Марго Ромашка – Рыцарский отпуск (страница 8)

– Они могут бросить в меня копьё, – наконец выдохнул он.

– Тогда я поймаю его, – без колебаний ответила Астра. – И мы закроем ворота навсегда. Но давай попробуем дать им шанс. Давай попробуем… построить мост. Не для них. Для нас. Чтобы жить здесь, не прячась. Чтобы твой загон не был тюрьмой, а стал частью чего-то большего.

Оникс закрыл глаза. Он дышал глубоко, и воздух в комнате стал чуть теплее.

– Один раз, – прошептал он, открывая глаза. В них горела решимость, смешанная со страхом. – Только один раз. Если что-то пойдёт не так…

– Мы отступим, – закончила Астра. – И больше никогда не вернёмся к этому.

Они готовились неделю. Это была самая напряжённая подготовка в их жизни, сложнее, чем к бою с гарголем. Астра написала простое объявление углём на нескольких досках: «ЖИТЕЛЯМ ДЕРЕВНИ НИЖНЕЙ. В СУББОТУ, НА РАССВЕТЕ, ВОРОТА ЗАМКА БУДУТ ОТКРЫТЫ. ПРИХОДИТЕ БЕЗ ОРУЖИЯ. ВЫ ПОЛУЧИТЕ МЯСО И ШЕРСТЬ В ОБМЕН НА ТО, ЧТО НЕ НУЖНО ВАМ, НО МОЖЕТ ПРИГОДИТЬСЯ ЗДЕСЬ. ГАРАНТИЕЙ БЕЗОПАСНОСТИ БУДЕТ РЫЦАРЬ АСТРА И ХОЗЯИН ЭТИХ СТЕН». Доски Оникс аккуратно, под покровом ночи, воткнул на видных местах у спуска с горы.

Они тщательно подготовили «товары». Оникс заготовил и разделал несколько туш оленей и кабанов. Астра начесала целый тюк мягкой овечьей шерсти и связала её в аккуратные мотки. Она собрала и высушила пучки мяты, чабреца и тысячелистника. Всё это сложили на большие деревянные щиты, найденные в арсенале, чтобы можно было легко вынести во двор.

Самым сложным было убедить животных не паниковать. Оникс провёл с ними почти всё время, сидя в загоне и тихо разговаривая на своём шипящем языке, успокаивая их. Астра, в свою очередь, тренировалась стоять так, чтобы её поза не была позой воина, а была позой… хозяина, принимающего гостей. Это оказалось сложнее, чем любой боевой стойкой.

Ночь перед субботой они не спали. Сидели на самой башне, глядя на тёмную деревню.

– Я передумал, – внезапно сказал Оникс. – Это безумие. Закроем ворота. Забьём досками.

– Слишком поздно, – тихо ответила Астра, глядя на первые проблески зари на востоке. – Доски уже стоят. И… я верю, что это сработает. Я верю в тебя. И, может быть, немножко – в них.

Рассвет застал их на своих постах. Массивные дубовые ворота, которые не открывались десятилетиями, со скрежетом и воем петель уступили совместным усилиям Астры и Оникса в человеческом облике. Затем он взмыл на башню и принял свою истинную форму, растворившись в серых камнях на фоне предрассветного неба.

Астра стояла посреди двора, рядом с щитами-прилавками. Она была в полных, сияющих начищенной сталью доспехах. Меч висел на поясе, но был в ножнах. Руки скрещены на груди. Сердце колотилось так, что, казалось, эхо разносилось по всему двору.

Они ждали. Солнце поднялось выше. В деревне началось движение. Астра видела вдалеке, как люди собираются у подножия тропы, указывают на открытые ворота, спорят. Никто не поднимался. Прошёл час. Астра уже начала думать, что всё провалилось, что страх оказался сильнее голода и любопытства.

И тогда она увидела первую фигуру. Старик, опирающийся на палку. За ним, робко жмусь, шла женщина с ребёнком за руку. Потом ещё двое мужчин, без оружия, с пустыми руками и пустыми взглядами. Они поднимались медленно, озираясь, как будто ожидая ловушки на каждом шагу.

Первая группа остановилась у самого входа, боясь переступить порог. Их глаза вытаращились при виде Астры. Женщина ахнула.

– Вы… вы живы, леди рыцарь? – прошептал старик.

– Жива, – громко и чётко ответила Астра, чтобы слышали все на склоне. – И не в плену. Я гостья. И сегодня мы, я и хозяин этих стен, хотим поделиться с вами тем, что у нас есть в избытке.

Она отступила, показывая рукой на щиты с мясом и шерстью. Люди не двигались. Их взгляды метались между ней, едой и верхушкой башни, где, они знали, скрывается нечто.

И тогда Оникс пошевелился. Он не взлетел, не зарычал. Он просто медленно вытянул свою длинную, пепельную шею из-за зубцов башни и посмотрел вниз. Его огромные фиолетовые глаза были прищурены, но в них не было угрозы. Было… терпеливое, изучающее любопытство.

В толпе послышался испуганный шёпот, ребёнок заплакал. Но женщина, та самая, что первой вошла, сделала шаг вперёд. Не к еде. К Астре.

– Он… он не съест нас? – спросила она, глядя прямо на дракона.

– Он не ест людей, – уверенно сказала Астра. – Он не ест и ваш скот. Он даёт им кров и еду. Как и мне. Он одинок, и ему нравится заботиться. Сегодня он хочет поделиться. Возьмите мясо. Возьмите шерсть. И если у вас есть что-то, что вам не нужно – старые ткани, соль, ненужные инструменты, семена – оставьте здесь. Это будет честно.

