Маргарита Теплова – Переходница: Между Мирами (страница 2)

Очнулась она не в больнице. Не в белом холоде стерильных палат, не под звуки пикающих мониторов, отсчитывающих секунды жизни. И уж точно не в раю, где арфы льются, словно сладкий сироп, и ангелы парят в небесах с благочестивой улыбкой. И не в аду, где от зловония горящей плоти дерет глотку, а черти скалят зубы в злорадной усмешке. Нет.

Она лежала на холодной каменной плите, жесткой, как сердце старой девы. Плита эта покоилась в помещении, которое более всего напоминало древний храм, заброшенный богами и забытый людьми. Вокруг, словно татуировки на теле пьяного матроса, плясали странные символы, светясь мягким, голубоватым светом, словно призрачное пламя заблудшей души. Воздух пах чем-то металлическим и острым, как кровь на ноже, вытертом о старую тряпку. Звуки казались приглушенными, словно доносились из-под толщи воды, мутной и грязной, как содержимое плохого сна.

Первое, что поразило Машу, помимо тянущей боли во всем теле – словно ее заново собирали из осколков, по частям – был свет. Не солнечный, не лунный, а какой-то мерцающий, инородный, словно он сам был создан из магии. Словно светлячок, запертый в хрустальном кувшине. А потом она увидела их. Существ, которых раньше считала выдумкой, плодом больного воображения, байками, которыми пугают детей. Это были Вампиры.

Настоящие вампиры, черт их побери. С острыми клыками, как бритвы, и глазами, горящими алым пламенем, словно угли в адском костре. Не те гламурные ублюдки из дешевых романов, а хищники, чья суть пропитана древним голодом. Маша, сразу же решила, что хорошенько приложилась головой… Но ее сомнения быстро развеялись.

Один из них, высоченный, с бледной кожей и аристократическим, красивым лицом, словно высеченным из мрамора, склонил голову в поклоне. Поклоне учтивом, но ироничном, словно он издевался над самой концепцией уважения.

— Добро пожаловать в Астар, Переходница, — произнес он голосом, бархатистым и низким, словно шепот змеи. — Мы ждали тебя, как ждет дождь засушливая земля.

Маша не могла поверить своим глазам, или тому, что от них осталось. Мир вокруг был настолько реален, настолько осязаем, что отрицать его существование стало невозможно. Реальность, как ее знали, рухнула, словно ее и вовсе не существовало. Луна здесь действительно светила красным светом, окрашивая небо в кровавые тона, словно кто-то пролил на него чернила. Воздух был густым, насыщенным странными ароматами, которых она никогда прежде не чувствовала, как смесь дорогих духов и гниющей плоти.

Она лежала на каменной плите, словно бабочка, приколотая булавкой к коллекции энтомолога, и понимала, что ее жизнь только началась. И что этот новый мир, мир Астара, мир вампиров и магии, будет намного опаснее, намного безумнее, и намного увлекательнее, чем все, что она могла себе представить. И что самое главное… она теперь стала частью этого мира. Хотела она того или нет.

Пробуждение

— Знаете, я всегда думала, что смерть — это что-то… ну, не знаю, более драматичное, что ли. Может быть, ослепительный свет в конце туннеля или встреча с давно ушедшими родственниками...

— А оказалось, что это просто темнота. И тишина. Такая абсолютная, что даже собственные мысли кажутся громкими, словно кто-то кричит в пустой пещере.

В этой темноте не было ни верха, ни низа, ни направления. Только Маша и ее мысли, которые кружились в голове, как осенние листья в ураган. Она всячески пыталась пошевелиться, но ее тело словно растворилось в воздухе, превратившись в ничто. Время потеряло всякий смысл — могло пройти мгновение или вечность, она не могла сказать наверняка.

А потом, спустя небольшое количество времени, появился свет. Сначала это была всего лишь крошечная точка, едва заметная в этой бесконечной тьме. Она пульсировала, словно живое существо, то увеличиваясь, то уменьшаясь. Постепенно точка начала расти, превращаясь в россыпь мерцающих огоньков. Они кружились вокруг Маши, создавая причудливые узоры, словно исполняя какой-то древний, заученный, даже ритуальный танец.

Эти огоньки были не похожи на обычный свет. Они имели текстуру, и казалось, что их можно было почти потрогать. Каждый огонёк казался ей наполненным смыслом, словно хранил в себе целую историю. Они были тёплыми и горящими, но не обжигали, и яркими подобно солнцу, но не слепили.

Постепенно свет становился еще ярче, и она начала различать очертания вокруг себя. Сначала это были размытые тени, потом они стали приобретать форму. Маша увидела древние каменные стены, покрытые странными символами, которые светились мягким голубоватым светом. Пол под ней был холодным и твёрдым, а воздух пах чем-то древним и магическим. Наконец чувства вернулись к ней и она ощутила все это место в полной мере.

