Марго Генер – Хранители рубежей (страница 26)

– Как? – хором переспросили Ясень и Дубрава.

– Главное, какая суть внутри существа, – пояснил Миха. – Можно встретить и благопристойного тролля, и разнузданного воина. От человека зависит. Ну или не человека. Ясно вам?

Оба закивали, а Миха сказал уже мне:

– Пойдем. Спрутовская зовет.

Когда лешаки услышали о Спрутовской, оба в один голос вздохнули. Еще бы. Их командир АКОПОС к себе не вызывает. Я извиняюще улыбнулась, это ведь не я контролирую ее приказы, быстро попрощалась и под восхищенные взгляды зеленоволосых пошла с Михой.

– А что ей надо? – спросила я, когда корпус академии Парамагии остался позади.

– Не знаю, – сообщил медведь. – Но мое нутро подсказывает, дело в проклятой душе.

Я вздохнула.

– Значит, будет ругать.

Миха неуверенно цокнул.

– Не берусь утверждать.

Кабинете Спрутовской в этот раз блестел от солнечного света, из распахнутых окон слышны птичьи трели, а по комнате бегают упитанные гномихи в фартуках и чем-то брызгают пол. Сама Виолетта Спрутовская восседает в углу на какой-то мраморной колонне и шевелит щупальцами.

– Не обращайте внимания, – сказала она нам, кивая на гномих. – Ловят мелкую заразу. После твоей выходки кстати, Воронцова. Волшебная тля сбежала из оранжереи и разбежалась по моему кабинету.

Мне только и оставалось сказать «извините».

– Но я не за этим тебя вызвала, – сухо отозвалась осьминожиха. – Думаю, сама догадываешься, для чего.

Я покосилась на Миху, тот бессильно сдвинул плечами, а я опустила голову и ответила:

– Предполагаю.

Спрутовская кивнула, ее высокая фиолетовая прическа слегка колыхнулась.

– Прекрасно. В таком случае надевай легерскрибер. Посмотрим, что, ты видела, – приказала она. – Имей в виду, важной может оказаться любая деталь, любая мелочь. Это понятно?

Она так строго на меня посмотрела, что у меня сжалось нутро, я кивнула.

– Кристально.

И когда дорожная гномиха надела мне на голову новую и блестящую лерку Спрутовской, я постаралась детально вспомнить все, что могла из своего путешествия по сознанию темной твари. Параллельно думала, почему здесь не присутствуют Алекс Хром и Соловей? Ведь они тоже часть команды, точнее, основная ее часть, не считая медведя. А я как раз так, пробегала мимо.

Спрутовская внимательно смотрела в экран ноута, где отобразились мои воспоминания, делиатно промолчав о моих мыслях про Алекса. Потом повисла пауза, такая тихая и напряженная, что я услышала, как бьётся мое сердце, а в голове шумит кровь. Спустя пару минут Виолетта проговорила:

– Соловей оказался прав. Что-то странное творится в мире два-пять. Судя по тому, что ты рассказала, у них неспокойно. Пока не понятно, с чем связано это неспокойствие. Но было бы хорошо выяснить. Потому что наша работа не только устранять, но и предвосхищать опасные ситуации.

Половину смысла я пропустила, поскольку при упоминании Соловья мои мысли пошли не в ту сторону. Значит, он говорил обо мне и моем поступке с самой Спрутовской? Надо же. От этого почему-то на душе стало немного теплее. Хоть кто-то в АКОПОС, кроме Михи настроен ко мне чуть менее враждебно, чем остальные.

– Поэтому, – продолжила Спрутовская, – ваша группа будет отправлена на разведывательную операцию в мир Небулан для выяснения обстоятельств.

Новость ударила меня, как обухом по голове, язык пересох. В первые секунды я не нашлась, что ответить, и только спустя несколько мгновений смогла проговорить:

– Так как же я поеду или… полечу? Или как это у вас? Я же ничего не знаю. Я только учусь в академии…

Спрутовская снова кивнула.

– Учись старательнее, – сказала она. – То, что ты сделала, конечно, вопиюще. Но в этом есть часть и моей вины, как руководителя. Поэтому, как видишь, я не наказываю тебя. Иначе в первую очередь мне следовало бы наказать себя. Но должное отдать тебе стоит, Воронцова. Хоть и по незнанию, но ты пошла на опаснейший шаг. Девочка спасена. А остаточные данные после слияния с сознанием твари могут быть крайне нам полезны.

– Я и не думала… – растерялась я, не зная, как реагировать на ее слова. То ли похвалила, то ли поругала.

– Разумеется, – согласилась осьминожиха. – Поэтому тебе стоит наведаться на Буферный рынок и приобрести необходимый лично тебе инвентарь. На курсе предметологии тебе уже объяснили его особенности?

Краска стыда теплом растеклась по моим щекам до самой шеи. Командир Спрутовская вообще-то меня очень покрывает, буквально во всем. Хотя сама не знаю – почему. А я выбираю только те предметы, которые хочется. Оказывается есть еще какая-то предметология, которую я всегда пропускала мимо.

