Маргарет Штоль – Черная вдова: «Красная метка» (страница 50)
Затем Наташа заметила несколько слов, небрежно написанных от руки на полях последней страницы. Она увеличила картинку.
Три слова.
Она никогда раньше их не замечала, что было странно. Ведь она читала досье Алекса Мэнора не впервые.
В первый раз Наташа открыла это досье на следующий день после того, как оказалась возле дома Алекса: она наблюдала, как он идет в школу, хотя сама не знала, кто он и что она здесь делает. Она просидела там не один час, в трех домах от него, а на следующий день вернулась снова.
Это было ее тайной. Никто из ЩИТа не знал – ни Коулсон, ни Брюс, ни Кэп. Ни даже Тони.
Наташа смотрела в экран, не видя ни слова.
Теперь она попыталась сосредоточиться на трех странных словах на экране перед ней. Словах, которых она раньше не замечала, почти нечитаемых – но они были, внизу самой последней страницы.
Голову Наташи пронзил резкий приступ боли.
В этом не было никакого смысла.
Она стала листать дальше.
Эти два слова будто вцепились в ее мозг и не отпускали; даже думать о них было больно.
Наташа никогда не слышала об этой программе, что бы это ни было. Тем не менее, Алекс, судя по всему, был ее участником.
Наташа пробежалась по файлам на Алекса и нашла еще одно упоминание о проекте «Чистый лист», но это ни о чем ей не говорило, пока она не обнаружила ссылку на другую папку на сервере ЩИТа – и у этой папки был владелец.
Ее кто-то создал.
Кто-то, кто, вероятно, возглавлял проект «Чистый лист».
И этот «кто-то»...
Наташа кликнула по ссылке.
Она бы не поверила, но под именем значился код авторизации, и цифры были на удивление схожи с ее личным кодом.
– Что за...
Наташа Романофф встала и схватила куртку.
Дверь за ее спиной захлопнулась, безымянная кошка подскочила на столе от неожиданности и посмотрела на разобранные деревянные части когда-то целой куклы с пустотой внутри.
Мотоцикл Наташи Романофф затормозил перед входом в Трискелион возле Ист-Ривер. За все время пути в голове Наташи не переставая крутился монолог.
– Вы? Но вас здесь никто не ждет, агент Романофф. – Даже парень за стойкой дежурного знает, что происходит, подумала она. Похоже, он не собирался ее впускать.
– Да, да. Знаю. Мне нужно поговорить с Коулсоном. Или с Марией Хилл.
– Я почти уверен, что они весь день будут на совещании, агент. По крайней мере, сейчас они заняты. – Парень самодовольно ухмыльнулся.
Наташа подняла бровь.
Она показала флешку, с которой только что закончила работать.
– Мне нужно передать им вот это. Коулсон дал мне ее, а она, оказывается, для дурацкого «мака», а у меня ПК, и ничего не работает. Ох уж эти компьютеры, да?
Дверь зажужжала.
Наташа улыбнулась.
Голова парня с треском ударилась о стол, и открылась вторая дверь.
Наташа оттащила его в подсобку – тяжелые ботинки скрипели по скользкому полу вестибюля. Дверь в подсобку закрылась.
Наташа прошла через атриум, выпустила из рук мотоциклетный шлем, который тут же покатился по полу. Кивнула мужчине в костюме, который уже был в лифте, когда она вошла, а затем, как только дверь закрылась, оттолкнула его в сторону.
Двери лифта открылись, и Наташа вышла в темный коридор, освещенный лишь полоской люминесцентных дежурных ламп вдоль пола.
Она уже была в подвале.
Темном. Надежном. Безликом.
Место, в котором можно пережить любую атаку – даже одну из тех, которые ЩИТ часто навлекает на себя снаружи.
Она нашла нужную дверь.
Дверь с надписью: «ОПАСНО. РАДИАЦИЯ».