Маргарита Блинова – Факультет закрытых знаний. Книга 2 (СИ) (страница 5)
Молва твердила, что бывший директор планировал построить на этом месте бассейн, но то ли в тот год отменили норматив по плаванью, то ли деньги осели в карманах попечителей, то ли ещё какая напасть случилась, но строительство заморозили на неопределенный срок.
Строительство-то заморозили, а вырытый котлован — нет.
— Что встали? — прикрикнул Ши-Ван, располагаясь у пологого края. — Вот ключ, вот три кинжала. Там, — небрежный кивок в сторону старенького городского мобиля, — припаркован ваш транспорт.
Я со скепсисом посмотрела в указанную сторону, но уточнить, не путает ли господин преподаватель понятие «припаркован» с «намертво увяз в грязи», не позволил инстинкт самосохранения. Вот я сейчас поддамся порыву, нагрублю, а страдать и мчаться десять кругов вокруг котлована будем всем коллективом. Знаем — плавали. В смысле, сталкивались с легендарными методами воспитания подрастающего поколения.
Взгляд Ши-Ван ненадолго остановился на мне, но я притворилась пай-кошечкой и даже подобострастную моську скривила. Преподаватель не оценил.
— Побрякушки сдаем мне.
«Ну хоть что-то хорошее!» — отразился массовый восторг на лицах оборотней, поспешно срывающих со своих рук серебряные браслеты с крохотным бубенцом и отдающих эти мерзкие штуки преподавателю.
«Без артефактов, блокирующих вторые сущности, мы ого-го! Мы все сможем!» — пришла коллективная мысль в наши головы.
О, как же мы были наивны!
— Усы за рулем, прогульщица на крыше, волчок стартует за вами с трехсекундной задержкой, — раздавал указания Ши-Ван, не забывая при этом очень ехидно улыбаться. — Задача извозчика — уйти от «хвоста», задача «хвоста» — нагнать и остановить транспорт.
Парни дружно стартанули: Шархай — выталкивать из грязи и наспех осваивать незнакомую технику, Лиам — в кусты, раздеваться для оборота. Неприкаянной оказалась только я.
— А мне что делать?
— А ты, кися…
Кися?! Он сказал «кися»!
Задохнувшись от возмущения, тихо зарычала.
— …звезда этого аттракциона, — ничуть не устрашился Ши-Ван.
То, что я звезда — это худо-бедно понятно (у меня и хвост длинный, и шкура шикарная, и мордашка милая), но почему «звезда» должна лихорадочно цепляться за крышу когтями и щурить слезящиеся от ветра глаза в попытке метнуть и попасть выданными кинжалами по мишени?
Вселенская справедливость, ау? Ты там спишь, что ли?
— Шархай! — возмущенно крикнула я, когда тигр слишком резко дернул мобиль в сторону, и мы едва не перевернулись.
— А ты не Шархайкай! — рявкнул в ответ приятель. — Лучше отклоняйся в противоположную заносу сторону!
— Уууу!!! — алчно завывал нагоняющий нас волчара.
Вот никогда бы не подумала, что в теле щуплого, неказистого парня может скрываться такой огромный зверь. Просто бр-р!
— Бестолочи! Да разве это погоня? — разорялся оставшийся на краю оврага Ши-Ван. — Лиам, ты дворовая шавка или свирепый волк? Так нафига скалишь зубы на вращающиеся колеса? Твоя цель — глотка возничего! Обогнал, прыгнул, вцепился, разорвал! Делов-то!
Мать моя кошка, чем руководствовался декан Маккалич, нанимая для нас этого психа? Решено, после занятий зайду в деканат и уточню, есть ли у рыжего допуск к педагогической деятельности. На худой конец справка от врача или прививки от бешенства…
— А ты, дурилка полосатый, вообще в курсе, где педаль газа? Да моя бабушка водит раза в четыре быстрее! — надрывался преподаватель.
Оно и понятно. Разве может быть у такого неадекватного человека приличная бабушка? С другой стороны, Лили тоже далека от идеала…
— Эй, домашняя кися, ты часом про звериные инстинкты не забыла, нет? Хватит полировать брюхом крышу. Поднялась на задние лапы и балансируй!
В мое отсутствие расписание занятий практически не изменилось. Все только усугубилось.
Мы по — прежнему впахивали на ниве учебного процесса девять из десяти дней декады, а последний посвящали совместным поездкам. День у студентов факультета закрытых знаний начинался с приветственной ухмылки Ши-Вана на ОФП (переименованный мной из «очень фиговый» в «однозначно фатальный предмет»), где нас делили на две группы: «неудачники на препятствиях» и «покатушки в овраге».
Состав участников чередовался, но «звезда» на крыше оставалась неизменной.
После импровизированной зарядки шел завтрак. Лично мне после изматывающих тренировок с Ши-Ваном есть не хотелось. Хотелось опустить голову на сложенные руки и… сдохнуть от усталости!
Но кошачья сущность чуяла, что даже скоропостижная кончина не станет весомым аргументом для преподомучителей, собравшихся за столом.
