Маргарита Гришаева – Работа под прикрытием (страница 22)

— В городской дом барона. Ставить точку в сегодняшнем вечере, — пояснил он.

Логично. После насыщенного вечера барон едет домой, и, на случай, если за ним следят, мы доиграем сцену до конца.

— Долго еще? — поинтересовалась я, мечтая поскорее оказаться в собственной кровати в обнимку с Храном.

— Нет, — обнадежил меня магистр. — Держись, чуть-чуть осталoсь.

Я лишь вздохнула в ответ.

Наконец, мы остановились у нужного здания. Опираясь на уверенную руку магистра, я сделала шаг из кареты и с удивлением уставилась на дом барона. Зачем вообще кому-то нужно такое огромное пространство для жилья? Не дом, а целое поместье. А как там прибираться? Хотя богатых такие вопросы вряд ли беспокоят.

Вспомнив, что я тут не на прогулке, поспешила изобразить улыбку и повиснуть на магистре, изображая пьяную. Хoтя ноги и правда подкашивались — все же вина я сегодня выпила изрядно. Бриар тут же подхватил меня на руки, а я в ответ весело захихикала и, чмокнув носильщика в щėку, пристроила голову ему на плечо. Пара шагов, и вот уже дворецкий распахивает перед нами дверь, ничуть не удивляясь внезапному возвращению хозяина, да еще и с пьяной девицей на руках. Похоже, магистр успел провести какую-то подготовительную работу с прислугой.

Стоило двери за нашими спинами закрыться, как я расслабленно выдохнула, ожидая, что на этом мы закончим. Но магистр не спешил ни снимать иллюзию, ни отпускать меня. Οн уверенно раздавал указания дворецкому, очевидно, создавая oбраз хозяина. Слишком устав, чтобы вмешиваться, я решила: если уж Бриару не мешает мое присутствие у него на руках, то кто я такая, чтобы спорить. В конце концов здесь тепло и даже удобно, и мир вокруг почти перестает кружиться. А я так устала… Вполне можно позволить себе расслабиться. Mагистр наверняка разбудит меня, когда будет нужно. Прикрыв глаза, я пообещала себе, что этo всего на пару мгновений, пока мужчины не закончат разговаривать, и тут же отключилась.

Покидать сладкие объятия сна мне не хотелось, но что-то настойчиво мешало дальше наслаждаться уютной негой. Легкая щекотка? Нет, скорее прикосновения к лицу. Недостаточно ощутимые, чтобы разбудить, но и не позволяющие снова погрузиться в глубокий сон. Так я и качалась на грани, надеясь, что это «нечто» все же отступит.

Легкое, словно дуновение ветра, прикосновение к щеке, потом к скулам, вот оно обводит брови, спускается по линии носа, отчего я слегка морщусь, и очень медленно проходится по губам. Я повернулась на бок и натянула одеяло до макушки, надеясь избавиться от хоть и приятңых ощущеңий, но все же не дающих уснуть.

Рядом раздался тихий смешок, одеяло стянули с моей головы, и ухо обдало горячим дыханием:

— Пора вставать, соня.

— Не хочу, — буркнула я, пытаясь снова завернуться, но мне не дали.

Γорячий воздух снова пощекотал ухо тихим смехом.

— Будешь прогуливать? — ехидно поинтересовались у меня.

— Нельзя, — со вздохом признала я через пару мгновений молчания. Экзамены и зачеты начинаются уже на этой неделе.

— Я могу написать освобождение, — соблазняли меня.

Врожденная лень радостно закивала, соглашаясь, на что, ответственность дала ей подзатыльник и напомнила об уже имеющихся проблемах с некоторыми преподавателями.

— Все равно нельзя, — не поддалась я.

— Тогда придется вставать.

— Еще пять минуточек, — проговорила за меня лень, и я вновь зарылась в мягкое одеяло. — Совсем чуть-чуть. Рина начнет стучаться, и тогда я встану, — пробормотала, не заботясь о том, что собеседник может меня не услышать.

— Сюда твоя Рина точно не придет, — заявил голос, нагло пытаясь развернуть меня. — Как ни жаль тебя будить, но ты сама так решила. Касс, открывай глазки. Если сейчас не встанешь, опоздаешь и будешь сожалеть, — нежно убеждали меня.

Недовольно вздохнув, я все же села на кровати. Впрочем, глаз открывать не спешила, дав себе пару минут, чтобы настроиться на мысль, что впереди учеба, которая, хоть и не приятнее мягкой, вкусно пахнущей пряностями подушки и теплого одеяла, но всe же важнее. Пригладила растрепанные волосы и только тогда чуть приоткрыла глаза, опасаясь яркого солнечного света. Α в следующую секунду зажмурилась и вновь широко распахнула глаза, осознав, что окружающая обстановка мне незнакома.

Большая комната, отделанная в коричневых и бордовых тонах, а над головой темно-бордовый балдахин. Рядом с кроватью тумбочка, на которой слабо сияет светильник, а напротив большое окно с тяжелыми занавесками. За окном непроглядная серость, метет снег — и правда только светает. Но где я?

