Маргарита Климова – За право мстить плачу любовью (страница 22)

– Люблю тебя, – шепчу, проваливаясь в темноту, и жаркое дыхание в волосах следует за мной.

Глава 33

Надо отдать должное Волковым и их показушности. Дорогой мрамор, чистота, свежие цветы. Весь год Рине хотелось прийти на могилу родителей, но она боялась подставиться, обнаружить себя, выдать настоящее я. Она села на кованую лавочку, закрыла глаза и перенеслась на десять лет назад. В это время года они зависали по выходным за домом и устраивали непродолжительный пикник. Отец никого не подпускал к мангалу, считая своим долгом, как добытчика, обеспечить семью едой. А какая вкусная у него получалась рыба… Сочная внутри с хрустящей корочкой снаружи…

Драгоценные моменты счастья, так недооценённые тогда.

– Я уже близко мама… папа… – прошептала она. – Остался последний шаг, и ад разверзнется под ногами этих тварей. Я буду вдыхать их страх, впитывать их боль, размазывать их кровь. Вы будете отомщены. Клянусь.

Карина погрузилась глубоко в себя, сидела на остывшем металле и не замечала ничего вокруг. Тимур старался не отсвечивать, позволяя побыть с родителями, но поднявшийся ветер и заморосивший дождь заставили нарушить Ринино уединение.

– Карин, погода портится. Поехали? – подошёл Тим и сел рядом. – Нам предстоит самое тяжёлое – посещение твоего родового гнезда, а завтра знакомство с руководством компании.

Рина дёрнулась, отвесив себе мысленный подзатыльник за то, что раскисла, позволив себе проявление эмоций. Только Тимур видел её открытой, ранимой, и то наедине, а здесь слишком много свидетелей.

– Поехали, – поднялась и провела рукой по холодному памятнику, прощаясь и обещая вернуться. – Чего тянуть. Перед смертью не надышишься.

Тим обнял её за плечи, загораживая от мира, и повёл в машину. Двадцать минут дороги, высокий забор, охрана на воротах.

– Как ты? Не передумала? – накрыл своей ладонью её ледяные пальчики. – Ещё не поздно вернуться назад.

– Я справлюсь, Тимур, – перевела взгляд с ворот на своего парня. – А ты подстрахуешь.

– Карина Лемохова, – крикнул охраннику Тим и в ожидании стал отбивать барабанную дробь по рулю.

Ворота открыли сразу, впустив автомобиль в святая святых, куда не смогли пробраться даже вездесущие репортёры. Рина смотрела в окно, пока они неспешно передвигались по брусчатке, и не узнавала территорию, где прошла её жизнь.

– Раньше там был цветущий сад и ажурные беседки, – махнула в сторону дома. – Летом мама могла провести в тени деревьев весь день, а от клумб исходил потрясающий аромат. В той части, – ткнула Рина рукой влево, – росли хвойные. Их сажал отец, когда мне было пять или шесть лет. Теперь всё изменилось. Волковы умудрились изгадить даже это. Какие-то бараки, площадки, засыпанные песком…

– Мы всё исправим. Дай только время, малыш.

Волковы встречали на крыльце, улыбаясь во все тридцать два и изображая радушных хозяев. Они немного помрачнели, увидев Тимура, помогающего Рине выбраться из салона и обнимающего её за талию, но тут же взяли себя под контроль, скрывая злость.

– Карина, доченька, наконец, ты вернулась домой, – развёл руки в стороны Артур, стремясь заключить девушку в объятия.

– Простите… Можно без рук… Я не переношу чужих касаний, – отстранилась Рина, прячась за спину Тима.

– Ну какие же мы чужие, – расстроился Артур. – Я тебя с десяти лет ращу, ты меня папкой называла, а Стасик твой жених. Вы собирались пожениться.

– Я не помню, – прошептала Рина, ища поддержку в своём защитнике. Её выворачивало от произнесённой лжи наизнанку. Твари! Как под ними земля не горит? Нужно перетерпеть, притвориться, разыграть всё по нотам. Они получат своё. Обязательно.

– Покажите нам нашу комнату. Карина устала, и ей нужно прилечь.

Тимур окатил волковскую грязь чернотой и, раздвинув дерьмо плечами, прошёл в дом. Везде: на стенах, на полках, на тумбочках и комоде – царапали взгляд рамки с фотографиями. Вся Каринина жизнь, начиная с пелёнок и заканчивая последними снимками её прошлого. Перебор, обязывающий показать, как её здесь любили и ждали. Любили, пока оставался хоть один родной человек. Ждали, чтобы закончить начатое год назад.

– Тимур, здесь в получасе есть замечательная гостиница. В эту пору много свободных номеров. Не столичные пять звёзд, но лучшее, что можем предложить, – сходу указал направление на выход Артур, когда Тим оставил Рину в комнате, а сам спустился за водой.

– Нет, – отрезал Тимур. – Я не оставлю свою девушку одну в незнакомой обстановке. Где можно взять воду, желательно в запечатанной таре?

