MarGo – Входящая во сны (страница 9)

– Я тебе не верю! Это чушь! – он снова меня раздражает.

– Между вами нет связи ни по крови, ни по энергии, они тебе никто.

– Они вырастили меня.

– У вас подмененные воспоминания, на памяти печати. Когда произошла замена, я определить не могу. Вспомни хоть одно событие из детства, подробно. Напряги мозги как сейчас, когда восстановила память. Например, как ты бежала, упала и разбила коленку. Что-то плохое, что въедается в память и знаешь только ты. Не хорошее, а плохое. Кто-то умер в деревне, и ты плакала. Вспоминай. Все что угодно, но плохое.

Хайс терпеливо ждет, иногда поглядывая в мою сторону. А я как ни пыталась ничего такого припомнить не могла. Я действительно помнила, только хорошее. Со мной, что за всю жизнь не произошло ничего плохого? Я знаю, что было и что-то ужасное, но не вспоминается. Как-то это все странно и раздражает меня.

– Как ты познакомилась со своим женишком? Сам момент первого знакомства ты помнишь? Он понравился тебе с первого взгляда или наоборот? Где это было? Что он сказал в тот момент? Опиши ощущения.

– Я не помню! Я просто знаю, что знаю его с детства! – злюсь я.

– Вы целовались? Ты оттолкнула или тебе понравилось?

– Да, – но спохватываюсь, – Это не твое дело!

– А может ты уже его? Единение было? Он проникал в тебя? – а у самого аж глаза злобой горят, от него веет опасностью, словно порвет меня сейчас на куски, скажи я «да». Съежилась невольно, но отступать, не намерена. Что за вопросы?!

– Даже если и так, то это не твое дело! Это моя жизнь!

Из глаз только молнии не вылетели в меня, вскочил и отошел к выходу.

– Почему ты злишься? Я же не спрашиваю, сколько раз у тебя было единение!

Стоит как скала, скрестил руки на груди, смотрит вдаль, вид грозный, не подходи, убьет. Суп на огне уже пригорает, подошла, сняла его с огня, помешала. Вкусно пахнет, в животе заурчало. Быстро же на мне все зажило, могу уже свободно двигаться, но слабость еще есть.

– Может, поедим? – предлагаю я, – Пока суп горячий.

Меня удостоили взглядом через плечо и странным вопросом, от которого я покраснела помимо воли.

– Я хоть немного нравлюсь тебе?

Сердце забилось чаще. Ну, и зачем этот вопрос? Может просто промолчать? Пряча смущение, в сотый раз мешаю суп. И что сказать?

– Ответь, – настаивает он, повернувшись.

– Меня восхищает, сколько ты всего знаешь и умеешь, но с тобой сложно. Ты разный. Я еще не поняла, когда ты настоящий, – едва слышно добавила себе под нос, – И еще ты красивый жутко.

– Ты о внешности? – конечно же он расслышал.

– Не только, – продолжать у меня желания не было, я прятала глаза смущаясь.

– Санара может менять свою внешность хоть сто раз на дню. Смотри.

И он начал меняться с такой частотой, что я дышать перестала. За минуту он поменял сотни образов от толстых до худых, от молодых до старых. То мальчишка, то старик, то юноша. И при этом медленно приближаясь ко мне. У меня аж ложка в суп булькнула, а я рот открыла от удивления. Такое увидишь не каждый день.

– Когда откроется твоя сила, ты и сама так сможешь делать. Санара выбирает тот облик, который ему ближе всего и не надоедает. Мы видим иначе, не как люди. Для нас внешность не важна, мы видим сущность, внутренний свет или тьму, по вашему душу. Но ты… Ты прекрасна везде и внутри и снаружи. Я впервые вижу, такую как ты.

– Прекрати это делать, – взмолилась я, – Ты меня пугаешь, – борясь с желанием отползти от него подальше. Остановился в шаге от меня и вернул обычный, привычный для меня образ. Я аж выдохнула облегченно.

– Тебе это нравиться? – развел руки в стороны и улыбнулся.

– Да, – и покивала для верности.

– Чем? – не отстает он, нависая надо мной.

– Все правильно и идеально, аж потрогать охота как красиво.

Вырвалось само собой, от волнения и снова покраснела и отвернулась. Шахран! Закрой рот! Тут зажмурится не мешало бы.

– Ну, так потрогай, раз хочется. Тебе можно, – и расплылся в похотливой улыбке, поиграл бровями, – Снять одежду?

Тут я уже не выдержала, вскочила на ноги и убежала от него:

– У меня жених есть! – бросая на ходу.

– Он тебе не жених! – в ответ.

Как он встала на входе, скрестив руки. Вход закрывал защитный барьер, я не решилась его нарушить. Интересно сколько сил отнимает его поддержание? Я хочу также уметь. Слышу шорох за спиной. Он достает хлеб из мешка, начинает его резать.

– Почему этот мешок слушается только тебя? – обиженно я.