Долгая пауза. Потом старик неуверенно подошёл к щиту с мясом. Он потрогал его, как будто проверяя, не мираж ли это. Потом снял с плеча свою потрёпанную сумку и выложил из неё несколько крупных гвоздей, моток бечёвки и горсть сушёных бобов.

– Для… для сада, – пробормотал он.

Это стало сигналом. Люди, сначала робко, потом всё увереннее, стали подходить. Они брали мясо, мотки шерсти, пучки трав, кладя взамен кто что мог: кусок домотканого полотна, мешочек соли, старый, но острый нож, горсть луковиц. Они почти не разговаривали, только кивали Астре и украдкой бросали взгляды на дракона на башне.

Оникс не двигался. Он был как каменное изваяние, только его глаза медленно следили за происходящим. Астра видела, как напряжены его мышцы, готовая в любой миг взмыть в воздух или заслонить её собой. Но он выдержал.

Когда последний человек – мальчишка лет десяти, оставивший в обмен на кусок вяленого мяса прекрасно вырезанную из дерева свистульку в форме птицы – скрылся за воротами, Астра почувствовала, как ноги подкашиваются. Она прислонилась к щиту, делая глубокий вдох.

Сверху донесся лёгкий шорох, и Оникс в человеческом облике спустился по лестнице. Он подошёл к груде «платы» – скромной, но невероятно ценной. Он взял в руки деревянную свистульку, повертел её.

– Они… не бросили в меня камней, – сказал он, и в его голосе было неподдельное изумление.

– Нет, – улыбнулась Астра. – Они даже сказали «спасибо». Шёпотом, но сказали.

Оникс посмотрел на опустевшие щиты, на подношения, на открытые ворота, за которыми теперь была не враждебная пустота, а… тропинка к чему-то новому.

– Значит… – он сделал паузу, – значит, мост… он держит тяжесть?

– Пока да, – Астра подошла к нему и взяла его руку. Ладонь была тёплой и чуть дрожала. – Один шаг за раз, Оникс. Как мы и договорились.

Он кивнул, сжимая её пальцы. Его фиолетовые глаза горели не страхом, а новой, трепетной надеждой.

– Тогда… в следующую субботу? – спросил он, и это был уже не вопрос испуганного существа, а вопрос партнёра, строящего планы.

– В следующую субботу, – подтвердила Астра. – А теперь давай закроем ворота и позавтракаем. Я думаю, сегодня мы заслужили тот самый ореховый пирог. Только на этот раз с солью из их мешочка.

И пока они вдвоём толкали тяжёлые створки, впервые за многие годы замок над деревней Нижней закрылся не как крепость, а как дом, который ненадолго открыл свои двери миру. И мир, пусть робко, пусть с опаской, но ответил взаимностью.

Глава 7.

– Слышали слухи? – Дама в длинном, свободном от корсета платье, скрестила ноги, сидя за шахматной доской из красного дерева. Её стать была знатной, как грациозная лань девушка имела манеру вытягивать шею, неосознанно хвастаясь ожерельем из жемчуга. Фигурка из белого мрамора мягко встала её пожеланием на квадратик.

– Тот рыцарский отряд, из бедняков, разбежался.

– Не удивительно. – Выдыхал густой дым мужчина в смокинге. – Его Величество был слишком щедрым с ними.

Ухоженные ногти девушки задумчиво провели по стеклу плоского бокала. Подняв на собеседника влажные от дыма глаза, она снова заговорила:

– А ещё… говорят, что дракон взял кого-то в заложники, может быть сделал рабом. Или что-то такое. Трусливые купцы говорят о странных делах в замке, что двери его открываются и люди оттуда уходят с пожитками.

Тени частных клубов для дворян порой скрывали самые разные слухи. Здесь обсуждали не только моду, политику или книги, но и иногда жителей далёких замков. Среди тяжёлых портьеров на долю секунды мелькнула тень с яркими, как у солнца глазами, прежде чем ткань опустилась невидимой рукой.

***

Светлые стены королевского дворца утонули в музыке скрипок и фортепиано; гулко стучат каблуки дам, танцующих вальс с кавалерами, распушивая юбки своих платьев, как птицы свои хвосты. Ежегодный бал окрылил столицу, хотя здесь, на маленьком вечернем балконе король Эрик едва мог говорить. Его короткие пальцы с силой сжали ножку бокала, а глаза с неверием вцепились в высокую фигуру в камзоле.

– …повтори… Что ты сказал?

– Я говорю, что пошёл новый слух, Ваше Величество. – Черноволосый мужчина с глубокими золотыми глазами стоял по стойке смирно. – Разбежавшийся по пути к Нижней отряд удивительным образом всё же дошёл до замка численностью ровно в одного человека. И… Замок кормит людей деревни.

Эрик издал странный, похожий на писк звук. Едва удержавшись от желания бросить бокал на пол, он глубоко вздохнул. Предатели. Все эти рыцари и их чёртов отряд бедняков! «Правильно говорят, сунь палец – откусят руку» – думал король.

– Плохо, очень плохо… Если люди укрепят веру, что дракон им помощник, то они даже не поймут, когда тот захочет их съесть! – Он поставил бокал на край ограждения балкона. – Сир Бонифаций, у вас есть идеи, кто мог надоумить дракона на такое?