Маргарита Абрамова – Любовь вслепую или Помощница для Дракона (страница 34)

Жасминовый аромат мгновенно ударяет в голову, заполняя все вокруг. Меня ведет, требуется долгих, мучительных пару секунд, чтобы взять себя в руки, сглотнуть ком в горле и просто привыкнуть к нему.

Внутри дракон сходит с ума… Он рычит от ярости за обман и в то же время довольно, почти победно урчит, учуяв наконец-то долгожданный правильный запах. Он не знает, как себя вести. Как и я…

— Мне нужно было где-то скрыться… — кусает губы, отступая на шаг назад. Лучше бы она сейчас вообще не двигалась. Слишком опасно. Мои инстинкты на пределе. Мне хочется накинуться на нее… Но для чего именно — непонятно… Взять ее тут же или разорвать на части. А может, и то и другое…

— От чего? — голос хрипит, но я держусь, цепляясь за остатки самообладания. Нужно успокоиться. Мы прошли такой длинный путь…

Мне не верится, что все это время она была со мной… Я считал своего помощника тщедушным парнем. Все смеялись и говорили, что ты не представляешь, насколько он тощий. Теперь я вижу… Совсем худенькая… Я еще говорил, что сделаю из нее настоящего мужика…

Девушка… спасла меня, вытащила с того света, когда я был готов сдаться. Помогала мне, терпела мои вспышки гнева, пошла со мной на Север…

Ну не могла та молоденькая домашняя девочка, воспитанная как цветочек в оранжерее, все это вынести. Мне было тяжело. Да я чуть не сдох… В тот день, когда я обернулся, это же она меня уговорила… Крыло постоянно прицепляла. А оно нелегкое… Все таскала, как обычная простолюдинка. У этого же должно быть объяснение. Для чего это все?!

— Я… случайно увидела ваше объявление в газете и подумала, что это знак… Что раз вы слепы, то…

— То я полный идиот! — так оно и есть. Беспросветный дурак, раз не смог отличить девушку от парня у себя под носом.

— Нет. Что вы … Просто вас боятся, а мне нужно было укрыться…

— От кого? — снова нетерпеливо спросил. — Твой папочка проиграл тебя кому-то в карты?

Судя по тому, как вспыхнули ее щеки, похоже, я угадал или был близок к истине.

— Отец умер. А мачеха нашла мне жениха…

— И?

— Им оказался Олдман.

Этот извращенец еще жив? Сколько я его знал, он всегда предпочитал девушек помоложе. И наслаждался жестокими играми с ними.

— И я сбежала…

— Шбежала прямо к шнам, — внезапно прошипел рядом Гложун, подлетая к Амелии так близко, что та вздрогнула. — Вкушшная…

Очень… Что коробило и манило одновременно.

Девушка выглядела измученной, уставшей и напуганной.

Не лучшее место для выяснения отношений. Я был очень зол и мог наговорить много чего, о чем потом пожалею.

— Ты почему еще здесь? — переключился на Гложуна.

— Теперь я швободен… Вештер и штаруха ушли… Буду ш ней… Она вкушшная и шильная… — подплыл ближе к Амелии.

— Проваливай, — рыкнул на него. Не до его приставаний сейчас. Но он лишь отлетел на несколько метров и явно не собирался уходить.

— Пойдем, — сказал резко, уже обращаясь к Амелии, — надо отсюда выбираться. Мы могли привлечь ненужное внимание.

Амелия

У нас получилось…

Правда?! Действительно?!

До сих пор не верится…

Эйра и Вестер ушли? Их было не видно, а вот Гложун отчего-то остался.

Мужчина смотрит на меня как на врага… Это обидно. Я знала, что так и будет, что гнев и разочарование будут его первой реакцией, готовилась к этому всю дорогу. Правда, когда его карие глаза, такие ясные и теперь полные бури, уставились на меня с немым вопросом и обвинением, стало невыносимо больно и горько.

Но Армор вновь видит. Это был главный неоспоримый факт, перевешивающий всю мою вину.

Мы вместе справились! Избавили его от призраков и вернули зрение.

И он сразу узнал меня. Я была уверена, что и забыл, как я выгляжу… В его взгляде было не просто узнавание, а потрясение. Так странно и совершенно неожиданно. Конечно, не так, как для него моя тайна.

Мне кажется, он готов накинуться на меня, встряхнуть как следует, но отчего-то сдерживается. Вижу, как играют мышцы на его скулах, как сжимаются кулаки, как глубоко он вдыхает, пытаясь обуздать драконий гнев. Это немного пугает, но надеюсь, что он все же не причинит мне вреда.

— Пойдем… — зовет с собой, после того как признаюсь ему во всем. Про Олдмана и его желание сделать меня своей женой.