– Магия. Заклинание специальное. Вещь необычная, не у каждого мага есть.

– А у тебя откуда? – я уже вернулась и помогаю ему накрывать.

– Отец подарил. Давай поедим, а потом все разговоры. Наливай.

Суп и правда получился знатный, наелись до пуза, я даже добавки налила. Хотела спросить у него, откуда такая идея именно суп с курицей, но внезапно вспомнила, что сама его просила об этом. Воспоминание всплыло как из другой реальности. И все таки, где он раздобыл курицу и все остальные ингредиенты? Из мешка? Блин! Я такой же хочу!

После еды мы откинулись на камни, и каждый задумался о своем. Я все пыталась вспомнить что-то из раннего детства, что-то плохое, но не могла. Мелькали какие-то картинки, но там я не была маленькой, не такой уж сильной давности. Теперь все казалось фальшивым и не моим. Они меня любили, я их тоже, но что если это тоже все навязанное не искреннее. Он взял мою ладонь и чуть сжал пальцы, при этом не глядя мне в глаза, а на наши руки. Для него прикосновения до сих пор что-то необыкновенное.

Он до сих пор касался меня с каким-то особенным трепетом и неверием, что не причиняет мне боль. Вот так поглаживая мои пальцы, он мог сидеть долго, и невозможно догадаться, о чем он думает. Даже не представляю, как это, не мочь ни к кому прикоснуться, я не возражала. С меня не убудет, а ему это очень нужно. Уж не знаю, как это работало, но он расслаблялся, успокаивался. Мне это тоже нравилось.

– Ты сказал, что Эделин не мое имя.

– Да, – ответил, не поднимая глаз.

– А какое мое?

– Не знаю, – он задумчив, продолжал одним большим пальцем гладить меня, а я любовалась его лицом. Спокойный, не грозный, легкая улыбка.

– Получается, не ты не я не знаем наших настоящих имен? – он хмыкнул, – А как бы ты меня назвал? Мне интересно. С чем это созвучно?

Он поднял на меня ошеломленный взгляд, словно я сморозила нелепицу. Шахран! Что я опять не так сделала?!

– Ты просишь меня дать тебе имя? – он удивлен, но не пойму чем.

– А что? Так нельзя?! – я же просто спросила.

– Я не могу этого сделать, – а у самого огни в глазах скачут и дыхание рваное. Я глаз от него не могу оторвать. Он сфокусировал взгляд на моих губах и даже слегка наклонился ближе. У меня сердце ускорило ритм, не дышу, не шевелюсь, я хочу этого, пусть поцелует. Но он отстранился и даже отвернулся, тяжело выдохнул, и не менее тяжело вдохнул. Руку не отпустил. Чтобы убрать нашу неловкость, меняю тему.

– Почему вы не называете своих настоящих имен?

– Наши имена сложные и замысловатые, не каждый выговорит. Тот, кто знает твое настоящее имя имеет власть над тобой, может забрать не только твою силу, но и отменять заклятия и приказывать. Я все это уже говорил тебе. Для той, что восстанавливает память, ты слишком забывчива. А если я дам тебе имя, ты будешь принадлежать мне навсегда. Закон санар.

– О! Не надо! Я не знала! – я аж свою руку забрала у него. Он опять вздохнул, – И почему у вас не как у людей?! Все так сложно. Расскажи про единение. Про руны. Почему ты ее потерял? Почему сейчас нет руны у тебя, если была?

– Вот именно, что была, – пауза, – Когда проявилась, я бросил все и помчался ее искать. Для нас найти единую самое важное в жизни. Если упустишь момент, то навсегда останешься один.

– Она не навсегда появляется?

– Нет. Нужно закрепить союз единением, тогда остается навсегда.

– Единение это секс?

– Единение не только секс, мы соединяем и смешиваем магические энергии, делимся ими и становимся сильнее. Все не так просто.

– Поняла, не знала, – стало стыдно. Он тоже молчал. Я не выдержала:

– Так ты ее хоть видел? Ты нашел?

– Нет. Не успевал. Я прыгал из портала в портал по ее следу, но не успевал буквально на секунду. Я чувствовал ее, но не мог догнать. А потом я выдохся, и след стал слабее, а руна таяла. Я отчаянно скаканул и оказался во тьме. А там нет ничего. Сколько я там пробыл, не знаю, вытащил отец. Кто-то запутывал следы, а так и не понял кто. Вот почему мне нужен этот артефакт. Он откроет временные рамки, я еще раз пройду этот путь, но на этот раз все хорошенько прощупаю и рассмотрю, я что-то упустил.

– Я должна его украсть?

– Не украсть, указать мне, где он. Я сам все сделаю. Я не собираюсь забирать его себе. Он навлекает беду на владеющего им, вот почему колдун Штро спрятал его и стер все следы. Я просил его дать мне поработать с ним. Но он отказал. Единственный способ это его подсознание. Просто выясни, где он. Магический шар сказал, что ты самая сильная входящая во сны.