Марго Арнелл – Зачарованные сладости попаданки (страница 8)
– Я слышала о нем. Если хочешь, чтобы бог удачи тебе улыбнулся, его нужно задобрить сладким.
– Да, верно! – отчего-то обрадовался торговец. – Ну вот люди и стараются. Поэтому сахар у нас – как воздух. Каждый фермер за городскими стенами и даже в самой захудалой деревушке выращивает сахарный корень. Это растение вроде толстого клубня с белой, сладкой мякотью. Его отваривают, сушат, а потом перемалывают в кристаллы. Работы много, но сам корень растет быстро и везде, от болот до горных склонов. Считается, сам Меллиферо благоволит его росту.
Ага, вот и причина дешевизны сахара, даже несмотря на его ценность.
Сахар я приобрела. Нагрузив тележку, покатила ее по мостовой, сложенной из все того же причудливого золотисто-карамельного камня. Мелькнула дикая мысль попробовать один из камешек на вкус.
Так, кажется, я проголодалась. Что, впрочем, совсем неудивительно, если учесть, что чуть ли не половину суток в моем животе не было и крошки. На коротком привале, давая отдых натруженным плечам, я перекусила крохотной горстью сухофруктов.
А в кармане тем временем осталось пять роев, два из которых нужно было отдать. Негусто, конечно, но вместо тревоги меня переполняло предвкушение.
Ведь мне предстояло не просто готовить, приводя в действие свой план. Меня ждала гномья чудо-печь. Не терпелось ее опробовать!
Глава 9. Волшебная печь
Печь стояла передо мной во всей своей гномьей красе, словно каменный идол, ожидающий жертвоприношения.
Для “тестового прогона” я выбрала рецепт песочного печенья с сухофруктами – простой и проверенный временем. Я еще в детстве помогала бабушке его готовить. Но как отреагируют на него местные жители, избалованные слабостями? Не сочтут ли слишком простым и банальным? Все же мне хотелось предложить им что-то… необычное, что-то, что их удивит.
Но, в конце концов, это лишь проба. И в будущем я всегда могу усложнить и улучшить десерт или изменить его подачку.
В настоящем хорошо бы не спалить все волосы и заодно весь дом. Все-таки работать мне придется с зачарованной рунами гномьей печью. Кто знает, чего вообще от нее ожидать?
Отбросив сомнения, я приступила к делу.
Сначала просеяла муку, чтобы печенье было воздушным, а не напоминало кирпич. Добавила щепотку соли и сахар, перед этим положив один кристаллик на язык. Сладкий, с едва заметным ванильным привкусом. Добавила нарезанное кубиками масло и только потом ввела желток. Осторожно, словно работала над какой-нибудь особенно опасной алхимической формулой, ошибаться в которой было нельзя.
Все ингредиенты я смешала в большой глиняной миске. Пока тесто настаивалось, занялась сухофруктами. Мелко нарезала изюм, курагу, сушеную вишню и пару кусочков чего-то, что торговец назвал “солнечными ягодами”. Оно выглядело и впрямь как сморщенное солнце, но пахло заманчиво.
В настоявшееся тесто ввела сухофрукты и тщательно перемешала, равномерно распределяя их. Один кусочек не должен быть вкуснее и слаще другого, разве не так?
Наконец тесто было готово. Дракон на дверце явно скалился, и я никак не могла избавиться от мысли, что меня сейчас начнут проверять на профпригодность.
Итак, настало время познакомиться с печью поближе.
Она и правда казалась живой, словно каменный зверь, ждущий, чтобы его приручили. Я заглянула в драконью пасть-дверцу. Внутри царила кромешная тьма, но я чувствовала исходящее оттуда тепло.
Я разжигала огонь аккуратно, как учил Грознак – сложила дрова и установила рычаг так, чтобы пламя не было слишком сильным. Печь довольно урчала, принимая подношение. Затем дрова вспыхнули, озаряя внутренности печи танцующими языками пламени.
Драконья морда довольно прищурилась, а из каменных ноздрей повалил дым.
Я тем временем внимательно изучила систему рычагов и рукоятей. Грознак объяснял, что правый рычаг отвечает за подачу воздуха, левый – за тягу, а крутящаяся рукоять регулирует высоту пламени. Я с опаской потрогала рычаги, стараясь не сделать ничего лишнего.
– Главное, не переборщить, – бормотала я себе под нос, пытаясь уловить нужную температуру.
Печь то недовольно брюзжала, то довольно вздыхала, то возмущенно дымила, словно оценивая мои старания и одновременно – направляя меня. Наконец я решила, что она достаточно прогрелась.
Раскатав тесто в тонкий пласт, я вырезала из него небольшие кружочки и выложила их на смазанный маслом медный противень – часть этого восхитительного творения.
Перед тем, как отправить его в печь, я прошептала: “Пожалуйста, печь, не подведи меня!” Загрузила противень ив драконью пасть и плотно закрыла дверцу. Дракон прикрыл глаза, будто говоря: “Ладно, посмотрим, что у тебя выйдет, смертная”.
Теперь оставалось только ждать.
