Маргарита Неверовская – Хранитель ключей (страница 5)

— Мне кажется, Артём, что мы с тобой до сих пор спим… или мы умерли тогда, в пожаре…

— Эх! — выдохнул Феликс. — Бедные дети. Они ничего не знают о нашем мире. Как мне их жаль…

— Клоны будут жить здесь, — сказала Марго, стоя перед бывшими карликами, которые сейчас выглядели точной копией её и детей. — Мы больше сюда не вернёмся. Как только органы опеки перестанут меня беспокоить, я расторгну с вами контракт. Феликс!

Он лениво подошёл к ней:

— Ну, чего тебе?

— Верни нас домой.

— Домой?! — воскликнули дети.

Они не успели и ахнуть, как Феликс схватил их, и на секунду все оказались во тьме, а потом — в той самой столовой, где они вчера ужинали. Волосы детей были взъерошены, словно их высушили мощным феном, а в груди били колокола.

— Вы вернулись! — воскликнул карлик, сервировавший стол.

Это был тощий, высохший карлик с гладко зачёсанными волосами. Он был одет во фрак, а его маленькие ножки обуты в лакированные ботинки, блестевшие на свету. Его длинные усы были скручены с помощью воска, чтобы сохранить форму.

— Вы тоже домовой? — догадался Артём.

— Да! — поклонился карлик и с гордостью представился: — Роман Родионович!

— Круто! — присвистнула Софья. — А я и не думала, что у домовых есть имена и отчества.

— Их и не было, сударыня. Присаживайтесь… — Карлик любезно отодвинул стулья, чтобы дети сели на свои места. — Мы были низшими существами, с нами обращались, как с рабами. Но когда Российской империи не стало, нам выдали нейтральный статус. Теперь мы существа свободные и не привязаны к фамильным родам.

— А что вы тогда здесь делаете? — поинтересовалась Софья.

— Я работаю на самую богатую ведьму, — с гордостью заявил Роман Родионович. — У меня самый высокий доход, если сравнивать его со скромными достатками моих сородичей. Я выполняю здесь бытовые обязанности и слежу за особняком.

— Особняк?! — удивились дети.

— А вы думали, что живёте в квартире? — Роман Родионович удивлённо приподнял густые брови, одновременно наливая ароматный чай в изящные чашки из китайского фарфора.

— Но мы вчера зашли в такой убогий дом… — начала Софья.

— На месте этого дома некогда стоял особняк очень влиятельных людей, — перебил девочку Роман Родионович. — С приходом советской власти люди, обладающие удивительными способностями, должны были покинуть свои жилища. Но никто не желал отдавать свои дома. Поэтому с помощью древней магии дома скрылись от людских глаз.

— Магия?.. — спросили дети, затаив дыхание.

— Ваша тётя всё вам расскажет. А сейчас — время завтрака.

— А все ли домовые могут менять свой облик? — спросил Артём у Романа Родионовича. — Мы только что видели, как домовые стали нами и тётей.

— Не все домовые имеют способность менять облик. Я так не умею… Но у меня есть пара своих приёмов.

Домовой улыбнулся, подмигнул детям и покинул готическую столовую. Дети остались одни и принялись деловито поедать вкусности с большого дубового стола, а их богатое воображение добавило в пространство столовой лязг мечей, лай собак и музыку менестрелей.

В зал, цокая каблуками, вошла Марго в чёрном длинном платье. Она грациозно села на своё место и принялась за завтрак.

— Роман Родионович сказал нам… — мягко начала Софья, — …что вы — ведьма, а этот особняк скрыт от всех с помощью магии. Это правда?

— Я не ведьма, но хотела ей стать. Это всё чистая правда, насчёт особняка. — Марго аккуратно отёрла губы салфеткой и взяла в руки серебряный бокал. — Сейчас я занимаю должность вашего отца, который бросил всё, лишь бы прожить скучную жизнь человека.

— И какая должность была у нашего отца? — спросил Артём.

— Он был хранителем ключей.

Марго вынула из кармана платья огромную связку ключей и положила её на стол.

— А эти ключи, они от чего? — спросила Софья и собралась потрогать ключики, но вспомнила о трости тёти и тут же убрала руку под стол.

— По всему миру есть много брошенных домов, чьи хозяева никогда не вернутся. Эти ключи открывают двери в удивительные миры домов города Санкт-Петербурга. В каждом особняке или квартире хранится тайна их хозяев. Там находятся ценные книги, артефакты, реликвии. Если у кого-то окажется ключ от одного из этих домов, то ценности могут исчезнуть. В нашем мире есть охотники за реликвиями, которые очень дорого стоят на чёрном рынке. Задача хранителя ключей — сберечь каждый дом, чтобы воры не забрали у нас последние знания прошлого.

Дети внимательно слушали рассказ тёти и пили чай со сладостями.

