Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 10)

Вспоминаю, как мы впервые встретились. Она была такой милой и застенчивой, желала покинуть дом, где ее не любят. В те дни всё казалось возможным, и я был уверен, что мы сможем построить крепкую семью, в которой я смогу ее обеспечить своей любовью.

Но время прошло, и между нами начало холодать, Оливия все не беременела, становилась дерганной. Ее кроткость и доброта оказалось наигранностью…

Тело все помнило, наши жаркие моменты, но им на смену приходят другие воспоминания, вызывающие злость и ярость. Рогоносцем не понравиться быть любому мужчине. Если я еще сомневался, когда к нам приехала Бетти и твердила об обмане, но после того как застал обнаженную Оливию в постели с Кревинсоном, сомнения отпали.

Я без колебания намерен развестись. Иначе быть не может. Зачем мне в женах бездетная предательница. Она хотела выдать ребенка Квевинсона за моего… Не знаю который поступок подлее…

А сейчас она лежит рядом, все позабыв, смотрит непонимающими глазами, полные обиды за то, что я плохой муж… Неверный.

Я-то все помню, уже никогда не забыть.

Лучше не думать. С рассветом моя помощь не понадобится, Вебер принесет новое лекарство. Надеюсь, в этот раз таких промахов не будет. Семейный доктор получает немалые деньги за свою работу. Он не раз спасал нашу семью, его ценят, несмотря на характер. Старик тот еще ханжа, но отличный специалист.

Постарался сконцентрироваться о работе, игнорируя позывы тела. Хорошо, что дело на работе трудное и великолепно переключает.

Со смерти истинной короля и открыли наше Управление. Я начинал с помощника главного ловца, коим сейчас сам являюсь. Насмотрелся многого.

Чужие стали хитрее и изворотливее, умудряются проникать в наш мир незамеченными. Что только не используют. В этот раз тоже что-то новое, что мои радары не могут засечь. Но прорыв точно был. А значит, я обязан найти и уничтожить эту дрянь.

ГЛАВА 11

ОЛИВИЯ

Муж обнаружился на соседней стороне постели. Значит, не ушел и остался как я и просила в момент моей слабости. Сейчас же я тихонько встала, собираясь сбежать в ванную, чтобы избежать утренней неловкости. Зная мужскую физиологию, она неизбежна.

Обернулась на спящего мужчину. Он мирно спал на подушке, кристаллы выпали из ладоней и лежали рядом посеревшие, впитавшие гадость из моего организма. Рубашка была распахнута, открывая вид на крепкую грудь, покрытую редкими волосами. Мужчина мерно дышал, челка спадала на глаза, так и хотелось подойти и поправить.

Внутренне заругала себя, поймав на любовании. Как бы я ни прикрывалась чувствами Оливии, понимала, что типаж Гринувэйя весьма привлекателен. Есть в нем мужественность и твердость характера. И эти его горящие глаза… так и манят.

Оля, он изменяет жене, грубит и оскорбляет, — напомнила себе, — И работа у него опасная для тебя! Узнает, что я попаданка и убьет не моргнув. Надеюсь, быстро, а не заставит изощренно мучиться, допытываясь какую-нибудь информацию, которая мне неведома. Образы пыток перебили совершенно неуместные фантазии и иллюзии, приводя в чувства.

Нечего засматриваться на мужиков, от них одни неприятности! Надо поскорее излечиться и убраться подальше из этого дома и его хозяина. Это сейчас он помогает лечиться, а узнай он о моем происхождении страшно подумать что мог сделать. Никогда нельзя забывать, что он охотник, а я жертва! Но в то же время, в его присутствии возникало странное чувство безопасности, которое я не могла игнорировать.

Но лучше бы ему никогда не узнать мою тайну. Он точно придет в ярость, кому понравиться чувствовать себя лузером, ведь та, кого он ищет, была все время рядом.

Меня волновал вопрос — почему он до сих пор не понял? Вряд ли он не разбирается в своей работе. Значит, тут дело в другом.

Не успела я открыть дверь в ванную, как замерла. Стало не по себе. Черный ворон сидел вновь на подоконнике и пристально за мной наблюдал. Чувствовала, что эта непростая птица, но что она хочет? Добро или зло она принесла на своих крыльях?

— Что тебе нужно? — прошептала, хотя понимала, что вряд ли он ответит. Ворон лишь наклонил голову, как будто размышляя над моим вопросом.

Ворон расправил крылья и издал резкий крик, который заставил меня вздрогнуть. Я отступила назад, и в этот момент Гринувэй проснулся. Его глаза встретились с моими, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Все в порядке? — спросил он сонно, замечая мой испуг. Его голос был хриплым от сна, но в нем уже слышалась настороженность. Покосился в сторону окна, но птица уже улетела.

Я быстро собралась, стараясь скрыть волнение.

— Да, все в порядке, — ответила, хотя сама не была в этом уверена. Но о вороне не рассказала, вдруг это плохой знак для меня. Как же плохо, что я ничего не знаю и не понимаю в этом мире!

