
Девушка Мика молча встала со своего места и удалилась с гостем из зала.
– Акита будет весь вечер ласкать ваш слух не только своим пением, но и своими стонами! Начальная ставка – пять тысяч зелёных! – объявил оябун.
«Боже, помоги», – подумала я, ища пути к отступлению.
– Продано, за девять тысяч долларов… А теперь перейдём к нашей танцующей Сакуре. Уверен, она свела здесь всех мужчин с ума.
– Пять тысяч, – крикнул неизвестный мне гость за нашим столиком.
– Десять, – начал соперничать с ним Стэнли Форд.
– Пятнадцать! – не унимался худощавый мужчина, сидящий прямо напротив меня.
– Двадцать! – не сдавался Форд.
Возможно, кому-то и польстило бы, что за них предлагают такие деньги. Но я лишь думала, из какого окна мне бы выброситься.
– Двадцать пять!
– Тридцать!
Неожиданно Харуми резко схватила брата за руку. Она начала что-то шептать ему на ухо, но я не расслышала что именно.
ТАКЕШИ
Мы были в разгаре торгов, когда сестра вдруг резко притянула меня к себе и начала шептать.
– Брат, нельзя, чтобы Стэнли победил.
– У меня честный аукцион. Кто предложит больше, тот и победит.
– Брат, он же садист! Он её изуродует! Она и так настрадалась!
– Замолчи.
В глубине души я знал, что сестра права. Форд очень часто выходил из себя с моими девочками. Но сделка есть сделка.
ЮКИ
– Тридцать пять тысяч!
– Пятьдесят, мать вашу, тысяч долларов США! – прокричал гордо мистер Форд.
– Таких ставок никогда ещё не было… – тихо пробормотал оябун.
Больше предложений не поступало. Никто не решился перебить ставку мужчины.
– Продано за пятьдесят тысяч долларов господину Форду. Кацуми отведи Сакуру в випку и переодень.
– Брат… – посмотрела встревоженно на оябуна сестра.
– Молчи.
Кацуми, не церемонясь, схватила меня за руку и увела из зала.
Через пятнадцать минут я стояла в до боли знакомой комнате, одетая в какой-то порнографический ужас. Увидев себя в зеркале в БДСМ-костюме, внутри меня разразился целый вихрь эмоций, но чувство отвращения, однозначно, доминировало. Облегающий материал, который должен был вызывать восхищение, лишь напоминал мне о безысходности бытия. Вторая кожа, натянутая на каждый изгиб моего тела, словно приковывала меня к навязанной роли. Этот развратный откровенный костюм стал оболочкой, запирающей меня в образе, который был мне не по душе. Каждый стежок, каждая пряжка напоминала о том, что я потеряла контроль над своей судьбой.
Что же мне делать? Как защитить себя?
Я начала судорожно осматривать небольшую комнату, которая не сулила мне сегодня ночью ничего хорошего. Багровые стены давили своей тяжестью, а потёртая мебель свидетельствовала о её частом использовании. А, когда я увидела в центре помещения массивную кровать с кожаными ремнями и цепями, сверкающими холодным блеском в приглушённом свете, тяжело и громко сглотнула.
Да, это алая комната, лишённая тепла и уюта, определённо навевала страх. В углах стояли полки со странными инструментами, которые я предпочла бы никогда не видеть. Непонятные механизмы служили мрачным напоминанием о том, что это место было создано для управления, а не для удовольствия.
С каждой деталью, которая бросалась в глаза, я ощущала себя всё более неуютно… Я ощущала себя в ловушке.
Из моих гнетущих мыслей меня вырвал резкий сквозняк, заполонивший комнату. Я повернулась и увидела в дверях своего "нового владельца".
Мужчина медленно закрыл за собой дверь, но не запер её на ключ. Это я сразу заметила.
Я вжалась в противоположный угол комнаты, не сводя с него глаз. Уверена, в этот момент я была похожа на загнанную лань.
Мистер Форд явно чувствовал мой страх, потому что начал мерзко ухмыляться.
Сделав пару шагов в мою сторону, он остановился и произнёс.