Маргарита Ардо – Укрощение дракона (страница 9)
Аня, конечно, несносна. Вздорна. Болтлива. Невоспитанна. Благо, хоть более не уродлива. И, как бы то ни было, зажарить ее можно и после свадьбы, снятия чар, ну, и рождения потомства… А сейчас времени мало. Пора взять себя в руки и придумать, наконец, план по завоеванию земной нахалки.
Иррандо нанизал на коготь еще один плод с блюда и закинул себе в рот. Зажмурился снова, позволяя волшебному соку моргуавы принести расслабление в тело. Хоть какой-то плюс от ее присутствия. Мммм…
Итак, в человеческом облике она его ненавидит. Возможно, он был несколько грубоват. Но она, между прочим, тоже. Вчера слова сказать не дала, а он ничего такого и не собирался. Правда, когда их глаза оказались близко-близко, уж очень захотелось отведать вкуса ее губ. И что вышло…
Дракон кашлянул. Дымок из пасти взлетел к потолку.
Но ведь девицы падки на внешность. По опыту знал. А в виде дракона… если она приняла его поначалу за животное – и посмела же!
Спокойно! – тут же сказал себе Иррандо. – Ничего… Кто-то необычную внешность предпочитает. Леди Мариорра, к примеру, забавляться любила и так, и эдак. Страстная была женщина.
Из кухни послышался лязг металла и Анино громкое:
– Ффак! Ну что за гадство!
Дракон покачал головой.
Что бы Аня ни говорила, а разбойничье из нее так и прет. Ну, это даже хорошо. Бесстрашные, говорят, очень страстные. Вон поцеловала же его в морду и не покривилась. А еще дважды сама извинилась за промахи, и, вероятно, потому пытается быть милой.
Видит в нем спасителя, – дракон хмыкнул, – от самого себя. Так стоит ли ей рассказывать, что он и есть ненавистный Иррандо Бельмонте Лонтриэр?
Дракон почесал когтем рог на лбу.
Аня появилась из кухни весьма расстроенная.
– Ну вот, сгорело. Хотела завтрак соорудить, но в вашем очаге… понятия не имею, как готовить – ни прикрутить огонь, ни добавить. А спросить не у кого было. Придется потерпеть, пока прилажусь…
Она развела руками. Дракон изучающе смотрел и молчал. Ей явно было неловко. И пусть говорит еще, что не такая, как прочие девы Дриэрры! Ни одной не нравится признавать себя неумехой в домашних делах. Даже если хозяйством занимается прислуга. Интересно, что Аня будет делать?
Не услышав от него, что всё нормально, она вздохнула и, увидев лежащие на столе кожаные перчатки, скорчила гримасу. Взяла их двумя пальцами и в сердцах бросила в корзину:
– Фу, гадость! Даже вспоминать не хочу! – и виновато глянула на хозяина замка. – А ты сильно голодный?
– Ну так… – ответил Иррандо и от души насладился Аниным выражением лица. Затем встал. – Рекомендую на завтрак отведать моргуаву, сытно и вкусно. А мне надо отлучиться.
Уже на выходе Аня его окликнула:
– Дракон, а ты надолго?
– Нет. Не беспокойся, рыцарь не придет в мое отсутствие. – Он позволил себе подобие улыбки. – Кстати, спасибо за уборку. Тут стало лучше!
Аня улыбнулась с облегчением и что-то сказала, но Иррандо не расслышал. Он расправил крылья и взмыл в воздух. Солнце светило, ветер приятно обвевал тело. Рано он раскис. Просто его застали врасплох. Но теперь план вырисовывался в голове. Драконья пасть растянулась в довольной ухмылке: еще посмотрим, кто кого.
Глава 9
Я попробовала на вкус подгоревший голубой горох и тут же выплюнула: фу, гадость!
Не передать, как расстроилась. Хотела, как лучше, а получился конь в пальто! Дракон голодный здесь. Дома – папа… Никакой жизненной справедливости в обоих мирах.
«До обеда еще нужно дожить, а завтрак если не съешь, тоже врагу достанется», – говорил папа и съедал всё подчистую. Хвалил между прочим. Я привыкла быть главной на кухне за столько лет нашей с папой сиротливой жизни.
Чего не знаешь, как готовить, – интернет в помощь. Кстати, не ворчит, как бабушка Люба: «Блины такими толстыми не бывают. В оливье картошку не на четыре части режут…».
Но тут не было привычной плиты, любимой сковородки и нормальных продуктов. А, главное, не было папы, с которым можно было сесть напротив за узким кухонным столом, почти лоб в лоб; перекинуться парой слов о погоде и вполуха выслушать бурчание на тему новостей по телеку.
При мыслях о папе меня совсем накрыло. Он, наверное, с ума сходит. Объявил уже план-перехват по всему городу, угрозу террористической атаки и конец света. Чтобы не расплакаться, я поймала в ладонь синего слоника. Пощекотала ему кончиком пальца головку. Мини-Дамбо зажмурился от удовольствия, попискивая и, кажется, улыбаясь. Хоть кому-то хорошо!
