Марго Генер – Мир Небулана (страница 15)

Горшками Алекс обозначил, вероятно, нас. Быть чьим-то кормом, мне, конечно не хотелось, да и прав Алекс по поводу доклада кровососа. Но то, что этого блондинистого клыкача придется убить, не укладывалось в голове.

На плечо легла тяжелая ладонь Соловья, над головой прозвучал его негромкий и терпеливый голос.

– Яра, другого выхода нет, – сказал он. – Алекс дело говорит.

– Поверить не могу, – прошептала я, глядя на носферату, который переводит полные ярости красные глаза с одного на другого. На мне его взгляд задерживается чуть дольше и от этого мне не по себе. И все же – просто взять и убить?

– Яра? – вдруг произнес носферату все так же негромко из-за чар Хрома. – Ярослава значит?

Мы все переглянулись, я в озадаченном смятении нахмурила брови и произнесла, сложив на груди руки:

– Ну, допустим. И?

– Я слышал о тебе, – хмыкнул носферату. – Ты якорь лорда Фабиана.

Сол фыркнул позади:

Он еще и лорд.

Дело сдвинулось с мертвой точки. Не желая того, кровосос сам заговорил, судя по всему, эмоционально мы его все-таки из равновесия вывели. Боясь потерять источник информации, я шагнула к костру с кровососом и проговорила:

– А ты знаешь Фабиана?

– Кто не знает носферату четвертого ранга, – ухмыльнулся кровосос. – Он приближен к первым помощникам повелителя.

Я потерла подбородок и поинтересовалась:

– Чисто для справки: а ты сам какого ранга?

Улыбка носферату стала снисходительной, на клыках заиграли оранжевые отблески костра.

– Восемьдесят седьмого, – ответил он. – Но для повелителя мы все – его агнцы. Я всегда под его надежной защитой и готов умереть за великого Десмонда Варгаса. Можешь меня пытать, агент.

Взгляд носферату стал безжизненным и отстраненным, будто он уже переживает бесконечные пытки. Я все ещё считала, что применение физического насилия – это недопустимая мера, но Алекс обернулся на меня и на его лице я узрела неотвратимость.

– Яра, если вас поменять местами, носферату не раздумывая, вцепится в твою нежную шею, – проговорил он, будто прочитав мои мысли. – У них другая мораль, другие правила и порядки.

Затем перевел взгляд на Соловья и добавил:

– Уведи её. Я разберусь.

На этот раз мое возмущение и сопротивление были подавлены Соловьем, который сгреб дрыгающую ногами меня в охапку и отнес за деревья, куда свет костра не попадает, но из-за густоты зарослей относительно безопасно.

– Пусти меня, – прошипела я, когда Сол и так опустил меня на землю.

Я демонстративно поправила платье, то самое, коктейльное и совсем не подходящее для нынешних условий.

– Вы просто изверги. Неужели нельзя без… вот этого всего?

Соловей развел руками и опустился на пенек, взглядом указывая мне сесть рядом на сухое бревно.

– Алекс прав, – произнес он, – небуланцы сделаны из другого теста. Если кровосос сказал, что ничего не скажет, то единственная попытка развязать ему язык – это проявить абсолютную власть. Они понимают лишь этот язык.

Я все ещё отказывалась верить.

– И что, нельзя нормально договориться?

– Ну, ты ведь попробовала, – со слабой улыбкой ответил Сол. – Не кори себя, у тебя все равно ничего не получилось бы. Он небуланец, а значит будет либо подчинять, либо подчиняться. У землян для давления на них есть лишь один инструмент: сила.

Пришлось замолчать, обдумывая его слова. Но на всякий случай нахмурилась и надула щеки, чтобы не решил, что я вот так запросто согласилась с применением подобных методов. И все же приходилось признать – агенты опытнее и в психологии небуланцев разбираются определенно лучше меня.

Если кровососы понимают только язык силы, как ни тяжело это признавать, но с ними принцип «лучшая битва – это та, которой не было» может не сработать.

Тем не менее я испытывала жалость к кровососу. Он ведь не нарочно здесь оказался. Стоп. А если нарочно? Алекс сказал, что носферату давно за нами следил. Может быть, он действительно шпион?

Мысли полезли разные и со всех сторон. В их потоке меня закружило так, что я не заметила, как в тишине, нарушаемой лишь шелестом ночной листвы, прошло минут двадцать.

Я вскинулась.

– Почему ничего не слышно?

Соловей, все это время строгающий очередную палочку, с удивлением покосился на меня.

– А что должно быть слышно? – поинтересовался он мирно.

Отвечать мне не очень приятно, но все же пришлось.

– Ну, Алекс ведь его… пытает. Но криков не слышно.

– А, это… – протянул Сол. – Он наложил на кровососа чары, чтоб не орал и не привлекал внимания.

От такой жестокости у меня зашевелились волосы на затылке.

– То есть ему больно и он даже не может кричать? – не поверила я.

Сол только пожал плечами.

Этого я терпеть не могла. Пусть носферату и кровосос, подлая тварь из мира два-пять, которой непонятно что надо. Но даже пытки должны иметь какие-то пределы гуманности.

Я резко встала с бревна, Соловей поднял на меня голову.

– Ты чего? – спросил он с удивлением.

– Ничего, – ответила я и решительно вылезла из зарослей, не дав Соловью ухватить меня за ногу, и направилась к освещенной костром полянке.

Сол меня конечно же догнал, но сделал это, когда я успела подойти к огню, где обнаружила Алекса, который с помощью заклинаний и чар делает с кровососом что-то дикое. Путы остались на земле, а самого носферату подняло в воздух на полтора метра, где скручивает и сгибает в дугу. Глаза на выкате, лоб покрылся красными каплями, видимо так у носферату выглядит пот, лицо искажено гримасой боли.

Хром стоит рядом и делает какие-то совершенно неизвестные мне пассы.

– Алекс, перестань, – выдохнула я. – Ему больно!

– Верно, – согласился он, недовольный, что я снова влезла. – Но очень эффективно.

Сол взял меня за локоть, собираясь снова увести в сторону, но я вырвала его и с силой толкнула Алекса, выкрикнув:

– Так нельзя! Алекс, нельзя!

Хром моей атаки не ожидал, и споткнулся, отскочив в сторону. В этот же миг заклинания с носферату спали, и он, обретя свободу, с яростным рычанием кинулся на меня.

Почему объектом его агрессии стала именно я, понять не успела, только услышала его глухой хрип:

– Пахнешь, сальма…

Следующее, что я успела осознать, это Алекс налетает на меня, накрывая собой, а я в просвет между его локтем и торсом вижу как Соловей кидается на кровососа, сшибая его всей массой. Они падают, раздается хруст и все затихает.

Только после этого до меня дошло, что я снова была на волоске от гибели и меня мелко затрясло. Алекс чуть отстранился от меня, его лицо оказалось над моим, а глаза засветились ярким голубым огнем, в которых читалается целая палится эмоций от бешенства до, кто бы мог подумать, заботы.

– Испугалась?

Я нервно закивала, изо рта вырвалось что-то несуразное:

– Что такое сальма?

Из-за спины Алекса донесся голос Соловья:

– Что-то вроде собачьей самки, если переводить на человеческий. Только в бранном смысле.

Трясясь, как осинка, я осторожно высунула голову из-за плеча Хрома, который все ещё держит меня в руках, и пролепетала: