Маргарита Андреева – Симфония чувств (СИ) (страница 144)
— Марго, не надо… — златовласая сжала её руку, — Моя подруга Маргарита не такая… — поглощая силу огня, она отдавала собственные силы, пока не лишилась сознания.
Пламя уже не полыхало по улице, но всё ещё продолжало гореть внутри маленькой брюнетки. Пламя гнева, боли и разочарования. Маргарита не узнавала саму себя, и ей не нравилось то, какой она становилась. Казалось, что она больше не контролирует ситуацию, что сила управляет ею в этот момент.
— Где мой отец? — заметив выходящего из автомобиля начальника отца, Маргарита тряхнула головой и спешно направилась к нему в надежде поскорее покончить с этим безумием. Мысли в голове путались и были словно бы и не свои, чужие какие-то.
— Дитя, позволь мне помочь тебе, — Артур протянул девушке руку, изобразив на лице самую благодушную улыбку, — Позволь изучить твой дар и дать тебе то, чего ты хочешь.
— И что же я хочу, по-вашему? — хмуро поинтересовалась она, чувствуя, как внутри снова закипает огонь при виде этого человека, бегло оглядывая остальных людей в форменной одежде.
— Ты носишь ребенка, — тихо и доверительно нашептывал он, как должно быть, нашептывал Еве в эдемских садах змей-искуситель, — Как думаешь, что ожидает его в этом мире, когда вы раскрыли себя? Его будут сторониться, его будут бояться, его будут изучать. Он будет обречен на одиночество и неприятие. Его запрут до конца жизни и будут проводить эксперименты, вся его жизнь будет под тотальным контролем. Его не пустят в общество, где он всё одно стал бы изгоем. Но в твоих силах это изменить. Позволь мне поддержать тебя сейчас, и я смогу помочь. Я смогу избавить и тебя, и твое дитя от этой силы и подарить ту жизнь, о которой ты так мечтаешь. Мечтаешь, ведь? Жить, не таясь, жить спокойно, не опасаясь ни за себя, ни за своего ребенка.
— Мир, где я не буду бояться собственного сына… Вы… Вы, правда, можете это сделать? — Маргарита растерянно замерла, как под гипнозом повторив его слова дрожащим голосом, несколько раз моргнув, чтобы сбить с ресниц накатившие слезы, — Где мой отец?
Мгновение Маргарита стояла вопросительно глядя на мужчину из-под влажных ресниц, словно его руках был, по меньшей мере, спасательный круг от всех её тревог, и призрачный мираж счастливой жизни начинал обретать всё более четкие очертания.
— Тебе не о чем волноваться, дитя. Твой отец в отъезде, но я позабочусь о тебе, пока его нет, — профессор Клейтон приобнял её за плечи и развернул к машине.
— Не лгите мне! Вы знаете, где мой отец? — что-то снова в ней взбунтовалось, и девушка с негодованием убрала его ладонь со своего плеча, — Отвечайте!
Льдистые глаза мужчины раздраженно сверкнули:
— Ну, что вы стоите, как истуканы, — Маргариту грубо и бесцеремонно ухватили под руки и затолкали на заднее сидение автомобиля, — не можете успокоить девчонку? Да смотрите, поаккуратнее, она нужна мне живой.
Маргарита только чудом не прокусила руку удерживавшего её санитара и принялась колотить кулаками по боковому стеклу, выкрикивая ругательства и зовя на помощь, пока ей не закрыли рот.
— Вся в папашу. Эта семейка уже начинает действовать мне на нервы. Да вколите же ей успокоительное, черт побери! — Клейтон сердито сплюнул на асфальт, давая знак машине отъезжать, напоследок добавив в приоткрытое окно водительского места, — Если девчонка надумает выкинуть свои фокусы, вы знаете, что делать, чтобы остудить её пыл. Только сильно не переусердствуйте.
Сосредоточенным взглядом он проводил автомобиль, пока тот не скрылся из виду.
— Спешите, Ваша Милость? — в это же самое время смуглый мужчина собрался погасить свет в своем офисе и уже искал в барсетке ключи от дверей и ключи от своей машины, когда знакомый голос заставил его обернуться, широко раскрыв от удивления глаза, и сердце сбилось с привычного ритма, заставляя его побледнеть, — Без твоей помощи они не выживут. А ты сможешь жить, зная, что мог уберечь свою любимую женщину и ещё не рожденного сына, но не сделал этого? Сможешь простить себя, зная, то мог спасти их? — мужчина вслух застонал, когда увидел удобно расположившуюся в его кресле светловолосую девочку, — Конечно, у тебя есть уже сын. Второго не жаль, так получается? Или дело в том, что ты боишься его, лишившись теперь своих сил, и не желаешь его рождения? — Лаура легко поднялась со своего места и поправив юбку своего школьного клетчатого сарафана, подошла к нему, заинтересованно подняв свои глаза, но не слишком высоко, так чтобы не встречаться прямо со взглядом его темных глаз, — На что ты готов, чтобы спасти их?