Я покачала головой.

– Как-то не успела.

Спрутосвская сдвинула фиолетовые брови и приказала:

– Внеси предмет в свое расписание.

– Так точно, – промямлила я.

– От меня тебе ликбез, – продолжила Виолетта, – на предметологии изучают магические и немагические приспособления, артефакты, колбы, сумки, снадобья, которые могут понадобиться агенту АКОПОС. Каждый в результате собирает собственный комплект, который соответствует его специализации и навыкам. Это понятно?

– Понятно…

– Агент Валовой поможет тебе на первых этапах с выбором инвентаря. И приступай к усиленной подготовке. Свободны.

Спрутовская поднесла щупальцем какую-то книгу и уткнулась в неё, а Миха ухватил меня за локоть и вывел из кабинета.

– Ну что, Ярослава Воронцова, готова к Буферным рынкам? – зычно просмеялся он.

Глава 13

О буферных рынках я помнила, что они находятся под Москвой на берегу подземного моря. Или как-то так. Остального прочитать не успела, как-то не до того было. Но узнать поближе, какое такое море прямо под столицей – не терпелось.

К сожалению отправились мы туда не сразу, Миха сказал:

– Иди пока займись чем-нибудь, у меня в кабинете сасквоч сидит. Не знаю, как его на Евразию занесло. Короче, разобраться надо.

И ушел уверенной походкой громадного медведе-человека, оставив меня в коридоре. Заняться мне всегда есть чем, особенно теперь, когда я от всех отстаю по всем параметрам. Поэтому решила немного познакомиться с предметологией, не зря же Спрутовская меня наставляла. Но прежде подумала заглянуть в сад, может там Славка Пересвет и Лебедь, а мне захотелось с ними поздороваться.

Но, когда я сделала шаг на крыльцо сада, воздух задрожал, мир поплыл как если бы вдруг стало невыносимо жарко. Деревья и арки сада расплавились, потекли в стороны, голова закружилась, и меня немного повело в сторону. Я дёрнула рукой, в попытке схватиться за колонну слева, но ладонь провалилась и я грохнулась на землю.

Именно на землю, красноватую, сухую, изрытую трещинами. Крыльцо куда-то делось, как и сад. На их месте теперь долина сухой, багровой почвы, редкие кустарники со скудными листья и перекати-полями. Свинцовое небо нависает низко и давит непомерной массой. Всюду пахнет озоном и чем-то железным.

Меня охватил животный ужас. Это место напоминает ад. Именно так его описывают в классической версии и таким рисуют – безжизненной пустыней.

Захотелось крикнуть, позвать кого-то на помощь, но эту мысль я тут же задавила – что если здесь обитают чудовища? Они услышат и прибегут на мои крики. Лучше быть незаметной, бесшумной и осторожной.

Кое-как я поднялась и на дрожащих ногах двинулась к ближайшему кустарнику, чтобы спрятаться под ним. Какое никакое, но все же укрытие.

Только я до него дошла и залезла под колючую крону, как откуда-то слева послышался конский топот. Он приближался быстро, звук распространялся странно – будто с каким-то эхом.

Сидя в кустах я стала вглядываться туда, где должен вот-вот появиться всадник. Через несколько мгновений лошадь действительно вылетела из-за холма. От её вида у меня похолодела спина, потому что от лошади только скелет с седлом. Копыта грохочут страшно и раскатисто, а верхом восседает худосочный, но с хорошей выправкой человек, лицо бледное, тёмные волосы завязаны в тугой узел сзади, одет в красный мундир и такие же брюки.

– Приветствую, мой барон, – раздался голос совсем рядом. Я вздрогнула и резко развернулась, рискуя зашуршать кустами. К счастью успела удержать ветки. Зато сквозь них теперь прекрасно вижу, что на той стороне кустарника тот самый красноглазый клыкастый, который упёр мою сумку. Видимо, я так сосредоточенно смотрела на всадника, что не заметила, как появился клыкастый.

Теперь я вся превратилась в слух. Кто они? Что тут делают? И где я вообще?

– Да не оскудеет кровь, – снова поприветствовал красноглазый всадника и встал на колено.

– Да будет вечен поток, – ответил всадник и жестом приказал подняться красноглазому. – Ты достал необходимые для ритуала предметы, Фабиан?

Красноглазый, которого всадник назвал Фабиан, сунул руку в карман своих широченных цветных штанов и вытащил из них мою сумочку. Кроме неё ещё гребешок и колбочку с красной жидкостью.

– К сожалению, мой барон, – виновато произнёс красноглазый Фабиан, – всё достать пока не удалось. Но мы работаем над этим.

И без того мрачное лицо всадника потемнело ещё больше. Он наклонился вперёд, его рука отвелась в сторону, а затем громкая затрещина обрушилась на лицо клыкастого красноглазого. Того откинуло, он рухнул в красную пыль. От хлёсткого звука я сама подпрыгнула, в очередной раз рискуя выдать себя. Но незнакомцы так увлечены делом, что не обратили внимания, на какой-то там шелест.