Марго Яман – Сияние смерти (страница 4)

– Значит убили его прямо там, как я и предполагал. Рычание, говоришь? А гулял ли кто с собаками? Или бродячая заглянула? Проверьте камеры на центральном входе. Вчерашний день и сегодняшнее утро, – капитан помолчал, и продолжил: – Молодец, Андрей! Ценная свидетельница, и вовсе не случайно. Случайностей в нашем деле не бывает. Но неужели никто не видел и не слышал? И что с девушкой на фото? Есть информация?

– Нет пока, Павел Аркадьевич. Но я ищу! На счёт «не видел» не могу сказать, но вот не слышали точно. По её словам подростки на аллее музыку врубили на полную, когда она уходила, даже от озера слышно было.

– Ищи, Кирьянов, ищи. И подростков этих ищи. Убийца, кем бы он ни был, не по воздуху улетел, а значит видеть его тоже могли. И пусть фотографы пришлют мне все снимки с первых двух убийств, даже те, которые они забраковали, и всю информацию, которая есть на первые две жертвы собери в один файл. Ждём экспертизу, мне звонить безотлагательно, если поступит новая информация, Анна, поможете Андрею с поисками в парке, на сегодня свободны!

Отпустив молодёжь, капитан посмотрел на часы. Неплохо было бы перекусить. С утра только кофе успел выпить. Да ещё сон этот аппетит раздразнил. Накинув пальто и взяв трость он медленно вышел из управления.

Напротив, через дорогу, расположилось небольшое, но вполне приличное заведение с забавным названием «Семь гномов».

Примечательным было то, что обслуживали посетителей карлики. Готовили они же, и шуточная самоирония владельцев, а так же простая, вкусная без всяких изысков еда вызывала у Павла глубокое расположение. Прихватив папку со снимками он отправился на обед.

За барной стойкой хозяйничал Григорий, он же владелец «Семи гномов». Завидев Пашу бармен заулыбался. Капитана он чрезвычайно уважал, и всегда держал для него столик.

Было время, когда Григорий опасался, что больше его не увидит в своём заведении, но капитан выстоял после тяжелейшего ранения и вернулся. Не так много людей было в жизни бармена, которым он искренне радовался, и Паша был один из немногих. Симпатия была взаимной, оба это знали.

– Павел Аркадьевич! Весьма рад! Надеюсь вскорости и Василия Игоревича лицезреть! – речь Григория, в отличии от его меню была более чем изысканной и даже немного старомодной.

– И я очень надеюсь. На лечении он пока. Как дела, Григорий? Порадуете хорошими новостями? – поинтересовался Паша.

– Всенепременно. Знаете ли, как часто, разумеется, посмеиваясь и шутя, у меня интересуются, когда же мы обретём Белоснежку в нашем заведении? Так вот. Я её нашёл, – лицо Григория озарила невероятно счастливая улыбка, – давеча, прогуливаясь в парке, я услышал дивный голос, и влекомый своим потрясением пошёл на эти божественные звуки. Какого же было моё удивление, когда я узрел юное дитя, лет 16, поющее на аллее. Родители были поблизости, и я не преминул с ними познакомиться, чтобы выразить свой глубочайший восторг.

– И в чём же суть, Гриша? – улыбаясь, спросил Паша. Он знал, что драматическая пауза бармена должна предшествовать сенсации.

– В следующем, дорогой мой Павел Аркадьевич. Каждые выходные вечера вы будете иметь исключительную возможность насладиться талантом юного дарования в моём заведении! С родителями согласовано, разрешения получены! – тут же добавил он, и снова засиял неотразимой улыбкой.

– Я обязательно приду! Это действительно хорошая новость, я очень за вас рад. Некая изюминка вашему кафе совершенно не повредит, а лишь наоборот.

– Именно так, именно! Ну а пока, извольте вас накормить: очень рекомендую блюдо дня. На первое солянка, если желаете, на второе молочный поросёнок и рагу из овощей.

– Беру, – засмеялся Паша, вспомнив свой сон, который видимо был в руку, – всё беру! И ваш фирменный чай, Григорий. Очень скучал по нему.

Чаем своим Григорий особенно гордился: семейный и довольно сложный в приготовлении рецепт держался втайне от всех. А сам напиток пользовался бы спросом, но предлагал его Гриша лишь друзьям, и ничуть об этом не сожалел. Не всё в этой жизни нужно выставлять на показ и на продажу.

Пашин столик находился в дальнем углу помещения, и быть случайно замеченным за просмотром материалов следствия он совершенно не опасался, поэтому в ожидании еды спокойно и не таясь открыл папку и начал изучать снимки с мест происшествия.

Первая жертва, Екатерина Зиновьева, была обнаружена по ту сторону «пизанских башен» на берегу озера месяц назад. Раскуроченная одноместная палатка, туристический рюкзак, спальник, котелок: все её вещи говорили о том, что на берегу озера, ловя последние тёплые деньки, она отдыхала.

В её случае «последние» – в буквальном смысле. Снаряжение не новое, как и её туристическая одежда говорили так же о том, что вылазки на природу она совершала и до этого. Следов возле тела было множество, несмотря на удалённость от города зеваки и там всё затоптали.

Увы, сарафанное радио работает быстрее полицейских раций. Пара подростков, обнаружив тело сообщили своим друзьям, те своим, и все они ринулись за новыми ощущениями. Кто–то, правда, додумался сказать родителям, которые и сообщили в полицию. К прибытию криминалистов на место происшествия стадо любопытствующих вытоптало всё напрочь. Характер полученных травм свидетельствовал, предположительно, о нападении дикого зверя, но до вскрытия эта версия не являлась основной.

Вторая жертва так же была обнаружена в лесу. Вероятнее всего Витальев Герман пошёл по грибы. Наряд соответствующий: ветровка, джинсы, резиновые сапоги, плюс корзинка с грибами рядом с телом и походный рюкзак с перекусом, запасной одеждой, и, слава богу, документами. Раны такие же, как и на первой жертве. Вырвано горло и обескровлен. Обнаружен через день после наступления смерти таким же грибником, по словам которого опушка эта им, грибникам, хорошо известна, так как богата белыми. Да и в общем места эти грибные, многим знакомы. Если бы не этот факт, лежать бы в лесу погибшему Герману до скончания веков.

Где–то между солянкой и молочным поросёнком Паша заметил некую странность. А точнее: след ботинка 47 размера на всех трёх местах преступления. На втором еле заметен, но очень похож на чёткий отпечаток с третьего места преступления, и на берегу имеется смазанный и притоптанный след, но размер совпадает.

Не веря своим глазам он ещё раз пересмотрел фотографии. «Совпадение? Нечёткость снимков? Срочно перепроверить!» С этими мыслями Павел закончив обед и поспешил обратно в управление, но его остановил звонок Кирьянова:

– Павел Аркадьевич! Есть информация по девушке! На камерах центрального входа в парк видно, как она вышла и села прямо на землю. Истерика с ней случилась, прохожие скорую вызвали, и девушку увезли. Правда, она сильно сопротивлялась!

– Спасибо, Андрей! Работайте дальше!

Дав задание криминалистам предоставить всю информацию по интересующим его отпечаткам Павел отправился выяснять, в какую больницу увезли девушку, и был сильно удивлён, узнав, что в психиатрическую лечебницу.

Ожидая такси у порога управления капитан недоумевал, с каких пор с улицы забирают не в больницу, а в лечебницу. Сев кое–как в машину и пристроив поудобнее покалеченную ногу он отправился навестить девушку. Здание городской психиатрической лечебницы выглядело таким же унылым, как и её название. Люди, проходившие здесь лечение, по мнению Павла, не имели шансов на выздоровление в этих тусклых стенах, и были обречены грустить и страдать.

Представившись на входе и предъявив удостоверение, капитан сообщил, что желает поговорить с поступившей рано утром пациенткой, и показал её фотографию. Дежурная, связавшись с кем–то по телефону, предложила ему следовать за ней и провела в кабинет главврача Соболева Алексея Викторовича.

– В связи с чем вас интересует моя пациентка? – поинтересовался врач, а Павел объяснил ситуацию.

– Так вот в чём дело. Я же всё гадал, что могло спровоцировать такое сильнейшее расстройство. Дело в том, что Кира Юрьевна уже много лет является пациенткой нашей клиники, с детства, если быть точнее.

У неё на глазах погибли родители, и это повлекло за собой необратимые последствия. Мы долго её лечили, и уже было совсем отчаялись помочь девочке, но фармакология на месте не стоит, и новейшие препараты дали таки результат.

Последние четыре года Кира живёт самостоятельной, полноценной жизнью, раз в полгода проходит обследования, и регулярно принимая лекарство она избавилась от симптомов её заболевания. Может не навсегда, но до сегодняшнего дня не было рецидивов.

Я предположил, что она прекратила приём лекарства, но видимо дело в том, что происшествие напомнило ей гибель родителей, чем и вызвано её крайне нестабильное состояние.

Вы говорите, что видели её на месте преступления в парке? Она ходит через этот парк на работу, предположу, что она полюбопытствовала, что же происходит и увидев тело расклеилась.

– Я бы хотел поговорить с ней, если позволите. Возможно она была знакома с парнем?

– Я бы не рекомендовал с ней беседовать. По крайней мере сейчас. Мы ввели ей сильнейшее успокоительное, и требуется время, чтобы она смирилась с увиденным. Психика Киры очень хрупка, ваши вопросы могут спровоцировать новый приступ.

– Я всё же настаиваю. Даю слово, что буду осторожен с вопросами.