Мари Хермансон – Чудовища рая (страница 48)

Знал Даниэль и о другой страсти лысого человечка: душить леской ни в чем не повинных людей. Поговаривали, будто в сем нелегком искусстве библиотекарь достиг вершин мастерства. Его излюбленное орудие убийства без труда можно было приобрести в деревенском магазине, торгующем рыболовными принадлежностями.

— Про Вторую мировую, конечно же, всегда интересно почитать, — памятуя обо всем этом, счел за благо ответить Даниэль. — Что бы вы порекомендовали?

— О, выбор просто огромный. Пойдемте, я покажу, — гордо произнес библиотекарь. Он втянул голову в плечи и плутовски сощурился, от чего очки в металлической оправе упали ему на переносицу.

Даниэль неохотно последовал за ним мимо рядов шкафов, то и дело поглядывая через плечо на дверь. Неужто больше никто не появится?

Библиотекарь пустился в рассуждения на излюбленную тему, но вскоре его заглушил вой сирены, вслед за которым раздался глухой рокот, от которого даже содрогнулись книжные шкафы. Такой же толчок, что Даниэль ощутил чуть ранее внизу в долине, только на этот раз гораздо сильнее.

— Что это было? — спросил он.

— Взрывают, — спокойно ответил библиотекарь, ведя пальцем по корешкам книг. — На стройплощадке.

— Строят что-то новое?

— Жилой комплекс, — кивнул мужчина. — Прямо на вершине склона. Шесть этажей. Одно- и двухкомнатные квартиры. Балконы с видами на долину. Подумываю вот подать заявку. В деревне мне не очень-то по нраву. Вы сами в деревне живете?

— Нет, — ответил Даниэль и, во избежание уточняющего вопроса, быстро добавил: — И когда планируют закончить?

— Следующим летом. Хотя жилье там, возможно, будут предоставлять лишь новичкам. В следующем году ожидается еще двести человек.

Библиотекарь взобрался на табуретку и в очках для чтения принялся изучать книги на верхней полке.

— Двести человек?

— Да. Химмельсталь расширяется. Читали, вот, о британской секретной службе?

Он слез с табуретки с книгой в руке. Даниэль собрался взять ее да пойти, да не тут-то было. Библиотекарь принялся восторженно повествовать о содержании книги, так исступленно и навязчиво, словно продавал книгу за бешеные деньги, а не одалживал для прочтения. От усердия у него на лысине даже выступил пот. Даниэля подобная страстность настораживала, поскольку она могла в конце концов пробудить и другую манию библиотекаря.

Успокоился Даниэль, лишь когда увидел, как в зал вошел и по-хозяйски устроился с журналами о мотоциклах Пабло, бывший мадридский гангстер. Он был знаменит своей жестокостью, но, по крайней мере, в данный момент являл собой свидетеля, да к тому же библиотекарь боялся его так же, как и Даниэль, а то и еще больше. Появление испанца подействовало на разгоряченного человечка словно ушат холодной воды, и голос его разом упал до шепота, а глаза нервно забегали по сторонам.

Даниэль облегченно вздохнул. Мир хищных птиц. К счастью для воробья, ястреба отогнал орел.

— Спасибо большое. Возьму вот эти книги и буду читать, — затараторил он. — Ах да, еще кое-что. Вы, кажется, в курсе всего происходящего. Видел совсем недавно у реки охранников. Они как будто искали что-то.

— Именно, — со всей серьезностью кивнул библиотекарь.

— Эм-м… Пропал какой-то резидент?

— Ах нет, — улыбнулся мужчина. — Поисками резидентов охранники себя не утруждают. — Он покосился на испанца и добавил шепотом: — Пропала одна из хозяек.

— Уж не маленькая ли брюнетка?

Даниэль не видел ее какое-то время и все гадал, куда же она запропастилась.

Библиотекарь едва заметно кивнул. Определенно, распространяться на эту тему желания у него не было.

— Еще раз спасибо за помощь. Верну книги, как только прочту.

— Можете держать у себя сколько угодно. — Человечек сопроводил свои слова щедрым жестом. — Если они кому вдруг понадобятся, я вас отыщу. Вы ведь живете в одном из коттеджей, верно?

Даниэль буркнул нечто неразборчивое, что можно было трактовать и как да, и как нет.

— Мне ведь нужно знать, где находятся мои друзья, — улыбнулся библиотекарь. — Книги, я хочу сказать, — пояснил он, указывая на томики под мышкой у Даниэля.

Той ночью Даниэлю снились описанные преподобным Деннисом белоснежные ангелы, парящие над Химмельсталем. Он летел вместе с ними, такой же невесомый и свободный. Под ними простиралась долина, исполненная зелени и свежести, с извилистой речкой и деревушкой. Зазвонил церковный колокол, и звук его достиг ангелов, на такой высоте более живой и чистый.

