Маргарита Абрамова – Ненужная жена или Сиделка для Дракона (страница 16)
Справа расположен диван и большой стол, сто процентов из ценной породы дерева. Он выглядит крепким и надежным.
Скольжу не только взглядом, но и ладонью по корешкам, вчитываясь в названия.
Признаться, растерялась, не такого я ожидала.
Не могу сконцентрироваться. А Фирнер тоже хорош! «Справитесь без моей помощи»! Как же! Мог бы провести экскурсию и помочь разобраться. Я то не знала, что тут такое…
Похоже, придется завтра просить помощи, самой мне не разобраться.
Взгляд то и дело бегает по названиям.
Так, тут про драконов и фей, художественная литература мне не нужна, надо найти хотя бы раздел «история», не то что «целительство».
«История Проклятых островов» - так значит Салифард не один такой? Достаю книгу и усаживаюсь с ней на диван. Открываю иллюстрации и с интересом разглядываю карту, на которой изображено не меньше десяти островков.
Погружаюсь в чтение и теряю счет времени, бросаю взгляд вверх, в потолочные окна-витражи, и сейчас сквозь них проникает лунный свет.
Ничего себе я засиделась. Зеваю, прикрывая рот ладошкой, откладываю книгу на стол. Выяснила не так много, только то, что на острова ссылают по разным причинам. Эту цепь островов когда-то выделили для ссылки неугодных. Раньше, как мне уже поведал мэр, все было несколько иначе…
Возвращаюсь к себе в комнату по темному коридору с редко горящим на стенах тусклыми светильниками. Ускоряюсь, как-то не по себе и зябко. Ещё не привыкла к данному месту. Я с детства боялась темноты, но сейчас храбрюсь и ускоряю шаг.
Наконец, добираюсь, достаю ключ из кармана, роняю его, вот же растеряха. Специально ругаю себя, маскируя страх.
Переодеваясь в сорочку, ложусь в холодную постель. Ночью большое окно выглядит устрашающе: ветер бьётся в него, луна ярко светит, небо покрыто серыми тучами.
Засыпаю тревожным сном, но даже во сне мне отчего-то беспокойно. То и дело просыпаясь, не разбирая где сон, а где явь, ворочаюсь, слышатся чьи-то стоны и резкий грохот. Как сегодня днём.
Заставляю себя не реагировать, никто же не беспокоится, и я не должна. Если было бы что-то серьезное, то Филипп не оставил своего хозяина одного, так ведь?
Но совесть не дает уснуть, это же моя работа, я сиделка, а значит, должна находиться рядом.
Накидываю халат и все же выхожу, ругая себя, что не следует этого делать. Без меня как-то справлялись? Но ничего не могу с собой поделать, ноги сами несут к двери напротив.
Если с Фирнером все хорошо, он точно решит, что я хочу его соблазнить, заявилась посреди ночи к нему в комнату.
Тихо стучу, никто не открывает, уже собираюсь уходить, как дверь открывается и в проходе показывается лохматая черная морда.
В первую секунду пугаюсь, но потом понимаю, что это всего лишь Берт.
Заглядываю в комнату, стоны все громче.
- Это ты открыл? – он скулит, - Что с ним? – но, конечно, собака мне не отвечает, я нерешительно захожу в комнату и ужасаюсь от увиденного!
Обнаженный Фирнен лежит на полу около своей постели. Ноги запутаны в покрывале и прикрывают то, что я не желаю увидеть.Коляска перевернута рядом. Но не это меня шокирует, а его вид. Кожа местами покрыта чешуйками, похожими на тлеющие угли. Лоб, плечи и немного на груди… Что это такое?! Матерь Божья! Это снова какая-то магия, в которой я ни черта не смыслю?!
Хочется развернуться и убежать, но Берт подходит и подталкивает меня к хозяину, а после и сам носом поддевает его, указывая, что мне надо его затащить снова в постель.
Этот мир не перестает меня удивлять. Пытаюсь взять себя в руки, подхожу к мужчине, но, когда касаюсь за его предплечья, тотчас отдергиваю – он ужасно горячий.
- Мистер Фирнен, вы меня слышите?! – пытаюсь дозваться и привести мужчину в чувства, но все безрезультатно. Стоит позвать Филиппа, мне одной не справиться. Но только делаю шаг назад, как Берт начинает рычать, скалить зубы.
- Надо позвать Филиппа, - говорю псу, но он носом тыкает мужчину, чтобы я продолжала сама, - Хорошо, - что я делаю? Слушаюсь собаку… Подхожу обратно и в этот раз стоит притронуться как уже из моих ладоней сочится голубой свет.
Это она и есть целительская магия? – разглядываю свои ладони.
Искорки тянутся к мужчине, словно лучше меня знают, что от них требуется. Следую их зову. Располагаю руки на его груди, чувствую, что в моей что-то происходит, словно непонятное тепло перетекает из нее к кончикам пальцев. Чешуйки остаются на месте, но жар проходит.
