Мари Анатоль – Хэлен Хоуп дарит надежду. Мистери-сериал из 12 серий (страница 5)

– Папа присылал мне свои книги, – заметив моё удивление, Дэниел поспешил объясниться.

– Все, кроме последней? – парировала я.

– Да, кроме последней, – и снова на лице молодого человека промелькнула смесь страха и досады. Парень явно мне чего-то недоговаривал.

– Странно… – я посмотрела Дэниелу прямо в глаза. – Ну так что, ты готов мне помочь?

– Даже не знаю чем…

– Ну, для начала хотя бы собрать информацию о возможных подозреваемых. Их трое: сын Вудроу от первого брака, его последняя жена и его партнёр по издательскому бизнесу. Можешь выяснить о них всё возможное до завтра? У нас мало времени.

– Я попробую… Конечно, миссис Хоуп.

– Зови меня Хэлен, – я протянула руку на прощание. – Спасибо за пиво!

Я вышла на парковку резиденции, села в машину и сделала небольшой виток вокруг коттеджей. Затем припарковалась сбоку от корпуса, в котором жил Дэниел, так, чтобы мою машину не было видно из его окон. С такой позиции, однако, просматривалась вся парковка, и я бы не пропустила момент, когда парень выйдет из дома.

Не знаю, почему я решила следить за сыном Сэма. Он же должен быть моим союзником! Но что-то в его поведении, в интонациях и взгляде показалось мне странным, что-то не сходилось. Обычно такие нестыковки приводили меня к интересным выводам. «Вот и посмотрим, – решила я, – если он займётся поиском информации, чтобы оправдать своего отца – значит, всё в порядке. Что может быть важнее жизни единственного близкого человека? А если нет, то что-то здесь не так».

Интуиция меня не подвела. Примерно через полчаса Дэниел вышел из дома, сел в машину и куда-то поехал. Я последовала за ним, держась немного в стороне, но не выпуская из виду. Каково же было моё удивление, когда через некоторое время машина Дэниела остановилась у клиники, где работал доктор Нгуэн. Конечно, само по себе это ещё ничего не значило, ведь доктор Нгуэн – семейный врач Коненов. Но интуиция подсказывала мне, что нужно копнуть глубже. Я отправилась за Дэниелом внутрь клиники, осторожно держась позади, и через несколько минут ошарашенно застыла у дверей онкологического отделения.

***

– Дэниел, я всё знаю. Нам надо поговорить, – с этими словами я вновь заявилась домой к сыну Конена на следующий день. Посещение клиники всё расставило по местам. Пазл сложился. Но картинка, которую я увидела, совсем мне не понравилась. Я почти не спала ночь, мучительно размышляя, что делать в такой непростой ситуации. В конце концов я решила поговорить с Дэниелом начистоту.

Он смотрел испуганно и растерянно, в этот момент очень напоминая того мальчишку, которого я помнила.

– Ч-ч-то вы знаете? – спросил он, слегка заикаясь.

– Я знаю про твою болезнь, Дэниел, – заметив тень облегчения на его лице, я продолжила. – Знаю, почему ты прекратил общаться с отцом. Ты не хотел, чтобы он понял, верно?

Осторожный, едва заметный кивок головы.

– Ты ведь очень любишь своего отца, правда, Дэни?

Ещё один молчаливый кивок.

– И сделаешь всё, чтобы спасти его?

Напряжённый взгляд. Тишина.

– Ты признаешься, что убил Грегори Вудроу?

Дэниел молча сполз на пол и обессиленно опустил голову на руки. Повисла долгая пауза. Потом он вскинул на меня покрасневшие глаза и заговорил сиплым срывающимся голосом:

– Да, это я убил этого гада! И сделал бы это снова… Знаете, Хэлен, когда я понял, что моя болезнь неизлечима, что мне уже не выкарабкаться – я решил, что сделаю это. Молил Бога, чтобы мне хватило времени. Говорят, рак – это наследственная болезнь. Моя мама умерла от рака, когда ей было примерно столько же, как мне сейчас. Совсем молодая! И возможно, у неё был шанс вылечиться, если бы не этот ублюдок Вудроу!

Мне тогда было шесть, но я всё отлично помню. Жили мы очень бедно. Отец рассчитывал на тот гонорар, чтобы оплатить мамино лечение, а взамен получил позор и крах всех надежд. Когда мама умирала, она прошептала: «Я бы убила этого издателя, если бы только могла!» Эта фраза и её блестящие глаза, смотрящие в бездну, снились мне потом много лет… Я даже не знаю, за что больше ненавидел Вудроу – за то, что он сделал отцу, или за то, что убил мою мать…

Дэниэл замолк и отвернулся к окну. На его щеках блестели слёзы. Мне стало безумно жаль этого ещё молодого, но уже познавшего столько горя человека. Я тихо присела на пол рядом с ним и попросила:

– Расскажи мне всё, Дэни.

– Папа как раз выпустил свой детектив и, как всегда, прислал мне экземпляр. Я знал, что он посвятил его маме. Этот роман и подсказал мне, как всё сделать. Я тщательно продумал и рассчитал все детали. Узнал, что джакузи у Вудроу находится в саду. Нанялся помощником садовника в дом. Незаметно поколдовал над проводкой. Выяснил, в какое время этот гад обычно принимает ванну. Подгадал момент, когда он будет один. И вот – у меня всё получилось!

