Маргарита Кирова – Одиннадцать вечера навсегда (страница 25)

– Что её сделают неважной. Понимаете? Убьют – это событие. Пропадёт – событие. А если окажется, что её и не было, тогда все её тексты как будто сами выросли. Как плесень.

Я думаю о Лене. О её почерке, который светлел на странице.

– Понимаю, – говорю я.

Уходя, я спрашиваю:

– Игорь Матвеевич, вы можете написать её имя?

– Зачем?

– Пожалуйста.

Он берёт лист из блокнота. Ручка сначала не пишет. Он трясёт её, чернила брызгают маленькой точкой на скатерть. Потом выводит крупно, неровно:

ЮЛИЯ САЗОНОВА.

Смотрит на буквы. Подписывает ниже:

Работала у меня. Я помню.

Я складываю лист пополам и убираю в тетрадь. Он не спрашивает, почему у меня мокрые глаза. За это я ему благодарна.

На улице Лёша сразу звонит знакомым.

– У кого сейчас может быть кассетник? – говорит он в трубку. – Да, настоящий. Нет, не для красоты. Рабочий. Очень смешно. Слушай, мне правда надо.

Я иду рядом и держу кассету в кармане. Она кажется тяжелее, чем должна. На Моховую мы сегодня не идём. Я говорю себе это три раза. Не идём. Не идём. Не идём. Сначала надо прослушать запись, проверить адреса, найти связь с Кречетовым. Быть разумной. Разумная Варя Озёрная, которая не лезет ночью в петлю девяносто шестого года с кассетой в кармане и недоеденной запеканкой в желудке.

Телефон вибрирует. Сообщение от неизвестного номера.

«Вы взяли чужое».

Я показываю Лёше. Он мрачнеет.

– Теперь он точно знает.

– Пусть знает.

– Варя.

– Что?

– Не делай вид, что тебе не страшно.

Я хочу сказать что-то резкое. Вместо этого достаю тетрадь и записываю сообщение дословно. Потом имя Юлии. Потом имя Лены. Потом Павла Ермакова. Пишу медленно, чтобы буквы успели стать вещью.

У метро молодой парень играет на скрипке мелодию, которую я знаю, но не могу вспомнить название. Перед ним в раскрытом чехле лежит мелочь, одна купюра, билетик на автобус и конфета в синей обёртке. Люди проходят мимо, некоторые замедляются, почти никто не останавливается.

Лёша покупает две шаурмы в ларьке. Одну отдаёт мне.

– Ешь.

– Ты опять?

– Логистика.

Шаурма горячая, соус течёт на пальцы. Я ем и думаю, что Юлия Сазонова в девяносто шестом, наверное, тоже что-то ела перед тем, как пойти на Моховую. Может, пирожок. Может, ничего. Может, ей кто-то сказал: «Не ходи одна», а она пошла, потому что материал был важнее страха.

Или потому что она думала, что успеет вернуться.

К вечеру Лёша находит кассетник у знакомого с кафедры реставрации. Тот собирает старую технику, потому что ему нравится, когда вещи чинятся отвёрткой, а не обновлением прошивки. Мы едем к нему, но по дороге я прошу свернуть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.