Маргарита Дюжева – Подруга плохого не посоветует (страница 44)

Мне казалось, что ничего не может это омрачить, однако и на нашем горизонте появились дождевые облака.

Очередная встреча закончилась на удивление быстро, условия мы обговорили, контракт подписали, за удачную взаимовыгодную сделку бокал вина пригубили. Оттуда сразу проехал домой, чтобы закончить ряд дел в спокойной обстановке, сидя за компьютером.

Лика должна была вернуться с минуты на минуту, и я набрал ее номер, намереваясь предложить прогуляться. Погода хорошая, грех дома сидеть.

На вызов ответил мужской голос, раздраженный, отрывистый:

— Да.

Я чуть со стула не свалился от неожиданности. На номер посмотрел, проверяя все ли так. Никакой ошибки — звоню Лике. Какого хрена?

В груди подозрения черные зашевелились.

— Где, Лика? — спросил грубо, вскакивая на ноги.

— Домой пошла, к тебе, — тон колючий, враждебный. Разгневанный муж собственной персоной.

— Почему у тебя ее телефон?

— Забыла, — произнес с едкой насмешкой, а у меня круги кровавые перед глазами, потому что воображение моментально нарисовало такие картины их дружеской встречи, что дыхание перехватило. И ревность, сука пронырливая, опять голову подняла, напоминая о себе, о том что она здесь, никуда не делась, и только ждет момента чтобы полыхнуть в полную силу.

— Мы с ней очень мило побеседовали, — продолжает этот мудак, — сам понимаешь не чужие люди. Муж, жена. Нас столько связывает.

— Уже нет, — прерываю его холодно, сжимая кулаки, стискивая зубы.

— Утешай себя. Ты же понимаешь, что все это временное. Я тут натворил дел, налажал, но это пойдет. Мы перешагнем через это, и все наладится. Она домой вернется. Потому что любит меня, а я ее. А ты — просто временное увлечение. Способ отомстить мне, наказать. Не более того.

— Ошибаешься, — не знаю где взял силы, чтобы произнести это спокойно, надменно, свысока. Будто с бестолковым подчиненным говорил, а его это взбесило моментально.

— Думаешь, победил? Что с тобой останется? Хер бы там! Даже если сейчас не хочет признавать очевидное и возвращаться домой, то это событие все равно не за горами. Ты налажаешь, а я буду рядом. И тогда она поймет, что к чему, и кто ей на самом деле нужен, — говорит на повышенных тонах, чуть ли не орет, — она моя! Понял? Моя! И я по хорошему говорю: оставь мою жену в покое!

О как, до угроз дошли.

— А то, что? — усмехаюсь лениво, — забодаешь?

Выслушивать дальше его бред нет никакого желания, поэтому просто отключаюсь. От хорошего настроения ничего не осталось, и когда услышал, как дверь отпирается грозовой тучей пошел встречать Лику, намереваясь получить ответ. Каким образом ее телефон оказался у бывшего мужа, и чем таким увлекательным они занимались, раз она его забыла

— Привет, — улыбается ласково, а я ищу в лучистом взгляде подвох, отблески вранья.

— Я тебе звонил, — цежу сквозь зубы, придавливая ее тяжелым взглядом.

Лика удивленно моргает и лезет в свою сумочку:

— Я не слышала.

— Конечно, не слышала, — злой сарказм все-таки резанул, — ты же телефон у мужа своего забыло.

Надо было видеть, как она в лице поменялась. Мышонком испуганным замерла, глядя на меня большими несчастными глазами.

— Жень, — стонет так жалобно, что мурашки по коже.

— Жду объяснений.

Я действительно их жду, жажду услышать хоть что-нибудь, способное погасить пожар бушующий в груди.

— Он меня подкараулил после работы. И мне пришлось с ним поговорить. Я тебя хотела набрать, чтобы предупредить, но Стас телефон выхватил, а потом я про него забыла.

— Что ты делала у него в машине? — я вот знаю несколько способов проведения приятного досуга в салоне авто. Сам себя ругаю за такие мысли, потому что знаю наверняка — Лика не такая, она не предаст. Тем не менее ревность по-прежнему гложет, темными когтями цепляясь за сердце.

— Мы просто говорили.

— О чем? — чувствую, как превращаюсь в маньяка. С ней каждый нерв оголен, выдержка на пределе.

— Он хочет, что бы я вернулась домой, — тихо отвечает Лика, а у меня ощущение будто мешком по голове заехали.

Что если она согласилась? Наигралась в любовь, а теперь пора домой, к мужу под бок. Эти пять лет, что объединяют их, никуда не денутся, доводя, отравляя сомнениями. На стену готов бросаться, стоит только подумать об этом. Пять лет. Вместе. Бок о бок. В одном доме, в одной постели.

Никогда в себе не сомневался, но тут…тут просто юнцом сопливым себя чувствую, который впервые влюбился по-настоящему. Хотя так оно и есть.

Я люблю ее. До дрожи, до замирания сердца. Она — мой кислород, мой свет, без которого теперь жизни не представляю. Мое все.

— И что? Обратно поедешь? — пытаюсь сказать пренебрежительно, насмешливо, а у самого внутри полыхает все, сгорает от опасений. Что если сейчас скажет «да»?

— Жень! — в ее голосе искреннее возмущение, — ты нормальный вообще? Никуда я не собираюсь! Стасу я все сказала! Так что я здесь с тобой, и хрен ты меня теперь отсюда выживешь.

Прозвучало так грозно, так сердито, и выглядела она такой разгневанной, что внутри что-то щелкнуло, переключилось. Потому что понял — я ей верю. Безоговорочно. Полностью.

Только гнев ее быстро испарился и она снова сникла:

— Он сказал, что развода не даст и подписывать ничего не станет.

— Подпишет, как миленький.

Уж я постараюсь, прижму так, что яйца посинеют. Надавлю, позвоню куда надо, и не дернется, сделает то, что скажу.

Лика

— Ты разговаривал с ним? — интересуюсь уныло, чувствуя себя полной дурой. Это же надо было так налажать. Забыть мобильник у бывшего! Как в дурном сериале.

— Угу. Звонил тебе, а ответил он.

— Побеседовали? — скромно уточняю, робко глаза подняв на Женю.

— Да, — кивает, пристально меня рассматривая любимый, — не скажу, что он приятный собеседник…

— Чего он тебе наговорил? — ситуационная игра была до мурашек опасная.

— Того, что ты вернешься к нему. Сейчас перебесишься, успокоишься и захочешь обратно, в семью. Что-то блеял о том, что начеку. Что как только я облажаюсь, он будет рядом.

Скотина! Снова меня передергивает.

Неужели Стас так уверен, что все мужчины одинаковы, все такие же, как он? Ну не может этого быть! Я не верю, не желаю в это верить!

Не хочется озвучивать свои страхи перед Женей, мне стыдно за это. Он не давал мне повода сомневаться в нем. Это мои внутренние демоны, и я должна их спрятать, как можно глубже. Победить сама, чтобы он не догадался.

— Прости меня, — произношу, лбом утыкаясь в грудь Жени.

— За что? — мягко шуршит его голос, Евгений подбородком утыкается мне в макушку.

— За то, что общалась с ним. Не надо было этого делать,

— Не надо, — соглашается, теперь чмокнув в волосы.

— Прости.

Он помолчал немного, а потом, задумчиво поглаживая мои волосы, заявляет:

— Я когда его голос услыхал, чуть от ревности не задымился.

— Почему?

— Не знаю, Лика. Мне иногда кажется, что все это не настоящее. Что ты передумаешь и вернешься к нему.

— Жень, глупости не говори. Никуда я не вернусь. Я тебя люблю.

— Мне просто не верится, что ты здесь, рядом.

— По-моему кто-то из нас — мнительный тип, — усмехаюсь, но мне не весело, потому что в нем себя узнаю.