Питер встал с постели, его мускулы играли под кожей, и я невольно отвела взгляд, чтобы он не заметил и снова не обвинил не пойми в чем.

— Ты выглядишь взволнованной, — заметил он, его голос стал более настойчивым. — Что-то вспомнила?

— Нет, — поспешила ответить, но он так пристально вглядывался, сомневался верить мне или нет.

— Хорошо. Мне нужно связаться с Управлением. Потом дождемся Вебера.

Кивнула. Сегодня я опасалась прихода доктора еще сильнее. После вчерашнего было страшно, чувствовать ту боль совершенно не хотелось.

Гринувэй оставил меня одну, а я подошла к окну, заглядывая наружу. Утренний свет заливал мир вокруг, но в сердце у меня все еще оставалось беспокойство.

Как только ушел муж, в комнату вошла Милти, будто ждала за дверью.

— Госпожа, я так переживала. Как вы себя чувствуете? — девушка вырвала из размышлений о вороне.

— Все в порядке, — успокоила помощницу. Я и в самом деле чувствовала себя несколько лучше, только по-прежнему одолевало сильное волнение. — Какие новости?

— Мисс Беатрис очень злится. Даже Шаннаю ударила.

— Шаннаю?

— Это помощница поварихи. Ей не понравился завтрак. А Глинда чуть не пошла с ней разбираться, раз… — Милти резко замолчала.

— Раз что?

— Простите, я много болтаю, — служанка принялась заправлять постель. Непривычно было наблюдать, что это за меня теперь делают слуги.

— Милти, говори, если уже начала, — потребовала, подходя ближе.

— Хорошо. Только пообещайте не расстраиваться, — вот опять она за свое, бережет мои слабые нервы.

— Милти! Что за детский сад?!

— Раз хозяйка не в состоянии, — договорила, опуская взгляд в пол.

А эта Глинда мне уже нравится, кто бы она ни была, как я поняла по смыслу, главная повариха.

Во мне проснулось нерациональное желание насолить сестре, чтобы не торопилась преждевременно примерять роль хозяйки. Мы еще с Гринувэйем не разведены, а она позволяет себе лишнего.

Конечно, понятно почему Бет с утра не в настроении. Естественно, ей не понравилось, что он провел ночь в моих покоях. И это она еще не знает, что не просто в спальне, а непосредственно в кровати. Самое время ей об этом поведать.

— Милти, подай, пожалуйста, платье. Мы идем на завтрак.

— Госпожа, может, не надо?

— Надо, Милти, надо! И принеси что-то…

У принцессы Дианы было платье мести. Для него еще рановато, но после развода тоже бы не помешало что-то подобрать, чтобы Гринувей локти кусал кого потерял. Чтобы слишком не радовался, что получил развод.

— А почему она не пожаловалась хозяину? — неужели ему все равно, что происходит у него в доме.

— Ну как же. Господин Гринувей слишком занят, никто не хочет отвлекать его от дел, особенно сейчас.

— А что случилось? — девушка подала мне платье темно-синего цвета, красивое и под цвет моих глаз, но слишком закрытое, — Нет, давай другое…

— Ой, госпожа, вы же ничего не знаете… — она перебрала пару вешалок и выудила черное, строгое, но с открытым верхом, то что нужно, — Все обсуждают прорыв. Еще же никого не поймали.

— А всегда ловят? — помогла мне переодеться и причесаться.

— Всегда, даже не беспокойтесь, — «успокоила» Милти, — Хозяину в этом деле нет равных. Он обязательно изловит чужемирку и сожжет.

— Сожжет? — голос дрогнул, а ноги споткнулись на ровном месте, меньше всего хотелось быть сожженной на костре.

— Вы что же и про магию своего мужа позабыли? — она так пристально на меня посмотрела, что мне стало страшно, и я принялась отнекиваться.

— Про магию помню, как такое забудешь… — к тому же я в действительности видела как огонь полыхает в руках Питера, просто это было в таком состоянии, что не придала этому должного внимания. Получается, огненные вспышки во взгляде именно с этим и связаны. И выходит, он собственноручно приводит приговор в исполнение?

— А что же чужие все плохие? — может были те, кого не сожгли, те, кто не причинил никому вреда. Вот я, например, не собираюсь никому вредить.

— Конечно! Это очень опасные монстры, — на лице девушки отразился неподдельный испуг.

— И ты лично видела кого-то из них?

— Я нет, слава Богине, а вот моя тетушке доводилось. Еле живой осталась, мы ее два месяца отхаживали, одной ногой за гранью была.

Хотела расспросить больше о том, что такого с ее тетей сделала чужая душа, но мы уже подошли к столовой. Боевой настрой после таких разговоров подсдулся, но не разворачиваться же назад. Так что я распахнула дверь и вошла в столовую под удивленные взгляды мужа и его любовницы, уже приступивших к завтраку.

— Как удобно, ночь проводишь в постели одной, а завтракаешь с другой.