Постепенно перед глазами все плывет, и я слабею, сама чуть ли не заваливаюсь на своего пациента. Из последних сил затаскиваю его на кровать, хочу уйти к себе, ужасно хочется спать, я так устала, мышцы не слушаются, не могу сдвинуться с места.
Сейчас… Одну минуту отдохну и уйду, но сознание меркнет, и я проваливаюсь в глубокий сон.
***
ДЖОН
Как же я ничтожен…
Каждый день мучиться от боли и не иметь возможности обернуться. Просто сгораю изнутри, жар заполняет вены лавой, выжигая рассудок… Потеря ног, по сравнению с утратой крыльев – песчинка в пустыне… Песок, ненавижу его, помню его вкус на зубах, когда валялся обездвиженный… Лучше бы я тогда умер… Но эта тварь посчитала, что это будет слишком легко для меня. И оказалась абсолютно права…
Ничего, осталось два года… И ни мать, ни кто другой, уже не сможет повлиять на исход.
День за днем все повторяется, но становится все хуже. Организм ослаб и уже нет сил бороться.
Но так легко мне давно не было, словно после полета, будто, как прежде, обернулся и расправил крылья. Так хорошо, что не хочется открывать глаза, потому как это всего лишь сон.
- Берт, ты опять? - протягиваю руку, но вместо лохматой морды, привыкшей спать у меня на груди, светлые волосы расплескалась по обнажённому торсу.
И у меня в объятиях спит моя сиделка. Халат распахнут и не скрывает прелестей молодого тела, ее округлости мерно вздымаются, приковывая взгляд.
Как она тут оказалась? Ее появление в моем доме вызывает вопросы... Наверное, не стоило ее пускать к себе в дом, да еще и поселилась так близко, а тут и вовсе перебралась в мою постель. Какая проворная…
Ее не задевают вопросы о муже, поведение отличается от привычного для сосланных. Своенравна, амбициозна, считает себя не распущенной, но от нее так и веет женскими чарами, вот сейчас, например, как ей удалось пробудить то, что спало пять лет? Вчера подумал, показалось, девичьи прелести всколыхнули фантомные потребности, а тут все ожило, только вот ноги как не двигались, так и не двигаются... Замер, пытаясь понять точно ли все происходящее реально. Вдруг мой воспаленный мозг в бреду, сгорая от жара, проделывает подобные фокусы…
Первая волна воодушевления сменилась злостью.
Ее точно послал Брендан ... Ярость закипает внутри... Знает, что мне всегда нравились блондинки, отыскал где-то готовую на все... Все никак не угомонится....
- Может, вы сверху на меня сядете, раз уж так открыто предлагаете себя...
Веки девушки начали подрагивать, указывая на скорое пробуждение, а потом и вовсе широко распахнулись. Элиссон вскочила на кровати, озираясь по сторонам, будто не понимала где находится, а увидев меня, так и вовсе запуталась в покрывале, свалилась на пол, оставляя меня без прикрытия.
Подушкой прикрыл неглиже и стал ждать объяснений.
Она возилась на полу, и я не выдержал:
- Что вы тут делаете?! Я точно помню, что вас не приглашал! - вечер не нес ничего необычного, помню лишь как пытался уснуть... Как спазмы и огонь накатывали, я то терял сознание, то возвращался на поверхность.
- Я ... Я простите, кажется, я уснула...
- Это я заметил.
- Вот, держите, - она вернула покрывало, старательно отворачиваясь, смущаясь моего вида. Её светлая кожа окрасилась в ярко алый, руки трясутся и пытаются закутаться в свой халат как можно плотнее. Хорошая актриса…
- Я по-прежнему жду объяснений, ваших пока недостаточно.
- Я была у себя, - начала сбивчиво, - Потом услышала шум.
- Мы же с вами обсуждали, - так и знал, что ее близкое соседство ничем хорошим не закончится.
- Да, но это мои обязанности. Вам нужна была помощь, - чуть ли не крича на меня, даже брови подскочили вверх от ее эмоциональности.
- Если мне что-то от вас потребуется, я вам сообщу.
- Находясь без сознания это сделать трудно. Берт не дал мне уйти и позвать Филиппа.
- Собака вам не позволила?! – что за бред, теперь вижу, что просто играет.
Одно мне не давало покоя.
- Что вы сделали? - неужели появилось то, что способно повлиять, я и забыл, что значит желать...
- Ничего, просто ... – не дала продолжить, пока я раздумывал, как более деликатно подобрать слова того, что я имел в виду, - Когда я пыталась вас поднять, проснулся мой дар, я не умею им управлять... Вы выглядели...
- Жалко?
- Нет, устрашающе, эти ваши чешуйки…
- Неужели дракона прежде не видели?