Маргарита Гришаева – Высшая правовая магическая академия. Ловушка для высшего лорда (страница 12)

Сквозь дрему почувствовала, как на меня опускается плотное покрывало.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Какое же ты еще дите, – пробормотал хранитель, устраиваясь рядом.

Утром пришло понимание: морозы – это к весне! Здесь, в столице, всегда так: сначала стужа недельки на две, а потом раз, и потепление – снег тает, птички поют. Я любила весну – это время года всегда дарило надежду, что даже после самых суровых дней тепло еще может вернуться в твою жизнь. А мне его так не хватало. Но придется пережить холод, кусающий нос, щеки, губы и пальцы, пока ты перебегаешь от общежития к учебному корпусу.

Не считая тихого стука зубов студентов, учебный день прошел в привычном вялом режиме, когда все слушаешь, воспринимаешь и записываешь, но как-то без энтузиазма. Зато вечера я ждала с нетерпением – очередное дежурство.

Есть ли новости, интересовался ли кто-нибудь внезапным исцелением? Мы с Храном ничего интересного не услышали, но вдруг в лечебнице все же заметили кого-то подозрительного? До работы буквально бежала, ибо к ночи похолодало еще сильнее. Кажется, ближайшие дежурства будут заполнены рядами простывших, и хорошо бы самой не пополнить их число.

Но стоило шагнуть в тепло здания, как меня встретила пустота. Такого я здесь еще не видела. Может, карантин?

– Привет, – поздоровалась я с Майлиной за столом. – А почему так пусто?

– И тебе не хворать, – кивнула мне довольная жизнью коллега. – Так морозы, никто лишний раз и носа не высунет. Блаженная тишина – никаких пьяных, подбитых, разбитых и праздношатающихся.

– Понятно, – покивала я, даже не зная, радоваться ли этому обстоятельству. – И куда меня сегодня отправят?

– Скорее всего, наверх, – качнула она головой в сторону лестницы. – Работа точно будет, не переживай.

Как удачно, что разговор зашел именно в эту сторону.

– О, а есть новости насчет чудесно излечившегося?

– Нет, – махнула рукой медсестра. – Старички эти, магистры всевозможные, таскались, дергали несчастного. Ей-богу, он и сам уже не рад. В итоге решили, что ему поставили неправильный диагноз. Сделали выговор его лекарю и успокоились. Даже обидно как-то, – насупилась она. – Тут такое чудо, но к нам даже захудалый представитель императора не явился, а мы так надеялись. Глядишь, приехали бы, посмотрели, может, и финансирование выделили. Эх, не судьба. Ладно, заговорила я тебя, беги переодевайся.

Я помчалась в раздевалку, чувствуя такое же разочарование, как и Майлина, хоть и по другой причине. Историю замяли, так и не дав разгореться слухам во всю силу. Значит, продолжим. Один раз – случайность, но два – уже подозрительно, так просто это уже не отпустят.

Знакомые мне обитатели палат второго этажа тихо спали, кроме нескольких бедолаг, кому не давала забыться ставшая их постоянным спутником боль. Я постаралась облегчить их страдания, сожалея, что помочь смогу не всем. Как обидно, что сведения, хранящиеся в загадочной библиотеке, опасны для самих целителей! И вскоре мне повстречались страдания, которые простым обезболивающим заклинанием унять не получилось.

В палате, той, что вся была занавешена черной тканью, а сейчас освещена лишь тусклым ночником, плакала маленькая девочка. Она развернулась в мою сторону, едва заслышав тихий шорох отодвигаемой мной занавески, и судорожно протерла глаза.

– Кто вы? – раздался неуверенный голосок.

– Привет, – постаралась я улыбнуться как можно приветливее. – Я новая сестра, провожу ночной обход. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – коротко ответил ребенок, тут же отворачиваясь к занавешенному окну. – У меня ничего не болит. У меня никогда ничего не болит.

– Тогда почему ты здесь? – мягко спросила я. Меня это действительно интересовало. Заболевание неприятное, но не смертельное, постоянное наблюдение малышке не требуется. Нужна лишь правильно обустроенная комната.

– Вы должны знать мое заболевание, – отрезала девочка, не поворачиваясь ко мне, хотя я устроилась на кровати рядом с ней.

– Я знаю, чем ты болеешь. Но я спрашиваю, почему ты здесь именно сейчас? Если не хочешь, можешь не рассказывать, – заметила я, хотя предполагала, что она ответит в любом случае. Крошке не хватает общения, поэтому любая тема будет хороша.

– Дети за окном громко смеялись, – раздался тихий голос. – Я выглянула, чтобы посмотреть…

Понятно, у девочки был приступ. Я не сразу заметила, что рука у нее перебинтована.

– Как бы я хотела выйти на улицу и завести друзей. – Девочка с тоской разглядывала окно.

– Знаешь, – заметила я, – я хоть и выхожу, но у меня всего два друга. Дело ведь не только в возможности выйти, а в умении открыть свое сердце другому человеку. И это куда сложнее.