В этот момент, будто желая скрасить мое ожидание, из ближайшей пристройки полилась печальная мелодия лютни. Тонкие ноты просачивались сквозь стены, и я замерла, прислушиваясь.
Какая же красивая мелодия… но тоскливая, до странной ноющей боли в сердце. Каждая нота, казалось, пропитана слезами и печальными воспоминаниями. Мне казалось, они рассказывают историю о расставании, о несбывшихся надеждах и утерянных мечтах. О бывших возлюбленных, чьи лица навсегда стерлись из памяти, оставив лишь щемящую пустоту.
Но как же проникновенно играл мой сосед! Невольная улыбка тронула губы. Что ж, пусть изливает душу.
Время шло. Я стояла, не отрывая взгляда от печи, словно она могла наброситься на меня и съесть. Драконья морда то довольно прищуривалась, то хищно оскаливалась, будто предвкушая вкус печенья. Комната наполнилась сладким, теплым запахом.
Мелодия затихла, и я вздохнула, вдохновленная и наполненная тем удивительным теплом, которое может подарить хорошая музыка.
Однако спустя несколько мгновений передышки мелодия полилась снова. Те же ноты, та же печаль, просачивающаяся сквозь щели в стене. Я пожала плечами. Наверное, сосед только недавно выучил или сочинил эту песню и хочет теперь довести до совершенства.
Вдруг раздался тонкий свист. Медный свисток! Печенье подгорает! Я быстро открыла дверцу и вытащила противень. Печенье и правда начало подрумяниваться слишком быстро. Я убавила подачу воздуха и уменьшила высоту пламени, надеясь спасти ситуацию.
Выдохнув, я достала вторую партию печенья. На этот раз все было идеально! Золотистые, аппетитные, пахнущие так, что бог удачи, находись он где-то рядом, уже мчался бы ко мне со всех ног.
Я выложила печенье на деревянное блюдо и с гордостью оглядела свою работу. А потом надкусила одно. М-м-м… вкуснятина. Свежие, горячие, хрустящие! Пусть и не без приключений, но первая выпечка в этом мире удалась!
Теперь осталось только узнать, понравится ли она жителям Ханиглоу. Помощь Меллиферо бы не помешала.
Пока печенье остывало, я подняла взгляд на дракона на дверце печи.
– М-м-м… будешь? – неуверенно спросила я.
Дрова печь поглощала только так. Может, ей и мое печенье понравится?
Ответа я, конечно, не дождалась. Пожав плечами, отломила кусочек печенья и бросила его в огонь. Печь тихо заурчала. Пламя за каменной кладкой погасло, снова превращая драконьи глаза из огненных в черные. Как будто дракон, чей дух таился в печи, насытился и отправился на покой.
Кажется, у нас с ней завязывается дружба.
Глава 10. Печенье с сюрпризом
Наскоро перекусив печеньем, я снова отправилась на рынок. Сейчас, ближе к вечеру, он встретил меня таким количеством людей, что казалось, будто все жители Ханиглоу решили одновременно торговать, покупать и просто стоять, чтобы мешать остальным.
Я стояла с корзиной печенья (сама корзинка чудесным образом нашлась у Грознака на кухне) и смотрела на ряды лавок и прилавков, где места свободного было… ровно столько, сколько совести у прожженного воришки.
Я обошла рынок дважды. Тщетно. Все места были заняты, а торговцы смотрели на меня так, будто каждое печенье в моей корзине угрожало их бизнесу.
– Место? – хмыкнул один пожилой торговец. – Тут места только для тех, кто платит. Либо молится Меллиферо, чтобы кто-нибудь вдруг помер.
Наверное, я была недостаточно амбициозна, чтобы прибегнуть к варианту с молитвой и… эм… чужой смертью. Так что решила разобраться с тем, кто отвечает за порядок на рынке.
Такого человека по наводке торговцев я нашла у входа. Массивный, широкоплечий, с усами, больше похожими на два раскрытых в полете крыла чайки. Звали его Гарт.
– Мест нет, – буркнул он, едва взглянув на мою корзинку. – Все давно разобрано.
– А если я найду пустое место? – спросила я.
Гарт прищурился и окинул меня с ног до головы оценивающим взглядом. По случаю моей первой торговли приготовленным собственноручно печеньем я надела синюю юбку и нарядную шелковую блузу.
Возможно, мои приготовления оказались нелишними.
– Если найдешь – оно твое.
Очень мило с его стороны дать мне шанс, но отыскать пустое место, несмотря на весь мой боевой задор, оказалось не так-то просто. Однако спустя несколько минут поисков я приметила закуток между двумя лавками – проход, заваленный ящиками и бочками.
Я подвела Гарта к этому месту и ткнула в него пальцем.
– Это не место, а свалка, – хохотнул он. Пожал плечами. – Но если уберешь его, оно твое.
Что ж, я с недавних пор стала горничной. Так что уборка теперь – моя профессиональная обязанность. Видимо, в перерывах между готовкой.
Я взглянула на завал. Учитывая, что я одна, мне предстояло практически совершить подвиг. Но я уже поняла, что в этом мире проще подружиться с гномьей печью, чем ждать, пока удача сама тебе улыбнется.