Было неприятно выворачивать наизнанку свой позор и страх. А он снова бил словами наотмашь, упоминая моего отца. И попадал в цель, а от этой правды еще больнее. Моя семья предала меня.

— Вы не будете оборачиваться в дракона? — спрашиваю, и голос мой звучит слабо и жалко. Сил совсем нет. Мне очень холодно, хотя мы и движемся. Внутри трясет мелкой дрожью, но я стараюсь не показывать мужчине, что чувствую себя не просто уставшей, а почти больной. Неужели так переволновалась? Или древний дух забрал слишком много крови? Хочется одного — отдохнуть. Забраться на драконью спину…

— Пока не стоит…

— Почему?

Он не отвечает. Только глазами сверкает и то и дело на меня поглядывает, будто хочет в очередной раз убедиться, что я не мираж, а настоящая Амелия Элфорд.

Спотыкаюсь о корень, скрытый под снегом, и заваливаюсь в сугроб. Он тут же оказывается рядом, подхватывает под руки, ставя на ноги.

— Все в порядке…

Он сжимает губы.

— Ушшштала… — выдает меня Гложун, увязавшийся следом. Привык, что ли, к генералу и уходить не хочет?

— Ладно… Сейчас… — сквозь зубы процеживает Армор. Он закрывает глаза, шумно выдыхая, будто заставляя себя успокоиться, отогнать ярость. Его плечи поднимаются и опускаются в четком, контролируемом ритме. Проделывает эти вздохи несколько раз и только потом, когда напряжение в его фигуре немного спадает, начинает оборот.

И как только передо мной появляется дракон, он издает низкий протяжный рык, от которого по спине бегут мурашки. Так, значит, Армор успокаивался. Видимо, для этого. Чтобы удержать свою злость под контролем и не дать драконьей сущности вырваться наружу в неуправляемой вспышке.

Его огромная морда совсем близко. Я вижу каждую чешуйку, как из ноздрей валит густой дым, чувствую его горячее тяжелое дыхание. А его нос, широкий и теплый, вдруг утыкается мне прямо в живот.

И я не выдерживаю. Слезы брызжут из глаз, катятся по щекам, и я ничего не могу с этим поделать.

— Ну, простите… — шепчу, смотря в его огромный горящий глаз. — Знаю, как тяжело драконам пережить обман.

Он фыркает, и клубы пара окутывают меня. Потом он толкает меня боком, не сильно, но настойчиво указывая, чтобы забиралась. Крыла по-прежнему нет. В глубине души я наивно надеялась, что оно вернется вместе со зрением, что ритуал восстановит все. Но этого не произошло. Может, он поэтому еще злится, что рассчитывал на большее, а не из-за меня? Успокаиваю себя, забираясь на его спину.

Я прижимаюсь к его горячей чешуе, вцепляясь пальцами в знакомые выступы, и, наконец, согреваюсь. Тепло от его тела начинает понемногу прогонять холод.

Мне кажется, я иногда проваливаюсь в короткую беспокойную дрему, а когда тело невольно обмякает и я начинаю сползать в сторону, то резко прихожу в себя, вцепляясь сильнее. В форме дракона, хоть и не по воздуху, куда быстрее.

Мы добираемся до того места, где когда-то стоял дом Эйры. Армор ссаживает меня и превращается назад в человека.

И тут до нас доносятся голоса. Непривычные, грубые, говорящие на северном наречии. Мужчина резко дергает меня за рукав на себя и прижимает к толстому стволу сосны. Сам выглядывает из укрытия, щурясь, пытаясь разглядеть говорящих.

— Кто там? — шепчу, едва двигая губами.

— Похоже, северяне… Дозорные или охотники, — также тихо отвечает он. — Пятеро. Вооружены.

Еще не хватало. Конечно, Армор сейчас зрячий, но их все же больше, а от меня никакой помощи…

Под моей ногой с громким предательским хрустом ломается старая ветка. Я замираю, сердце падает в пятки. Я выдала нас! Но в тот же миг из тени вырывается Гложун с шипением и бросается в сторону голосов, принимая удар на себя. Слышу возгласы удивления, ругань, затем быстро удаляющиеся шаги. Он их отвлек.

— Чертов браслет… — сквозь зубы шипит Армор, и его дыхание касается моей шеи.

Мы стоим слишком близко, он прикрывает меня собой. Теперь, когда он знает, что я девушка, это стало невыносимо неловко и… крайне напряженно. Он поднимает голову, отстраняясь на дюйм, и я вижу его лицо. Он кажется опьяненным…

— С вами все хорошо? — стараюсь отодвинуться.

— Надышался… Пойдем. Дальше полетим. Нужно быстрее добраться до своих границ. Здесь сейчас неспокойно.

— А как же Гложун? — оглядываюсь на темный лес.

— Что с ним станется? Он сам нас найдет, если захочет.