Я специально перестал общаться с папой, чтобы тот ни о чём не догадался. Подозрение никак не могло пасть на него. Ведь это же абсурд – совершать убийство по собственной книге. К тому же, папа в тот вечер должен был встречаться с вами, то есть у него было железное алиби. Я и это предусмотрел. Но… но я никак не мог предвидеть, что папина машина сломается именно в тот день, и именно в Саусалито! Если бы не это дурацкое совпадение, всё было бы точно, как я спланировал. Но из-за этого нелепого стечения обстоятельств папа теперь в камере… Это просто ужасно! Я так не хотел…

Мы ещё посидели в полном молчании. Потом я погладила Дэни по гладкой голове, поднялась и направилась к двери.

– Я ничего не скажу полиции, – проговорила я, обернувшись с порога. – Ты сам должен решить, что делать, Дэни. Только ты можешь спасти отца…

***

Был сочельник. Я вела машину, направляясь в аэропорт встречать Эмили, когда позвонил инспектор Роджерс. Пришлось резко затормозить у обочины.

– Добрый день, миссис Хоуп, – тон его голоса был извиняющимся. – Я был излишне резок с вами в прошлый раз. Пожалуйста, простите меня, Хэлен… Мы отпустили господина Конена, его сын во всём признался. Представляете, он решил отомстить издателю за свою семью, когда узнал, что неизлечимо болен. Очень печальная история. Думаю, парня освободят, ему осталось совсем недолго… А вы – молодец, как всегда оказались правы!

– Я была уверена, инспектор, что и вы во всём разберётесь, – благодушно ответила я. – Но извинения принимаются только при личной встрече! Счастливого Рождества!

***

К Новому году роман Сэма Конена стал бестселлером. Дэниела отпустили и он смог провести последние дни жизни рядом с отцом. Так закончилась эта история…

Но мне не даёт покоя один вопрос, который я так и не решилась задать Сэму: что же он делал в вечер убийства в Саусалито?..

Серия третья, историческая

ПОДЛИННАЯ ИСТОРИЯ ЛЕДИ В СИНЕМ

«…Ночь. Тихая бухта среди скал погружена в туман. Сюда не доходят мощные океанские волны. Натыкаясь на дальние камни, они смиряются и лишь негромко шлёпают о борт гружёной лодки.

– Эй, Билл! Что ты там возишься? Пошевелись! – басит Громила Тони с берега.

– Да не видно ж ни черта! – зло огрызается Билл, стаскивая с лодки тяжёлый ящик. Билл пыхтит, каждый шаг отдаётся трелью бутылочного стекла.

Вдруг из тумана появляется тёмный женский силуэт. Он бесшумно скользит по поверхности воды прямо на Билла и вдруг вспыхивает синим светом.

– А-а-а! Это она, б-братцы! – Билл роняет ящик в воду и, спотыкаясь о камни, бежит к берегу. – Л-леди в синем! П-призрак!…

– Да ты спятил, приятель! – Громила Тони входит в воду по колено, шарит по дну руками, вылавливая бутылки. – Фрэд велел доставить груз к полуночи, и если мы этого не сделаем, то сами станем призраками!

В тумане вновь возникает женская фигура, от неё исходит синее сияние. Тони пятится и падает в воду, подняв фонтан брызг. Когда, грязно ругаясь, он тяжело поднимается на ноги – никого в тумане больше нет…»

Я подняла глаза от текста. Эта рукопись, а точнее, старая тетрадь с пожелтевшими страницами, пришла в издательство «Миллер, Хоуп и партнёры» утром. Конверт был без обратного адреса, на нём значилось только моё имя: «для Миссис Хелен Хоуп». Внутри оказалась тетрадь, исписанная сбивчивым почерком, на первой странице – неизвестное мне имя и название: «Эдвард Литтл. Подлинная история Леди в синем». В начале рукописи говорилось, что она основана на реальных событиях времён сухого закона, которые произошли здесь, недалеко от Сан-Франциско, в местечке под названием Эмеральд Бич. История захватывала, но меня ждало разочарование – она обрывалась, едва начавшись. Кто и зачем прислал мне её? Здесь крылась какая-то тайна…

Вечером следующего дня я сидела на террасе ресторана «Эмеральд Бич Хаус», на побережье Тихого океана, и с наслаждением смотрела на залив. Солёный бриз обдувал лицо и наполнял лёгкие, пунцовый закат догорал над тёмным зеркалом водной глади. Где-то внизу мерно шумели волны, разбиваясь о скалы и омывая крошечный песчаный пляж, что притаился под высоким берегом. Я пыталась представить, что могло произойти здесь в далёком 1929 году.

Тогда на пляже был найден труп женщины в синем платье. Накануне её видели в этом ресторане, где в то время располагалось нелегальное питейное заведение. Говорили, что у Леди в синем был роман с пианистом. Но ревнивый муж застал любовников и расправился с неверной супругой, нанеся смертельный удар ножом в спину. С тех пор призрак Леди в синем стал являться бутлегерам, по ночам тайно разгружавшим с лодок спиртное. Прошло много лет, но ходят слухи, будто призрак Леди в синем до сих пор ищет своего возлюбленного в Эмеральд Бич.