Громадные цветы в каменных горшках на террасе встретили меня фиолетовыми переливами. Странно, вчера вроде радужные были, светлые и сияющие. А сегодня все против меня – терпеть не могу такой чернильный цвет. Тетрадки школьные напоминает…
Я побродила по саду, пытаясь распознать хоть какие-нибудь растения. Но кроме зеленой травы ничего среднероссийского не обнаружила и поняла: хочу домой! В мою нормальную пасмурную Москву, с метро и пробками.
От полного погружения в депрессию меня спас дракон. Он налетел неизвестно откуда и приземлился прямо посреди заросшей чем попало цветастой лужайки. Поставил передо мной плетеную корзину, явно оторванную от воздушного шара, и бухнул весело:
– Не скучала?
– Скучала. До ужаса, – честно призналась я. – А что там?
– Завтрак, – довольно оскалился дракон. – Не знал, что ты любишь, взял в соседней таверне всё.
– Всё? – Я была заинтригована.
Так в фильме «Красотка» миллионер говорил главной героине. Правда, меня разочаровало, что под «всем» подразумевался только омлет и фиговина какая-то, а не фазан с перепелами и черная икра ложкой.
Я заглянула в корзину с кучей цветных свертков, фруктами в кулях, парой расписных кувшинов и массой снеди. Дракон был щедрее американского магната. Я пробормотала:
– Я тоже не знаю, что я тут у вас люблю.
– Вот и узнаешь! – Дракон подмигнул. – Что не понравится, выплевывай. А понравится, не стесняйся. Хоть и не королевский стол, но всё свежее. Там сверху скатерть, разложи. Поедим на солнышке, по простому.
А что, пикник с драконом – кто таким похвастается? Настроение сразу подпрыгнуло. Я постелила плотную, похожую на восточный ковер, скатерть и принялась с любопытством нырять в корзину. В голову пришла почему-то «продовольственная корзина», о которой на днях ругался папа. Вот если б она была такой, как эта, наверняка наступил бы мир во всем мире. И ожирение.
В вощеной бумаге оказалась колбаса. Обычная нормальная копченая колбаса! Ура! А вот голова желтого сыра. И белого, аппетитно пахнущего деревенским молоком. А еще сырный куб, размером с кухонный телевизор с оранжевыми прожилками и орехами внутри. В красной коробке – два пирога.
– С домашними кунделями, между прочим.
Дракон снова подмигнул, подминая туловищем мягкий ковер цветов. Он вальяжно полулег, закрыв живот хвостом, и отправил в пасть колечко колбасы целиком.
– Даже боюсь спросить, что такое кундели! – Я замерла над обычным на вид пышным изделием из теста.
– А ты не спрашивай, пробуй. Я тебе плохого не предложу.
Я зажмурилась и откусила. Точь-в-точь утка с яблоками и клюквой, в тесте.
– Вкушно, – с набитым ртом произнесла я.
– То-то.
Дракон откусил половину другого пирога. Жевнул, и отправил в пасть вторую часть.
«Хорошо, что есть таверна рядом, – подумала я. – Такого мне не прокормить. Это не папа, а целый взвод».
И продолжила активно жевать, радуясь, что в чужом мире мне довелось наткнуться на дракона, с которым можно вести себя запросто и не строить ни даму из высшего общества, ни посланницу иных миров. Он вроде тоже обвыкся и обижаться прекратил. Даже ругаться не стал, что я котел спалила. Покончив с куском пирога, я облизнула губы и сказала:
– Хорошо, что это ты.
Дракон перестал работать челюстями и воззрился на меня:
– Что? Я?
– Что ты пролетал под моим окном вчера. И не сбросил меня, а привез в свой дом. Не знаю, что бы я без тебя делала. Правда.
Коричневые радужки с вытянутыми ромбовидными зрачками уставились на меня. Внимательно так. Непонятно… Что-то внутри меня дрогнуло. Теплое такое. И как я вчера могла принять его за животное? Устыдившись, я отвела взгляд. Чтобы сбить чувство неловкости, полезла снова в корзину. Перегнулась, надавив на край животом, извлекла наружу стеклянную банку с…
– Ой, это что?
– Перукканские слизни, – наконец, подал голос дракон. – Их специально на почтовых пернах сюда доставляют. С кислым соком лима просто объеденье. Открывай.
– Нет уж, спасибо. – Я задвинула банку с шевелящейся противностью за противоположный угол корзины, чтобы мне было не видно.
В корзине еще было много чего, но я наелась.
– Потом будешь жалеть, верно говорю.
– Нет-нет, ешь сам. Жертвую. – Я улыбнулась.
Дракон открыл банку, и я быстро отвернулась.
Солнышко начало припекать, было сытно и хорошо. Даже странно. Я стянула сапоги, в которых уже стало невыносимо, закатила по колено джинсы и пошевелила босыми ступнями. Взглянула на дракона и удивилась. Он уставился на мои ноги совсем не как рептилия, а как Ванька Толстопалов, когда мы всем классом на Москва-реке отдыхали. Правда, у Ваньки были всего лишь веснушки, а не рог на носу… Я на всякий случай поджала ноги под себя, вдруг дракон просто не наелся, и сказала: