Марго Ромашка – Большой вопрос (страница 5)

Она взглянула на часы. Восемь двадцать.

– Чёрт, – выдохнула она и бросилась в спальню.

Сборы заняли пятнадцать минут – рекордное время, достигнутое ценой того, что она натянула чулки на ещё влажные после душа ноги, а волосы закрутила в пучок, даже не попытавшись их высушить. Костюм она выбрала самый свободный – тёмно-синий брючный, который висел в шкафу на случай «дней, когда хочется дышать». Теперь он пригодился по другой причине. Главное, чтобы никто не заметил, что она запахнулась в него, как в спасательный круг.

Косметика легла на лицо слоем, который Аврора мысленно назвала «боевая раскраска». Тональный крем скрыл синяки под глазами, консилер замаскировал бледность, румяна добавили хоть каплю жизни. Она посмотрела на себя в зеркало прихожей – сойдёт. Не звезда с обложки, но и не покойница.

Она схватила сумку, на секунду замерла, вспомнив, что внутри лежит папка из клиники. Достала её, переложила в ящик комода, заперла на ключ. Не таскать же это с собой на работу, где Чарльз может заглянуть в сумку своим любопытным взглядом, а Оливер – просто попросить что-то найти, и его длинные пальцы…

Она тряхнула головой, отгоняя наваждение.

Ключи, телефон, наушники. Всё.

Она вышла в коридор и почти столкнулась с миссис Бейкер, которая, видимо, караулила её за дверью.

– Иду! – Аврора подняла руку, останавливая готовый сорваться поток слов. – Сантехник будет сегодня. Я позвоню, как только договорюсь. А с потолком мы потом решим.

Миссис Бейкер открыла рот, чтобы что-то возразить, но, видимо, увидела в лице Авроры что-то такое, что заставило её передумать. Она только вздохнула, покачала головой и сказала:

– Молодые вы, молодые… Ничего-то вы не умеете, одни проблемы от вас. – И скрылась за своей дверью, но уже без крика, а с тем особым вздохом, который у пожилых женщин означает: «Иди уже, раз надо, а я пока помолчу, но ненадолго».

Аврора сбежала по лестнице, потому что лифт в их доме работал через раз, а сегодня, судя по всему, был именно тот самый «раз», когда он не работал. Три пролёта вниз – и сердце забилось так, будто она пробежала марафон. Она остановилась на площадке первого этажа, прижав ладонь к груди, и поймала себя на мысли, что считает удары. Врач говорила, что сердцебиение может участиться. Ещё одна радость.

На улице было морозно, но солнечно. Она натянула перчатки, застегнула пальто и быстрым шагом направилась к метро. Каблуки цокали по утрамбованному снегу, дыхание вырывалось белым паром. Она старалась идти ровно, не сбавляя темпа, но где-то на середине пути к станции почувствовала, что ноги снова становятся ватными, а в висках пульсирует тупая боль.

«Это просто усталость», – сказала она себе. – «Ты не выспалась, вот и всё. Не паникуй».

Но паника уже сидела где-то глубоко, в основании позвоночника, и ждала своего часа.

В метро, в вагоне, ей не хватило места. Она стояла, вцепившись в поручень, и чувствовала, как её подташнивает от резкого запаха чужого парфюма и застоявшегося воздуха. Рядом какая-то женщина с громоздкой сумкой толкнула её локтем, и Аврора едва удержалась на ногах. Ей захотелось закричать: «Осторожнее! Я беременна!» – но она промолчала. Она ещё не привыкла к этой мысли. Она вообще не была готова озвучивать её вслух.

На станции «Сити-центр» она вышла и почти бегом направилась к выходу. Оставалось десять минут до девяти. Если повезёт со светофорами, она успеет.

Она успела.

В вестибюле бизнес-центра она на секунду задержалась у зеркальной стены, поправила воротник, убедилась, что на лице не осталось следов утренней катастрофы, и нажала кнопку вызова лифта.

Двери открылись, и она шагнула внутрь, уже нажимая кнопку восьмого этажа, когда чья-то рука перехватила дверь в последний момент.

– Доброе утро, – раздался голос, от которого у неё внутри всё перевернулось.

В лифт вошёл Чарльз Вуд.

Сегодня он был в сером костюме, с идеально завязанным галстуком и тем неуловимым выражением лица, которое Аврора научилась распознавать как «режим охоты». Его янтарные глаза скользнули по её лицу, по фигуре, задержались на том, как она держится – чуть напряжённее обычного, чуть бледнее, несмотря на тональный крем.

– Ты сегодня рано, – сказал он, вставая рядом. Слишком близко. В лифте было много места, но он выбрал место рядом с ней.

– Я всегда прихожу к девяти, – ответила она, глядя прямо перед собой на закрывающиеся двери.

– Ах да, – он улыбнулся, и в его улыбке было что-то кошачье, хищное. – Ты у нас образец пунктуальности. Вчера, кстати, как себя чувствовала после прогулки?

Она напряглась. Он снова напоминал о вчерашнем. О том, как нашёл её на скамейке. О том, что видел её растерянной, уязвимой.