— Хранитель ключей должен знать от и до каждый дом, который охраняет. Должен знать весь инвентарь и реликвии, которые хранятся в доме. Мой особняк по сравнению с другими ничтожно мал. Вы представляете, какая ответственность у хранителя ключей?

Дети молча закивали.

— Эта связка ключей всегда передаётся по мужской линии семьи Камских. Ваш отец должен был стать этим хранителем, его к этому готовили наставники. Но он выбрал жизнь простых смертных, и эта невыносимая ноша выпала на мою долю! — Марго разошлась и ударила кулаком по столу. — Из-за этого я до сих пор не вышла замуж! Хотя к чёрту женишков! Мои мечты пошли прахом! Я не хотела быть хранителем ключей, поэтому ты, Артём, станешь им в ближайшем будущем!

— Я? — робко спросил Артём, указав на себя пальчиком.

— Ты, мой мальчик! Ты! — Марго потрепала за щёку мальчишку, приговаривая: — Ты точно не убежишь и не бросишь всё, как твой отец. Ты хороший мальчик и сделаешь то, что скажет тётя.

— Да он сбежит, когда узнает, сколько обязанностей у хранителя ключей! — воскликнул Феликс, неожиданно появившись за столом.

Марго толкнула ногой стул, на котором сидел Феликс. Тот упал на пол, но не распластался на паркете, а неожиданно появился за детьми и прикрылся ими.

— Может, мы приоденем детишек? Познакомим их с нашим рынком — так они ещё больше узнают о нашем мире, — хитро щурясь, улыбался Феликс в ожидании согласия злючки.

— Собирай их в дорогу.

Детишки посмотрели на свои пижамы и подумали, что не хотели бы идти в таком виде на рынок. Но их никто не спрашивал. Сиротки пошли за Феликсом по бесконечным лабиринтам коридоров и комнат.

«Тётя сказала, что я должен знать каждую комнату и то, что в ней находится, — думал Артём. — Но это же очень много! Я не хочу быть хранителем ключей».

Феликс остановился у двери и сказал сироткам:

— Я сейчас приду, а вы ждите. Ничего не трогайте!

Он исчез за дверью и принялся с шумом искать в ней что-то. Дети в это время озирались по сторонам, но ничего интересного в тёмном коридоре не было — только нескончаемые двери и свечи.

— Так! — Феликс вышел из комнаты. — Я нашёл плащи и обувь! Это, конечно, не последний писк моды, но хоть что-то.

«Не последний писк моды» означал чёрные плащи, похожие на мантии, а также обувь, похожую на шутовскую, с острыми носами. Дети накинули плащи на плечи и обулись.

— Ваша тётя уже на рынке, мы не должны опаздывать, а то она станет злой!

Феликс схватил детишек. На пару секунд они увидели темноту, а потом оказались на рынке, в котором сохранилась атмосфера дореволюционных времён. Прохожие мужчины носили красивые шляпы и цилиндры. Женщины были одеты, как дворянки, и важно расхаживали тут и там. На фоне таких людей Феликс выглядел невзрачно в старом твидовом костюме и изношенном пальто. Но ещё невзрачнее выглядели дети рядом со сверстниками. Особенно неловко себя почувствовала Софья, когда увидела, как красиво одеты девочки её возраста. Они выглядели, как куклы со старинных открыток: бантики, рюшечки, ботиночки на шнуровках и красивые пальто с пушистым мехом. Софья взглянула на себя в отражении витрины и стала очень печальной, чуть не заплакав.

— Эй… — Феликс заметил печальное личико девочки. — Твоя тётя тебя сейчас так нарядит, что ты будешь выглядеть лучше всех этих девчонок!

— Правда?

— Я тебе потом покажу гардероб твоей тётки, там такая красота висит! Жаль, что её такой красивой никто не видит…

Феликс щёлкнул пальцами, потому что увидел Марго. Она переходила от одной лавочки к другой, выбирая толстые книги в кожаных переплётах.

— Книги купишь потом, сейчас нам нужно одеть детей.

Феликс взял Марго под руку и повёл её к красивому зданию эпохи модерн. Когда дети вошли внутрь, то ахнули от росписи и лепнины, украшавших зал.

— Этот дом моды расписал сам Муха! — с гордостью заявил Феликс.

— Здесь даже мухи волшебные и рисуют такую красоту? — спросила Софья и чуть не свернула себе шею, разглядывая потолок.

— Ха-ха-ха! — громко засмеялся Феликс. — Я говорил о художнике — Альфонсе Мухе. Он тесно сотрудничал с нашим миром. Хотя тогда мы все были взаимосвязаны. Но когда пришли большевики… — Феликс нахмурил свои изящные брови, но резко стал прежним и улыбчивым. — Так! Выбирайте всё, что захотите, мы должны растрясти тяжёлый кошелёк вашей тётки!

В этот момент ему по голове прилетело тростью — да так, что его вопль раздался на весь зал:

— Ай! Зачем так неожиданно?

— Чтобы не убежал!

Марго хотела ещё раз огреть болтуна тростью, но он резко исчез.