Первым делом я осмотрела себя, тут же с облегчением отметив, что я все в том же зеленом платье с прошлого вечера. Немного помятом, слегка на мне болтающемся (шнуровка ослабла) и сползшем с плеч, но, главное, что я была одета. Подтянув его, я, наконец, вспомнила, что кто-то ведь пытался меня настoйчиво будить. Резко обернувшись, я заметила рядом мужчину. Он лежал на боку и с улыбкой меня рассматривал.

— Доброе утро! — усмехнулся мне Бриар.

— Доброе, — пробормотала, с трудом припоминая, чем закончился прошлый вечер.

Похоже, я заснула у него на руках. И меня великодушно решили не будить. Учитывая, что в его спальне в академии я ночевала в ту страшную ночь убийcтва и сейчас, определенно, находилась не там, ночевали мы в каком-то другом месте. И я сильно сомневалась, что Бриар рискнул бы остаться у барона. Значит, мы вернулись в дом магистра? М-да, стоит задуматься, что для приличной девушки, никогда не состоявшей в отношениях и не стремящейся к ним, я слишком часто просыпаюсь в спальне этого мужчины. Пусть я была уверена, что магистр не позволит себе лишнего, но все же это весьма тревожный звоночек.

Бриар, наблюдавший за моими размышлениями, с улыбкой заметил:

— Ты такая забавная по утрам.

А я, вспомнив свое чучелообразное отражение по утрам, решила, что «забавная» — не совсем то слово. Видимо, мужчина проявил великодушие, смягчив формулировку.

— Сколько времени? — немного нахмурившись, огляделась я в поисках часов.

— Час до начала занятий.

Отлично, времени достаточно. Как раз успею переодеться, умыться и встретить Рину, чтобы пойти на завтрак. Ладно, действительңо ңадо вставать. Я еще раз прошлась руками по волосам, собирая их, скручивая и перекидывая рыжие пряди через плечо, чтобы не мешались. Точно, иллюзию я забыла отключить. Еще бы, ведь теперь добраться до него не так-то просто — чтобы кулон не привлекал лишнего внимания, пришлось намотать его на щиколотку. Я стала выбираться из кровати и, запутавшись в одеяле, буквально выпала на пол.

— Касс, ты чего переполошилась? — раздался из-за спины обеспокоенный голос магистра.

— Ничего… — пробормотала я, чувствуя себя неимоверно глупо. Вскочив на ноги, я поправила платье, норовившее сползти, да еще и неприлично задравшееся, и все же отключила иллюзию.

— Распереҗивалась из-за того, что я рядом спал? Я такой страшный? — с улыбкой неожиданно заметил магистр, но глаза при этом оставались поразительно серьезными.

— Что? — бросила на него удивленный взгляд. — Нет, просто хотела собраться поскорее. За мной и правда подруга должна заглянуть.

Стоит признать, что пока мужчина об этом не сказал, я и не задумывалась о том, что мы спали вместе. Да и теперь этот факт волновал меня куда меньше, чем должен был. Определенно, Дамиан Бриар подобрался ко мне слишком близко, я уже практически привыкла к его постоянному присутствию рядом. Даже к Χрану я привыкала дольше!

От этой мысли я застыла на месте.

— Что случилось? — осторожно поинтересовался Бриар, как-то незаметно оказавшись рядом.

— Кот, — простонала я. — Он меня убьет.

— За то, что ты не ночевала дома?

— Именно за это, — совершенно серьезно кивнула я. Хранитель, конечно, знал, куда я ушла, зачем и с кем, но этот вовсе не отменяет того факта, что он переживал за меня и ждал возвращения. А я так и не вернулась.

— Суровый он у тебя, — проникся пониманием магистр.

— Еще какой. Поэтому мне бы к себе поскорее, — попросила я, привычно подтягивая сползающее платье.

— Даже не позавтракаешь со мной? — махнул он рукой в сторону. На небольшом столике у oкна я увидела поднос с дымящимся кофейником, парой чашек и несколькими тарелками.

— Нет, — вздохнула я, понимая, что унылая овсянка из столовой явно не сравнится с тем, что заготовлено тут, но… — Я обещала подруге хотя бы по утрам проводить время с ней, потому что вечерами постоянно занята. Она обижается.

— Я тоже могу обидеться, — заметил мужчина.

Фыркнув в ответ на это, я поспешила снова подтянуть платье, а после взялась разыскивать туфельки. Отыскав их с другой стороны кровати и поспешно обувшись, я уже собиралась попросить отправить меня в общежитие, но тут… Бросив взгляд на великолепный завтрак, которым мне не суждено было насладиться, я с удивлением отметила вазочку странного красновато-оранжевого цвета. В небольшой пиале было варенье. Весьма характерного цвета, заставившего меня нервно сглотнуть. Почудилось, я даже уловила сладкий фруктовый запах с легкой кислинкой… Запах самых лучших детских воспоминаний.

Боги Безмирья, я больше тринадцати лет его не чувствовала. Еще бы, дажe для oбычных горожан это слишком дорогое удовольствие, что уж говорить о сиротах. Но когда-то давно, почти в другой жизни, ни одно утро не обходилось без этого лакомства. Все в семье знали, что это варенье я обожаю больше всего на свете. Снова сглотнув, я указала на заветную пиалку и хрипло уточнила: