Маргарита Дюжева – Зачем нам любовь. Том 2 (страница 16)
И когда все было готово, набрала номер Ремизова.
Он ответил сразу, как будто уже держал телефон в руках.
— Да! — голос резкий, обеспокоенный.
Хороший знак.
— Марат! — всхлипнула она, — я застряла на трассе. Машина не заводится. Звонила отцу, он не отвечает. Мне так страшно.
И заревела, горько всхлипывая.
— Черт, — раздалось в трубке. Кажется, Ремизов был раздосадован.
И Альбина, чтобы усилить эффект прошептала:
— Тут так страшно. И ни одной машины и связи почти нет. Я только тебе смогла дозвониться.
— Ориентиры давай.
Она как раз стояла возле столбика с указанием трассы и километров и тут же горестно сообщила информацию Марату.
— Жди, — сказал он и отключился, а она, потирая руки и пританцовывая, обошла вокруг своей четырёхколёсной малышки.
— Жду, милый, жду.
Однако он не приехал.
Альбина просидела в машине битый час. Успела замерзнуть, проголодаться, и по-настоящему испугаться обрушившейся на землю темноты. И когда из-за поворота вынырнули светящиеся фары на самом деле пустила слезу. От облегчения.
Только оно было совсем недолгим. Ровно до того момента, как выяснилось, что это вовсе не машина Ремизова, а эвакуатор, за рулем которого сидел какой-то совершенно невыносимый тип в комбинезоне со светоотражающими полосками.
Он скептично глянул на ее голые, острые коленки, выглядывающие из-под легенькой шифоновой юбочки, нырнул взглядом в декольте и совершенно беспардонно заявил:
— Кто ж так на ночь на трассе наряжается?
У Альбины чуть пар из ушей не повалил.
— Где Марат? — кое-как сквозь зубы процедила она, сильнее запахивая края жакета. Быть объектом для пошлых насмешек и едких замечаний она не собиралась.
— Откуда я знаю, — он пожал плечами, — мне позвонили, дали заказ, координаты и все. Остальное меня не касается. Где там бродит какой-то Марат, я понятия не имею. Что с машиной?
Альбина покраснела.
Для Ремизова она придумала версию: что-то застучало, задымилось, потом бах и машина встала. А я так перепугалась, сердце ушло в пятки. Чуть не умерла от страха.
А этот хрен мордастый точно не проникнется, поэтому ограничилась сухим:
— Заглохла.
— Открой капот, — приказал он, таким тоном, будто имел право приказывать!
— Зачем? Я же говорю не заводится.
Она как никогда прежде была рада тому, что темнота скрывала ее пунцовые щеки.
— Если есть возможность починить на месте, я это сделаю. Иначе придется оплачивать погрузку машины и ее транспортировку в автосервис.
Она чуть было не брякнула: а разве вам за все не заплатили, но прикусила язык.
Она же не сказала Марату, что обязательно надо эвакуировать, просила его приехать, посмотреть. Вот он и прислал смотрителя.
Сгорая от стыда, она открыла капот и мастеру потребовалось ровно три секунды, чтобы выяснить природу неполадки — выкрученную свечу.
— Это кто тут похозяйничал своими цыплячьими лапками? — хмыкнул он, подкручивая ослабленную деталь, — пробуй завести.
Делать нечего. Она повернула ключ в зажигании, и машина ожидаемо завелась.
— Вы меня спасли, — буркнула она, едва справляясь с раздражением, — спасибо.
Мужик вытащил из необъятного кармана полотенце, вытер руки и хмыкнул:
— В следующий раз, когда захочешь кого-то заманить на темную дорогу, лучше разбей фару. Будет выглядеть не так по дебильному, — и уехал, не став слушать ее ругань.
Раздосадованная очередным провалом Альбина позвонила Марату, но он не ответил.
Тогда она отправила ему сообщение.
Он не прочитал. Ни вечером, ни с утра.
А на следующий день от знакомой одной из знакомой, через десятые руки она узнала чудовищно сокрушительную новость.
Ремизов не бросился к ней посреди ночи по одной простой причине. В это время он был со своей женой в больнице. Думали, что аппендицит.
А оказалась беременность.
Глава 9
Юбилей прошел удачно, но на следующий день мне с самого утра было дурно.
Кололо и давило в боку, тянуло живот, и непрекращающаяся ни на минуту тошнота сводила с ума.
— Ты зеленая, — сказал Марат, когда я выползла утром на кухню, привлеченная ароматом свежесваренного кофе.
— Кажется, вчера кто-то объелся канапе с оливками и эклерами, — сокрушенно созналась я.
— Эклеры были божественными.
И ведь не поспоришь! Я словно одержимая таскала их со стола и никак не могла остановиться, хотя раньше такой тяги к сладкому за собой не замечала. Не иначе, как заедала стресс, вызванный появлением Альбины.
Стоило вспомнить об этой прекрасной девушке и затошнило еще сильнее.
Она ведь только ради Марата пришла. Только ради него!
И как бы муж ни отмахивался, как бы ни уверял меня, что Аля в адеквате и проблем не доставит, потому что все поняла, приняла и вообще умница, я видела, что это не так.
Не поняла. Не приняла. И насчет адекватности я тоже очень сомневалась.
Она относилась к Ремизову, как к собственности. Как будто он целиком и полностью принадлежал ей и только по досадной случайности внезапно отлучился на сторону. И она, как истинная хозяйка, не сомневалась, что он вернется обратно.
Это нервировало. И злило. Да что уж душой кривить. Задолбала она дальше некуда!
Вот честно, сунется еще раз и я не сдержусь. Я так-то мирная, конфликты не люблю и по возможности стараюсь их избегать, но всему есть предел.
Хочет войну? Получит войну.
Главное, чтобы Марат был на моей стороне.
Удивительно, но Альбина, словно почувствовав, мой боевой настрой, затаилась. Не было ни звонков от нее, ни посланий.
Она не выскакивала как черт из табакерки в обеденное время и, если верить Марату, ни разу не появлялась у него на работе.
Я ему верила.
А ей нет.
Слишком уж наглая и самонадеянная особа, чтобы так просто взять и отступить.