После завтрака наша группа тащила измотанные тела на занятия по общим предметам. В полдень начинался обед, совмещенный с занятием по этикету, а после с насквозь лживыми улыбками оттаптывали друг другу конечности на двухчасовом уроке танцев. Далее в расписании стоял час свободного времени, которое лично я тратила на контрастный душ, сон или спешное доделывание домашней работы. Хотя чаще все-таки на сон.
В пять вечера начинались индивидуальные занятия…
Мне приходилось работать в паре с каннисом, а это то еще удовольствие.
Мало того, что волчонок быстрее усваивал материал, даваемый профессором Тебионом, так хвостатый ещё превосходил меня по силе дара. Я злилась, пыжилась, ночами сидела над бабушкиными книгами и дневниками, но результат оставлял желать лучшего.
Чего греха таить, учиться и оттачивать навыки — это не про меня. Я — парда! Слишком импульсивная для зубрежки формул. Слишком активная для монотонных повторений магических жестов. Слишком непоседливая для сосредоточенных наблюдений за ходом эксперимента.
Главным мотиватором в дремучем лесу знаний для меня всегда служило любопытство, но профессор Тебион почему-то не одобрял метод «а давайте смешаем вот эту гадость вон с тем взрывоопасным порошком и посмотрим, что же будет», предпочитая работать по отработанной, хорошо изученной схеме.
Ну никакой фантазии!
Одно радовало — остальным тоже приходилось несладко.
Подпевалы Джерома — Оливер Пим, Энтони Хемпден и Гуд Кромвель — зубрили имена многочисленных придворных и запоминали их маленькие слабости под надзором главного бабника двора… точнее, глубокоуважаемого декана Маккалича. Близнецы подтягивали магические знания с Айрис Руколо. Салли Грэм и Том Митчел обложились учебниками по истории, Шархай получал по морде на спарринге с Ши-Ваном, а бледный Лиэс уходил с Гулей.
Официально они постигали науку плутовства, но я однажды видела, как лис и тигр возвращаются после своих индивидуальных занятий в западную пристройку. Там даже моему острому кошачьему глазу было сложно определить, кто кого на себе тащит.
— Напоминаю, что до дня рождения принца Глошада осталось меньше двух месяцев. Полученное от короля Эддара приглашение на праздник — это проверка боеготовности и подготовленности младшего наследника престола к конкурентной борьбе за трон! — изо дня в день накалял атмосферу декан.
Правда, в это утро к обычной тираде первый меч королевства решил добавить легкую импровизацию:
— Вейрис, напоминаю, через пару дней будет практикум по покушению на принца. Проявите хоть немного рвения и постарайтесь удивить нас.
Я стыдливо опустила глазки, припоминая прошлую попытку.
В тех диких условиях, в которых проходили занятия, ни о каком изощренном и спланированном покушении на Джерома даже речи не шло. Честно говоря, я вообще благополучно забыла про отработку. Ну, а когда настал день «практикума», ограничилась выпрыгиванием из-за угла пристройки и героическим:
— Бу! — в лицо попятившегося Джерома.
Меня тотчас оглушили и спеленали заклятиями всех мастей, а после к застывшему тельцу пардочки прорвался рычащий каннис и наградил дружеским подзатыльником.
Нет, после он клялся и божился, что рука сама дернулась, на рефлексе, но я-то знала, что это такая изощренная месть за последние «покатушки в овраге», где одна ловкая кошка прищемила дверцей волчий хвост.
Клянусь роскошными усами тигра, чисто случайно! Но Лиам почему-то не поверил моим честным-пречестным синим очам.
Кошачья сущность воинственно скалилась, предвкушая месть. Руки механически намазывали тост джемом, а разум лихорадочно соображал. От кровожадных мыслей отвлек звук падающей ложки.
— Простите, — пискнула Памела, заливаясь румянцем.
Что это с ней?
Присмотревшись, только теперь заметила, что на ладони у девушки широкий след от ожога веревкой. Вероятно, опять упала с очередного препятствия Ши-Вана. Разве это руки аристократки, готовящейся к первому появлению при дворе?
Взгляд метнулся к Джерому. Вот кто всегда выглядел огурцом-молодцом! Свеженький, с иголочки одетый, хрустит свежими тостами и о чем-то негромко переговаривается с телохранителем.
— А может, хватит?
Официально заявляю, что главный враг кошки — это ее язык.
На меня покосились все присутствующие за завтраком, а Ши-Ван мерзко усмехнулся одной половиной рта.
— Смотрите-ка, у нашей кошечки сдали нервы! Кто бы мог подумать, что чистокровная парда окажется размазней.
Я резко вскочила, гордо выпрямила плечи, чувствуя пристальное внимание окружающих, и посмотрела в темно-коричневые глаза Дерена Маккалича.
— Может, хватит морочить нам головы?
Мужчина сразу понял, о чем речь. Ведь с момента нашего разговора по дороге на вечер к Итону-Бенедикту прошло не так много времени, чтобы недоуменно нахмурить брови и сослаться на банальное «забыл». А вот остальные пребывали в легком шоке, и для них пришлось пояснять.