— Ты была бы не ты, если бы перешла к главному, — Джон уперся спиной о стену и достал пачку своих любимых сигарет, — А я чуть было не поверил в твою бескорыстность, только я не торгуюсь, Лаурита. Не скажу, что рад тебя видеть, потому давай коротко, у меня нет времени.
— Ну, ты же не глупый, сам понимаешь, что мне не выгодно, чтобы вас рассекретили, — девочка подошла ближе и спокойно убрала пачку из его рук, — Начнут с вас, потом примутся и за нас. Тут ты прав, времени у вас мало — одна уже мертва, второй осталось не долго.
— Кто? — коротко бросил он и застыл, не дыша, в ожидании её ответа.
— Спокойно, Ваша Милость, спокойно, — девочка присела рядом с ним, когда он медленно опускался по стене с нервно трясущимися руками, — Соберись и выслушай меня, иначе ни чем не сможешь им уже помочь. Твоя девчонка жива… пока… Но сейчас она напоминает ходячую бомбу с часовым механизмом. Признаюсь откровенно, не завидую я ей. После того, что с ней сделали, я бы и сама всех их уничтожила к такой-то матери, но этому было множество свидетелей, и пострадали не только виновные. Она однажды потеряла уже дитя. Но вы не вняли предупреждению Мироздания. А я, между прочим, одолжение тогда всем нам делала, но я сейчас не прошу благодарности. Ваше дитя ещё в материнской утробе сделало свою мать убийцей. Думаешь, она сможет с этим жить? Маргариты, которую ты знал, больше не существует — её рассудок не оправится после такого потрясения и будет вечно блуждать в лабиринтах своего безумия. А на вас начнется настоящая охота — вы и ваши потомки будете изгоями вне закона. Те немногие, кто сможет избежать участи лабораторных крыс, вынуждены будут скитаться и жить в изгнании, — Лаурита недовольно поморщила нос и забрала сигареты из его рук, когда Джон попытался достать одну и закурить, — Ты и при своих детях тоже куришь? — театрально погрозив ему пальчиком, она устроилась поудобнее рядом с ним, поджав свои ноги в белых колготках и черных лаковых туфельках, и продолжила, — Так вот, на чем я остановилась… Ах, да! Мне нужна одна лишь капля твоей крови, и я скажу, как всё исправить. Поспеши найти ребенка, которому ты вручил Талисман Судьбы — цыганскую девочку по имени Мария. Ты дал ей власть над артефактом. И только она сможет использовать его, чтобы повернуть время вспять. Остальное предоставь мне. Одна капля твоей крови, княже — и мы сможем сделать так, что этот кошмар останется кошмарным сном, о котором никто и не вспомнит.
Мужчина продолжал слушать её, когда хотелось закрыть уши руками и не слышать ничего этого.
Разум категорически отказывался воспринимать эти пугающие слова. Он слушал, но не слышал её. Пытался быть сосредоточенным, но мысли его и внимание постоянно рассеивались, и приходилось всё время заново улавливать смысл сказанных Лаурой слов. У него попросту не хватало воображения, чтобы представить, что Маргарита, его маленькая Маргарита с большими и теплыми глазами, могла бы отнять чью-то жизнь. Да кто сможет поверить в такую нелепость! Уж точно не он, который знает свою малышку, видимо, даже лучше, нежели она сама себя знает. А его сын? За каждое свое деяние придется нести ответственность, и разве мог он допустить, чтобы его дитя отвечало за то, что помимо своей воли опасно преумножило силы своей матери ради защиты и выживания.
Лаура отчетливо осознавала, что не сможет так просто убедить его, но поразительная бледность Джона в этот момент, проступавшая даже на фоне его от природы смуглого оттенка кожи, ясно говорили ей, что ради своей девчонки и остальных он согласен выслушать её речь с должным вниманием.
— Я понимаю… Понимаю прекрасно, что тебе сложно поверить мне, но… — маленькая демонесса понизила голос до доверительного шепота, отчетливо слыша его тяжелое дыхание, — Дай мне руку, и ты увидишь своими глазами, что произошло. Только тебе принимать решение — стоит ли это дитя таких жертв или мы объединим наши усилия и попытаемся всё исправить.
— Скажи, почему же ты пришла именно ко мне? — мужчина повернул к ней уставшее, осунувшееся лицо, — Почему не пожелала встретиться с Ондзи?
— Я всё ещё зла на этого предателя, — Лаура гордо вздернула свой маленький нос, — Ну, и для меня сейчас есть вещи более важные. Если мы не добьемся успеха, то уже ни что не будет иметь смысла. Поверь, сейчас я очень серьезна.
Лаура снова мельком встретилась с ним взглядом, и опустила глаза — сердце болезненно сжалось, и влага на ресницах мешала ясно видеть. Как бы ей хотелось, чтобы тот, о ком болела её душа, полюбил её так же сильно, как этот смуглокожий мужчина с пленительными глазами любит свою девчонку и своих близких, чтобы она смогла стать близким человеком для того, кто занимал все её мысли. Девочка проморгалась и пару раз шмыгнув поборола неприличное желание достать свой белый кружевной платочек и как следует высморкаться.