Маргарет Штоль – Черная вдова: «Красная метка» (страница 49)
ГЛАВА 23: НАТАША
Наташа сидела на пустой кухне своей квартиры в Маленькой Одессе, глядя на небольшую черную флешку в руке. На флешке была вся информация, которую ЩИТ собрал на Алекса и Аву.
Разобраться во всем этом было очень трудно, особенно для того, чья жизнь и без того была сложной, как жизнь Наташи Романофф. Тщетно она пыталась сделать ее такой же простой, как эта квартира в Америке. В этой стране у Наташи было ровно три комнаты и четыре предмета мебели. Диван, кровать, маленький кухонный стол и стул. И неизвестно откуда взявшаяся безымянная кошка, которая приходила и уходила, когда ей вздумается, и, кажется, сейчас была очень удивлена присутствием Наташи.
Наташа попыталась вспомнить, когда она последний раз сидела за этим кухонным столом.
Лакированная поверхность квадратной деревянной столешницы казалась зеркалом, ни разу не запачканным ни единым отпечатком пальца. Вся кухня имела такой же вид. Белые крашеные стены были чистыми, а шкафчики пустыми, словно Наташа только что въехала сюда, хотя она жила здесь уже не первый год.
Она взяла в руки одну из матрешек – традиционных русских кукол, которые стояли посреди ее кухонного стола с красными нарисованными платками на головах и розовыми кругами румянца на щеках. Одетые в платья с цветочным рисунком, с губами в виде сердечек, эти матрешки были одними из немногих Наташиных вещей во всей квартире: такие штуки передаются по наследству от бабушки к внучке, так казалось Наташе.
Этих матрешек Наташе привезла Пеппер Поттс, когда вернулась из деловой поездки в Москву. Они аккуратно помещались одна внутри другой: тебе кажется, будто смотришь на одну матрешку, но вот их уже двенадцать, скрытых друг в друге. Это были всего лишь игрушки, и Наташа сама не знала, почему они ее так тревожили. Трюк с маскировкой. Пеппер это показалось забавным. «Смотри, – сказала она, – исконно русский секретный агент. Она напомнила мне тебя».
Наташа принялась открывать пустые деревянные куклы одну за другой, пока на столе перед ней не остались лишь деревянные половинки.
Внутри последней, самой маленькой, оказался потрепанный клочок бумаги, аккуратно сложенный квадратиком. Наташе необязательно было разворачивать его, она и без того знала, что это такое.
Половинка старой, рваной банкноты в пять евро.
Наташа подтянула колени к груди и уселась на стуле, скрестив ноги, как в детстве.
Она не отрываясь смотрела на пустые деревянные фигурки.
Наташа глотнула кофе из стаканчика, купленного навынос – в ее апартаментах не было бытовых приборов, – и посмотрела на экран ноутбука. Нужно было отогнать все эти мысли. Сконцентрироваться на досье Авы.
Она взяла ручку и сделала очередную пометку на салфетке, которую использовала вместо бумаги для записей. Теперь на салфетке было четыре слова. Четыре места, где могла находиться Ава Орлова. Четыре места, которые она могла считать своим домом, учитывая ее прошлое.
Наташа нашла эти четыре варианта, пролистывая досье Авы в обратном порядке. В Бруклине был ее нынешний дом, если это можно так назвать. Наташа побывала в «Ассоциации» и осталась под впечатлением. Девочка оказалась стойкой.
А до этого она жила в конспиративной квартире ЩИТа в Вашингтоне.
Сколько она провела там, пять лет?
Это место тоже было не из приятных. Наташа бывала там раз в год, когда приносила девочке подарок на очередной день рождения.
Она покачала головой.
А перед этим Ава жила в Одессе, а совсем малышкой – в Москве.
Наташа обвела слово
Наташа была разочарована: потратить столько времени и ни к чему не прийти.
Наташа открыла другой файл.
Алекс Мэнор.
Она долго смотрела на папку на экране, прежде чем кликнуть на нее.
Когда она, наконец, это сделала, оказалось, что информации мало, даже для гражданского лица. Алекс Мэнор – обычный ученик средней школы Монклер. Входит в сборную по фехтованию, занимается в клубе восточных единоборств. Мэрилин Мэнор работает в туристическом агентстве «Новые начинания». Специализируется на организации медовых месяцев и поездок с домашними животными. Дом собственный, не арендованный. Машина подержанная. Была проблема с насекомыми, решена.
Ничего необычного, но при этом чего-то не хватает, чтобы все было обычным. До старших классов нет никаких записей об успеваемости Алекса. Ничего, вплоть до десятого класса. Водительских прав тоже нет. Как и свидетельства о рождении. Никаких упоминаний об отце, в том числе – документов о разводе.
Наташа пролистала досье.
Что еще более странно – особенно для гражданского, к тому же несовершеннолетнего, – в файле Алекса, как и у Авы, половина информации была отредактирована. Глядя на все эти черные линии, можно было подумать, что это досье разведчика.