– Это её дом, а не незнакомая обстановка, и я являюсь единственным родственником, – заискрил Артур, перекашиваясь в лице от гнева.

– Она не помнит ни тебя, ни дом, ни этого, как его, Стасика. Для неё всё это чужое и пугающее. Поэтому мы либо остаёмся здесь вдвоём, либо уезжаем, тоже вдвоём.

– Хорошо. Оставайся. Вода там, в холодильнике.

Артура рвало от ненависти и от новых помех к его счастью. От Карамышева нужно было избавляться как можно быстрее и любыми способами. Этот богатенький упырь вцепился в девку мёртвой хваткой, и отдирать его придётся насильственным способом. Жалко Карамышева-старшего. Лишиться единственного наследника, продолжателя рода.

Глава 34

– Я никого из них не знаю, – прошептала Рина после знакомства с руководящим составом компании. – Они убрали всех людей отца.

– Нам нужны списки всех сотрудников. Пробьём их через службу безопасности отца. Ещё надо раздобыть старые контакты и выяснить, чем они сейчас занимаются. Будем действовать теми же методами – вытеснять их людей, заменяя своими.

Тимур окатил ещё раз надменным взглядом собравшуюся кучку жополизов, поющих дифирамбы Волкову и восхваляющих его управление. Встреча с советом директоров была назначена на двенадцать часов, и именно там находился сдерживающий для Артура рычаг. Все сделки и финансовые перемещения проходили под их контролем, поэтому корпорация оставалась на плаву, а грязные лапы Волковых не смогли разодрать её на кусочки.

– Карин, может, перекусим перед встречей с главными людьми компании? – вырвался из объятий прихвостней Артур.

– Нет. Покажи лучше мой кабинет, – мотнула головой Рина и незаметно тронула руку Тимура, как будто подпитываясь от него спокойствием, черпая силы для продолжения игры. Сколько потребуется сил выносить общество самодовольных уродов, считающих себя самыми хитрыми, самыми умными?

– К-кабинет? – оторопел Артур, впиваясь пробивающейся сквозь доброжелательность ненавистью. – Не думал, что тебе он понадобится. Как член семьи, я отлично справлялся с управлением от твоего и Лизиного лица десять лет. Твоя мама была довольна и доверяла мне полностью. Неужели ты считаешь, что я не оправдаю доверие любимой дочери?

– Дело не в доверии, Артур. Дело в незнании тебя и окружающих. Мне нужно самой разобраться во всём, научиться управлять компанией, суметь заменить когда-нибудь отца. Так что кабинет необходим. Распорядись, чтобы его выделили и подготовили.

Карина старалась говорить чётко, уверенно, продавливая свою позицию, при этом не отводя взгляда от слишком подвижной мимики лица. Волков нервничал, терялся, никак не мог выстроить линию поведения, а больше всего его уверенность угнетал Карамышевский выродок. От Артура не ускользнули Каринкины цепляния за руку своего защитника в поисках защиты. Психованная дура, трясущаяся от каждого выхлопа. Лучше бы она сдохла тогда, чем сейчас так зарываться от страха.

– Хорошо, – наконец согласился он. – Кабинет и секретаря тебе выделят. Сегодня можешь воспользоваться моим или малой переговорной.

– Секретаря не надо. Моя служба безопасности подобрала компетентную помощницу, – вмешался Тим. Его бесила лживость Волкова. Бесила каждая клеточка этого урода. Руки чесались от желания сжать их на шее до хруста, а потом с силой вбить в рожу кулак и впечатывать… впечатывать… пока кровь не затянет всё вокруг. Вдох – выдох… Чернота сползла в область груди и заняла выжидательную позицию.

– Но у нас своя служба безопасности, свой отдел кадров, свои специалисты, – возмутился Волков.

– Мне комфортнее работать с сотрудниками Тимура, – пришла на помощь Рина. – В данный момент он один из немногих, кому я полностью доверяю. Не хочу показаться грубой, Артур, но в моём положении и с потерей памяти мне очень сложно коммуницировать с людьми. Надеюсь, ты понимаешь.

– Да… Да, конечно, дорогая. Ты же знаешь, что я тебя люблю и сделаю всё, чтобы войти в круг доверия, – попытался обнять её Волков, но столкнулся с преградой в виде руки Тима. Пришлось отступить, скрыть неловкость за улыбкой, замаскировать раздражение суетой. – Зоя! Подготовь малую переговорную для временного кабинета Карины Марковны. К завтрашнему дню освободите помещение рядом со мной.

– Но там Станислав Александрович, – напомнила Зоя, являющаяся секретарём Артура.

– Станиславу Александровичу предоставь другой. Что, я тебя учить должен? – рявкнул Волков и вылетел за дверь, не справившись с прорвавшимся гневом.

Зоя оказалась очень шустрой и предприимчивой девушкой. Удобное кресло, прохладная вода, две чашки кофе и печенье. Можно было поставить жирный плюс, если бы при своём перемещении по переговорной она меньше виляла бёдрами, не выгибалась, выпячивая грудь, и реже обмахивала пространство вокруг Тима наращенными ресницами.