– Нормально, – сухо ответила она. – Спасибо, что подвезли.

– Всегда пожалуйста, – он чуть склонил голову, и его голос понизился до полушепота, предназначенного только для неё. – Знаешь, Аврора, я вчера долго думал. О том, что ты сидела на морозе, бледная, и смотрела в одну точку. И знаешь, к какому выводу я пришёл?

Лифт поднимался медленно. Цифры на табло менялись: 4, 5, 6…

– К какому? – спросила она, чувствуя, как её пальцы в перчатках сжимают ремешок сумки.

– К тому, что ты что-то скрываешь, – он произнёс это так спокойно, будто говорил о погоде. – И я хочу знать, что именно.

Двери лифта открылись на восьмом этаже. Аврора шагнула в приёмную, не оборачиваясь, но чувствуя его взгляд на своей спине. Временная секретарша подняла голову, посмотрела на них обоих и тут же опустила глаза, сделав вид, что ужасно занята документами.

Аврора прошла к своему столу, сняла пальто, повесила его в шкаф. Её руки дрожали, но она заставила их успокоиться. Она села в кресло, открыла ежедневник, включила компьютер. Всё как обычно.

Чарльз не уходил. Он стоял у стойки ресепшн, глядя на неё с выражением, которое она не могла прочитать, а потом, не сказав больше ни слова, развернулся и пошёл в сторону своего кабинета, оставив в воздухе запах своего одеколона.

Аврора выдохнула. Только сейчас она заметила, что задерживала дыхание.

– Мисс Стоун, – раздался голос временной секретарши, Эмили. – Мистер Хоторн просил передать, чтобы вы зашли к нему, как только появитесь.

Аврора закрыла глаза на секунду.

«Конечно», – подумала она. – «Конечно, просил».

Она поднялась, поправила блузку, одёрнула пиджак и направилась к двери кабинета. Постучала.

– Войдите.

Оливер стоял у окна, спиной к ней. В руке он держал чашку кофе, и даже со спины в его фигуре чувствовалось то особое напряжение, которое Аврора научилась распознавать за три года. Он был не в духе.

– Вы хотели меня видеть? – спросила она ровным голосом, закрывая за собой дверь.

Он медленно повернулся. Зелёные глаза смотрели на неё с высоты его роста, и в них было что-то, что заставило её внутренне сжаться. Не гнев. Не холод. Что-то другое. Более опасное.

– Вы опоздали, Аврора, – сказал он тихо.

– На пять минут, – она посмотрела на часы на его столе. – Я…

– Я знаю, – перебил он, ставя чашку на стол. – Я знаю, что вы опоздали на пять минут. Я знаю, что вчера вы брали отгул и вернулись после обеда. Я знаю, что сегодня утром вы кого-то топили в своей квартире, потому что ваша соседка звонила в жилуправление и они перезвонили мне, так как вы указали мою компанию как место работы в каком-то бланке.

Аврора замерла. Миссис Бейкер дозвонилась-таки до жилуправления. И те, видимо, решили надавить через работодателя.

– Это не имеет отношения к работе, – начала она, но Оливер поднял руку, останавливая её.

– Я не об этом, – он сделал шаг в её сторону. Потом ещё один. – Я о том, что вы, Аврора, которая никогда не опаздывает, которая всегда на шаг впереди, которая знает расписание моих звонков лучше, чем я сам, – вы в последнее время ведёте себя странно.

Он остановился в полуметре от неё. Достаточно близко, чтобы она чувствовала тепло его тела, но достаточно далеко, чтобы это можно было списать на обычный разговор.

– Вы бледны, – продолжил он, и его голос стал ниже. – Вы выглядите уставшей. Вы рассеянны. Вчера вы неправильно соединили меня с Токио, чего с вами не случалось никогда.

– Я исправила ошибку в течение минуты, – возразила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Дело не в ошибке, – он склонил голову, и его взгляд стал почти мягким, что пугало её больше, чем холодность. – Дело в том, что с вами что-то происходит. И я хочу знать, что.

Она смотрела в его зелёные глаза и чувствовала, как внутри поднимается знакомая волна – смесь страха, паники и чего-то ещё, что она отказывалась называть. Он стоял так близко. От него пахло тем самым парфюмом – табаком, кожей, мускусом. Тем же, что был в подсобке. Она почти физически ощутила прикосновение его пальцев к своей шее, хотя сейчас он даже не протягивал руку.

«Скажи ему», – шепнул внутренний голос. – «Скажи сейчас. Узнай, был ли это он».

Но она не могла. Слова застряли в горле, превратившись в ком, который мешал дышать.

– Со мной всё в порядке, – выдавила она. – Просто… личные обстоятельства.

Оливер смотрел на неё несколько секунд, и она видела, как в его глазах что-то меняется. Разочарование? Гнев? Она не могла разобрать.

– Личные обстоятельства, – повторил он. – Хорошо. Я не буду настаивать. Но, Аврора… – он наклонился чуть ближе, и ей показалось, что он сейчас коснётся её, но он лишь поправил край её воротника, который загнулся. – Вы знаете, где меня найти, если решите, что эти обстоятельства требуют… моего участия.