MarGo – Сделка на доверии. Книга 2. Все изменилось (страница 14)

– Конечно. Это вопрос безопасности, – как само собой разумеющееся.

– Так, может это не я тебе все выболтала, а ты хорошо справки навел?

– Сложить два плюс два не сложно.

– И что пишут в справках обо мне?

– Ничего особенного. Ты чистый лист.

– Что значит, чистый лист? Пиши, что хочешь!?

– Нет, не в этом смысле. Ты никак не связана с теми, кто может мне навредить.

– У тебя много врагов?

– Хватает.

– Но тогда, ты был совсем без охраны.

– Не совсем. Она была, но ты ее не видела.

– И за дверью стояли?

– Нет, но были поблизости.

– А чего именно боишься ты?

– Я? – задумался на время, – Боюсь не успеть доделать то, что задумал. Боюсь, что дорогие мне люди могут пострадать из-за меня. А такое уже было.

– Что было?

– Меня и мою дочь уже похищали.

– Какой ужас! Держали в заложниках из-за выкупа?

– В дальнейшем я не должен допускать подобного никогда. Моя беспечность порой стоит мне дорого. Я всегда должен просчитывать степени рисков.

– Да, уж! – пауза, – я бы так не смогла.

–У меня нет выбора. Давай сменим тему. Есть еще вопросы?

– Да еще миллион вопросов! У тебя есть начальник? Тот, кому ты подчиняешься?

– Конечно, есть.

– И кто это? Президент?

– Чей? Наш? – он удивлен ее предположениям.

– Когда ты так говоришь, мне аж страшно становиться, – Алина поежилась.

– Успокойся. Все, что тебе надо знать о моей работе, это то, что я обычный брокер в основном. Свожу продавца и покупателя, только уровень другой. Мы торгуем не помидорами, а корпорациями. Моя задача преумножить в разы то, что есть. Причем не только свой капитал, но капиталы других. И больше мы о моей работе говорить не будем. Это в целях твоей же безопасности. Одно то, что я тебе сказал про Грецию, является секретной информацией. Об этом никто не должен знать. Да и еще. Я не желаю утечек через телефонные разговоры и переписку. Поэтому утром курьер принесет тебе новый телефон, я сказал сделать это к восьми. Он перепрошит и со специальной программой, но я тебя очень прошу, – он сделал паузу, подчеркивая важность момента, – Когда говоришь со мной, обращай внимание кто с тобой рядом стоит, глаза и уши есть у всего. По возможности уходи и оставайся одна.

– Ты поэтому не звонил?

– И поэтому тоже. Я был уверен, что ты позвонишь первой. Особенно когда тебе вернули машину. Поблагодаришь хотя бы или наоборот наорешь. Но ты все не звонила и не звонила. Сергей убедил, что ты осталась довольна. Только звонка я так и не дождался. Начал сомневаться, а стоит ли тебя снова беспокоить. Но после звонка не мог не приехать.

– Я хотела поблагодарить. И была даже решительно настроена, но тогда я еще не знала всего о тебе. Потом неожиданно выяснила, – пауза, – Я решила вычеркнуть тебя из памяти, так как ты уже никогда не вернешься. И большое тебе спасибо за машину.

– Не за что. Я мог бы еще с чем-нибудь помочь. Мне бы даже очень хотелось бы.

– Нет. Не нужно. Ты все решаешь деньгами, а я их ненавижу. Ты руками работать умеешь? Или только головой? Гвоздь забить можешь?

– Могу. Это даже как-то оскорбительно, я вроде не инвалид!

– Но ты и не совсем нормальный, но и не безнадежно конченный.

– Ну, спасибо! Супер комплимент! – усмехается он.

– Какое место в Форбс ты занимаешь?

– Не верь. Туфта все это. Детский сад.

– Начинаешь верить, когда при упоминании одного только твоего имени, все замирает и меняется вокруг.

– Репутация может работать как на тебя, так и против тебя. Я, например, не могу гулять просто на улице один. Если человек богат, он напоминает кота с бубенчиком на шее. Каждая мышь в точности знает, где он и что делает. Я нигде не могу быть один. И тот день в парке. Я был свободен от всего. Ты создала такую ауру, что я забыл обо всем. Кто я, где я. Я просто был самим собой, и я был очень счастлив. Такого не было еще никогда.

– Мне нравиться быть с тобой, но без денег и без славы, известности. Мне нужен только ты. Как мужчина, как личность. Мне не нужен, миллиардер. С тобой тепло и спокойно.

– Взаимно. Мне с тобой тоже хорошо. Когда ты как сейчас спокойная и милая. А не когда ты злая. Или когда тебе втемяшится, какая нибудь невероятная идея. Хотя и это мне тоже нравиться. Начинаю привыкать.

Она громко вздыхает:

– Что если про нас узнают?

– Ну, узнают и узнают. Велика беда!

– А как же твоя репутация? Моей-то наоборот плюс.

– Это меньшее о чем я беспокоюсь.

– Твое окружение тебя осудит. Уж точно!

– Мне нет до этого дела. Они все всех осуждают.

– А твой начальник? Если он запретит тебе?

– Я уже большой мальчик, чтобы спрашивать у кого-то разрешения.

– И что ты ему скажешь?

– Не важно, что я скажу. Важно во что он поверит.

– Был бы ты просто инженером, нам бы не пришлось прятаться. Будь ты обычным, все было бы проще.

– Я инженер? – он задумался, – Это все временно. Время само расставит все по местам. Кота в мешке не утаишь. А пока поиграем в шпионов. Проверим, какая из тебя шпионка вышла бы.

Задумчиво гладит ее и вдруг читает стихи размеренно:

– Ты говоришь, что счастье не возможно. Препятствий тьма и все ужасно сложно. А я считаю, если б мы любили, то все преграды даже б и не всплыли, – а еще через минуту читает Ахматову, -

Два облака не делают погоды, и две слезы не делают дождя.

Надменный взгляд еще не часть породы, а шляпа – часто шляпка от гвоздя.

Стремление не означает цели, а два рубля – еще не капитал.

Два выстрела не делают дуэли, две доблести еще не идеал.

Две рюмки не смертельны для гулянки, два клоуна – еще не балаган.

Два выпада не означают драки, два поцелуя – даже не роман.

Как часто мы тревожимся напрасно и видим бурю, там где небо ясно.

Улыбнулась. Действительно, может она зря так волнуется и все будет хорошо.

– У меня тоже есть вопрос, довольно личный.