– Но как я найду друзей, если я даже выбраться из дома не могу! – выкрикнула она, наконец развернувшись ко мне.

– Давай подумаем, – предложила я. – Ты в больнице, поэтому можешь побродить по этажам, когда тебе так вот не спится ночью, поискать других полуночников. Ты даже не представляешь, кого можно встретить в коридорах. Если вы понравитесь друг другу, этот человек потом обязательно придет к тебе в гости!

– Правда? – с надеждой взглянула она на меня.

– Я так думаю, – пожала я плечами. – Но нельзя сидеть и ждать, что друзья появятся сами собой. Зато при капле фантазии всегда можно их найти.

– Тогда я постараюсь, – серьезно кивнула малышка.

Мы проболтали около часа, прежде чем она согласилась лечь, а я смогла продолжить обход. Выходя из комнаты, я уже понимала, что постараюсь помочь девочке. Конечно, сначала стоило внимательно почитать, что будет в нашей библиотеке по поводу ее болезни и лечения, удостовериться, что не сделаем хуже. Но мне очень хотелось подарить малышке счастливое детство – дети не должны расти в одиночестве.

Закончив обход, я вернулась к Майлине, где меня в честь затишья посадили заполнять карточки. Вздохнув, я забрала внушительную стопку бумаг и направилась в пустую смотровую. Не знаю, сколько прошло времени, когда мое уединение было нарушено.

Открылась дверь, и в комнату, спиной вперед, позвякивая чем-то, зашел некто облаченный в целительскую робу. Посетитель оказался светловолосым мужчиной средних лет с контейнером пробирок в одной руке и пакетом в другой. Он прошел к моему столу, выставил все прямо на бумаги, а затем требовательно протянул руку.

– Что? – удивленно уставилась я на него.

Светло-зеленые глаза наконец сфокусировались на мне.

– Ого, новенькая, – удивился он. – Раньше тебя не видел. Я Грант, будем знакомы.

– Дия, – настороженно кивнула в ответ.

– Давно у нас? – поинтересовался блондин, разглядывая меня.

– Да нет. Сегодня ровно неделя.

– Странно, – подмигнул он. – Как это я тебя в прошлый вторник упустил? Пряталась?

– Нет, – возразила я. – Я в отделении неизлечимо больных была.

– Не повезло… Первый день, и сразу туда. Значит, точно будешь у меня частым гостем, – заключил он, снова протягивая ко мне руку.

– В смысле? – в недоумении замерла я, не понимая, какого действия от меня ожидают.

– Точно, – хлопнул он себя по лбу. – Тебе же не рассказали. Раз в неделю мы берем анализ крови у всех сотрудников.

– Разве неизлечимые заболевания заразны? – удивилась я, засучивая рукав.

– Обычно нет, – согласился он. – Но всякое случается. Если уж наши выздоравливать начали, кто знает, может, и обратный эффект начнется.

Учитывая, что к исцелению я сама приложила руку, об обратном действии можно не беспокоиться. Впрочем, это бесплатная лечебница, тут за день столько людей с какими только болезнями не проходит, предосторожность лишней не будет. Вообще удивительно, что здесь практикуют такие проверки. Я понимаю, что во время практики в Императорском госпитале у нас кровь проверяли каждые несколько дней, но от простой маленькой лечебницы такого не ожидала. Похвально, что администрация так заботится о здоровье персонала.

– Что-то стало известно по поводу внезапно выздоровевшего? – решила уточнить еще раз.

– Сие происшествие есть следствие фатальной ошибки в диагнозе. Все виновные наказаны, – дурашливо проговорил он, а потом посерьезнел. – Но я считаю, это чей-то эксперимент. В чудеса, извините, не верю. Будь это официальные исследования, данные бы огласили. Такое чувство, что замешанные вообще не ожидали успеха и это побочный эффект. В общем, мутное дело. А ты что думаешь? – Я и не заметила, как за разговором мне уже вогнали иглу в вену и начали забор крови – вот что значит легкая рука.

– А я бы предпочла верить в чудо, – вздохнула я.

– Для меня скорее было бы чудом, если бы нас заметили и профинансировали… Ладно, пойду дальше собирать мою кровавую жатву, – поднял он контейнер и громко звякнул пробирками. – Приятно было познакомиться, Дия. Увидимся еще.

– И вам того же, – выдохнула я в уже закрытую дверь и снова принялась за бумаги.

Вторая учебная неделя, а у меня что ни день, то какое-то происшествие или очередное потрясение. Конечно, новый день не мог пройти скучно и спокойно.

Я заметила его практически сразу. Высокая, облаченная в черное фигура выделялась в разношерстной толпе адептов. Убегать и прятаться мне сначала показалось нелепым, уж лучше просто сделать вид, что не увидела. Но тут я поняла, что он шел не один. Рина увлеченно ему что-то рассказывала, а мужчина кивал в ответ.

Какая-то непонятная паника накрыла меня внезапно. Даже не задумываясь, я рванула в ближайшую дверь, отчаянно надеясь, что в кабинете никого не будет.