Вдруг он обнаружил, что ангелы уже вовсе не белые, но черные. Они превратились в огромных хищных птиц и кружили над долиной, внимательно вглядываясь вниз. Вместо воды по руслу теперь тек густой желтый гной, а хищники высматривали вовсе не мышек или маленьких птичек, но копошащихся в траве огромных белых опарышей.

Ну конечно, так и должно быть, подумал Даниэль во сне. Он ощущал странное спокойствие, как если бы наблюдаемые неприятные вещи не беспокоили его, но лишь подтверждали его подозрения.

А чеканный перезвон издавал вовсе не церковный колокол — как ему вообще такое могло в голову прийти? — но маленькие бубенчики, привязанные кожаными ремешками к лапам птиц.

В тот же миг он осознал и еще кое-что, и мысль оказалась такой пронзительной, что его разом выбросило из сна.

Даниэль зажег лампу в спальной нише, взял с полки мобильник и отправил Коринне сообщение.

41

— Кажется, я понял, как все устроено, — нагнувшись над столом, тихо проговорил Даниэль.

Они сидели в ресторане на первом этаже главного корпуса и только что закончили ужин из филе оленя с лесными грибами.

Подошла официантка с подносом. Она налила им кофе и поставила на стол вазочку с шоколадно-миндальным печеньем — точно таким же, каким Гизела Оберманн угощала его в своем кабинете.

Когда же женщина повернулась к ним спиной, Даниэля навестило еще одно воспоминание — как Макс шлепнул ее по обширной заднице. Тогда, примерно месяц назад — точно не больше? — он еще наивно полагал, будто Химмельсталь — роскошная клиника, а эта широкозадая официантка — просто добропорядочная женщина из альпийской деревушки. Теперь-то он знал, что дама была родом из Голландии и что она заманила собственного мужа в бомбоубежище в родительской вилле, затем забаррикадировала дверь и оставила его умирать от голода, в то время как сама смотрела наверху телевизор.

— И как же? Кто доставляет в долину наркотики? — спросила Коринна, как только официантка удалилась на кухню.

— Тот, кто может попасть сюда и сбросить контрабанду без проблем с электрифицированными зонами, охранниками и собаками-ищейками.

— Ну так кто же это?

— Соколы.

Коринна скептически посмотрела на него и отерла рот салфеткой.

— В один из первых дней здесь я наткнулся на мужика с ручным соколом, — тихо добавил Даниэль.

— Это Адриан Келлер, — пояснила девушка, плеснув себе в кофе молока.

— Ты его знаешь?

Она кивнула.

— Он живет в уединенном коттедже в дальнем конце долины. Был боевиком на службе колумбийских наркокартелей. Безжалостный, каких еще поискать надо. Якобы несколько лет прожил в индейском племени в джунглях. Держится обособленно, шагу не ступит в деревню или на территорию клиники. Расставил кучу ловушек вокруг своего жилища. К нему только и наведываются что торговый фургон да охранники с утренними и ночными проверками. Но и те не осмеливаются выбираться из машин. Да, соколы у него есть. Он охотится с ними. Руководство клиники разрешает ему содержать их, поскольку считает, что это для него очень важно. Он и вправду буквально одержим соколами и охотой. Порой так приходится поступать, как говорит Гизела. Трансформировать зло в безобидное хобби.

— Причем хобби, способное приносить немалый доход! Я тут вечером читал, как во время Второй мировой союзники использовали соколов для ловли немецких почтовых голубей. Получалось не очень, потому что соколы не особо разбирались, немцев ли это голуби или же союзников, и убивали всех подряд. И мне пришло в голову, что переносить мелочи можно и с помощью соколов. Они же дрессированные и всегда возвращаются к хозяину. А что, если у Келлера имеется снаружи связник, к которому соколы и летают через горы? И тот привязывает к их лапам небольшие посылочки и отправляет назад?

Даниэль излагал свою версию с энтузиазмом, однако Коринна остудила его пыл:

— На самом деле руководство клиники рассматривало подобный вариант. Они консультировались у сокольников и орнитологов, и все твердили одно и то же: это невозможно. Использовать соколов для переноски посланий и мелких грузов бессмысленно. Почтовые голуби из них никакие. Скоростью и зрением, конечно же, они значительно превосходят других птиц, но лишены того потрясающего чувства направления, которым славятся голуби.

— М-да, — разочарованно протянул Даниэль. — Что ж, нет так нет. Может, у тебя есть версия получше?

Коринна открыла было рот, но вдруг осеклась.

— Кажется, у нас гости. — Она кивнула на дверь.

В ресторан вошла и направилась к зарезервированному столику у окна группа из четырех человек. Даниэль узнал доктора Фишера, доктора Пирса и врача-индийца, который на собрании не проронил ни слова. Четвертый мужчина был облачен в бейсболку, и Даниэль его раньше не встречал.

— Наверно, приглашенный исследователь, — предположила Коринна. — Сейчас их тут целая толпа.

— Это которые разглядывали нас из сафари-автобуса?