Огоньки продолжали кружиться вокруг Маши, словно приветствуя здесь новую гостью. Они касались ее кожи, и от этих прикосновений по ее телу разливалось странное тепло. Она чувствовала, как что-то меняется внутри нее, как будто ее клетки во всем организме перестраиваются, подстраиваясь и привыкая к новой реальности.

Когда она наконец в полной мере открыла глаза, перед ней открылся совершенно новый мир — мир, о существовании которого она даже не подозревала. Да что уж говорить, даже представить себе такое было бы трудно. Мир, в котором светлячки были не просто насекомыми, а частицами древней магии, где тьма имела свой голос, а тишина могла рассказать целую историю.

Первое, что Маша осознала по-настоящему — была ярко-выраженная боль. Она была везде: в каждой клеточке ее тела, в каждом вдохе, в каждом движении. Словно кто-то взял ее тело и пропустил через мясорубку, а потом собрал обратно, не особо заботясь о точности...

Она снова попыталась пошевелиться, но тело казалось чужим, непослушным и безымянным. Каждый мускул протестовал против малейшего движения, будто вспоминая, как научиться правильно работать. Каменная плита под спиной была слишком холодной и твёрдой, словно пыталась впечатать девушку прямиком внутрь себя.

— Интересно, — подумала она, — а в райских кущах всегда так неудобно?

Смех девушки получился хриплым и надрывным. Или это и вовсе не она смеялась?

Вокруг по-прежнему плясали те странные огоньки, но теперь они казались еще более осязаемыми. Они кружились вокруг нее, словно мотыльки вокруг лампы, но теперь, в их движениях появилась какая-то новая цель, какой-то свой смысл.

— Кто здесь? — голос Маши прозвучал слабо, почти шёпотом, но не смотря на это, эхо разнесло его по всему помещению.

Из тени тут же выступил тот самый вампир, что приветствовал ее здесь уже ранее. Он двигался медленно и завораживающе, с грацией хищника, а каждый его шаг был выверен и точен. Его глаза по-прежнему горели алым пламенем, но теперь в них читалось что-то еще, отдаленно напоминающее любопытство.

— Очнулась наконец, — произнёс он, и в его голосе прозвучало нечто похожее на удовлетворение. — Я уж начал беспокоиться, что твоё человеческое тело не выдержит перехода.

— Какого еще перехода? — Маша с большим трудом попыталась сесть, но ее тело все же продолжало протестовать. — Где я? Что со мной происходит?

Он сделал шаг вперёд, и она инстинктивно отпрянула. Не то чтобы Маша боялась вампиров в своей прошлой жизни — она вообще мало во что верила, — но сейчас всё казалось настолько реальным, что отрицать очевидное было бы глупо.

— Ты в Астаре, Переходница, — он произнёс это слово с каким-то странным почтением. — В месте, где твоё присутствие изменит всё.

— Переходница? — повторила она, изогнув в недоумении бровь. — Что это вообще значит?

Он улыбнулся, и его клыки блеснули в тусклом свете.

— О, это долгая история, — протянул вампир, устраиваясь на каменном полу напротив Маши. — История, которая началась задолго до твоего рождения и продолжится еще целыми веками после твоей смерти.

Маша попыталась собраться с мыслями. Голова девушки все еще сильно кружилась, но не так, как после хорошего удара по затылку. Это было другое головокружение — словно ее разум пытался осознать нечто большее, чем простую и привычную ранее, физическую реальность.

— Кто ты? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно и не дрожал.

— Меня зовут Люциан Драккас, — представился он, склонив голову в учтивом поклоне. — Князь Тьмы этого региона, хранитель древних традиций и, возможно, твой единственный союзник в этом бренном мире.

Князь Тьмы. Звучало как строчка из дешёвого бульварного романа. Если бы не его клыки и горящие глаза, и не странная магия, витающая в воздухе, Маша бы точно решила, что это просто очень реалистичный сон, ну или просто она хорошенько приложилась головой и сейчас витает в каких-то странных снах.

— Союзник? — переспросила Маша. — С чего бы это? Я вас впервые вижу!

Он пожал плечами, и движение это выглядело почти человеческим.

— Потому что ты — ключ к нашему выживанию, Переходница. Твоя кровь – особенная в нашем мире.

Она почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Не от страха — от осознания. Что-то внутри нее начало складываться в единую картину, хотя большинство кусочков всё ещё отсутствовало. Маша пребывала в полнейшем отчаянии и шоке от услышанного, но старалась держать лицо и не разрыдаться на плече этого недосягаемого и отстраненного незнакомца.