Маргарет Хэддикс – Незнакомцы (страница 20)

Чез покачал головой, не в силах выговорить ни слова.

«Почему это так трудно? – хотелось крикнуть ему. – Я просто хочу, чтобы мама вернулась домой и чтобы всё было как всегда. Я не хочу думать про потайную комнату, про зашифрованные письма и про то, что у нас никого нет, кроме мамы, а теперь и она пропала. Я просто хочу быть обычным шестиклассником, жить обычной жизнью…»

С тем же успехом он мог пожелать, чтобы папа был жив.

– Если мы будем держаться вместе, ничего плохого не случится, – сказала Натали, как будто догадалась, что Чез уже на грани. – Но даже у неё лицо было напряжённое, словно ей очень хотелось зажмуриться и сделать вид, что ничего не произошло. – Может, если мы выйдем на улицу, у меня заработает телефон. Иногда в домах бывают мёртвые зоны. Мама говорит, она часто с этим сталкивается, и иногда покупатели даже просят сделать скидку.

– Я бы не купил дом, где не работают мобильники! – согласился Финн.

«Не показывай Финну, как ты расстроен, – подумал Чез. – Не показывай Финну, как тебе страшно. Не показывай Финну, что ты растерян, что ничего не понимаешь».

– Иди первой, – сказал он и махнул рукой, как будто из вежливости позволял Натали и остальным пройти вперёд. На самом деле ему просто хотелось идти позади Финна и Эммы, чтобы они не видели его лица. Чтобы не приходилось сохранять маску уверенности, спокойствия и бодрости. Чез сомневался, что прямо сейчас на это способен.

Натали спустилась с выщербленного бетонного крыльца. Финн и Эмма шли следом, а Чез замыкал шествие. По короткой тропинке они дошли до чёрной подъездной дорожки; и тропинка, и дорожка были такими же неухоженными, как и крыльцо, – сквозь бетон виднелись камни и земля.

– Ну и помойка! – Натали на мгновение прикрыла рот ладонью, словно сказала что-то плохое. – То есть… ваш дом очень симпатичный, и другие дома на вашей улице тоже, и если этот дом стоит рядом, то страшно жаль, что хозяева довели его до такого состояния. Если вы будете продавать свой дом, то получите за него меньше.

– Мы не собираемся продавать свой дом, – заявила Эмма.

«О боже… а если мама не вернётся, нам что, ПРИДЁТСЯ продать дом? – подумал Чез. – И нас усыновит какая-то чужая семья? Может быть, даже порознь, и мы все окажемся в разных местах?» Чезу показалось, что кто-то сжал его внутренности в кулаке.

– Мама никому и ни за что не позволит продать наш дом! – сказал Финн таким тоном, словно даже предположить это было полной ерундой. – Мама…

И Чез вдруг увидел, как у Финна поникли плечи, словно его посетила жуткая мысль: а как мама сможет помешать кому-либо продать дом, если её здесь нет? Если она никогда не вернётся?

– Эй, Финн, – сказал Чез преувеличенно громко. – Как ты думаешь, сколько времени понадобилось, чтобы выстроить этот высоченный забор? По-твоему, его нарочно сделали из досок разного цвета? А ты бы тоже так поступил, если бы мы решили обнести забором наш дом?

– Я не люблю заборы, – угрюмо отозвался Финн. – За ними ничего не видно.

Чез догнал Финна и обнял его за плечи. Натали, шагавшая впереди, завернула за угол ближайшего забора и потянула за собой Эмму:

– Ты видишь что-нибудь знакомое?

– Э-э… – произнесла Эмма, поворачиваясь направо и налево.

Натали снова взглянула на экран.

– Ищи, ищи, ищи… – забормотала она.

Чез и Финн тоже вышли из-за угла. Чез мог бы поклясться, что на каждой улице в их районе есть тротуар… но здесь его не было. Он шагнул с потрескавшейся дорожки прямо на проезжую часть. И тут же покрепче ухватил Финна за плечо и посмотрел в обе стороны, нет ли машин.

– Осторожно! – предупредил он Натали, которая по-прежнему глядела на экран.

Она подняла голову, но Чез просто перестраховался. Машин не было. И людей тоже, не считая компании из пяти мальчиков, которые направлялись к ним.

Чез прищурился, надеясь увидеть знакомое лицо: тогда они узнают, что это за улица и как им вернуться домой… Но все эти парни выглядели как старшеклассники, у двоих даже пробивались усы. Все они были одеты в синее и оранжевое – как члены одной спортивной команды. И двигались с угрожающей развальцей, напомнив Чезу некоторых ребят, которых он старался избегать в школе – те всегда ходили кучками и подначивали других на драку, – с той лишь разницей, что у этих парней были заметные мускулы. Они выглядели так, как будто и вправду не отказались бы подраться, а не только попугать.

– Ничего им не говори, – шепнул он Финну. – Просто… – Что Чез знал об общении с недружелюбными старшими ребятами? Ничего. Он сглотнул. – Просто пускай они пройдут мимо.

Но тут парень, шедший впереди – самый высокий и мускулистый, – посмотрел в их сторону. Даже издалека Чез увидел на его лице удивление.

– Натали! – крикнул парень. – Натали Мэйхью! Это ты?!

– Ты его знаешь? – шёпотом спросил Чез.

Натали, прищурившись, посмотрела на парней.

– Кажется, нет, – ответила она, а затем, повысив голос, крикнула: – А, привет!

Парни подошли ближе.

– Ну да, это Натали, – удивлённо сказал тот, что шёл впереди – очевидно, вожак.

Как по команде, все пятеро остановились в нескольких шагах от Грейстоунов и Натали. Четверо за спиной у вожака сутулились, как обезьяны, и теперь, казалось, не угрожали, а просто валяли дурака и ожидали приказа.

– Да, это я, – ответила Натали, пожав плечами. – И что?

Чез ощутил странную гордость. Ну конечно. Это же Девочка с Накрашенными Губами, которая буквально правила всей начальной школой. Она способна не спасовать даже перед компанией каких-то глупых старшеклассников.

– Что ты здесь делаешь? – спросил вожак.

Натали взглянула на Эмму и Финна. Её взгляд коснулся и Чеза, отчего он сразу почувствовал себя ниже и младше.

– Присматриваю за детишками, – насмешливо ответила она.

Чезу показалось, что он младше Натали не на год, а лет на десять.

– ТЫ нянчишься с детишками?! – переспросил вожак, прищурившись. – Ты?!

Натали устремила на него такой испепеляющий взгляд, что он тоже как будто стал меньше ростом.

– Меня мать заставила, – произнесла она. – Ты ведь знаешь мою мать?

– Да-да, конечно, – торопливо сказал парень, стоящий за спиной у вожака.

Тот бросил на него недовольный взгляд, и парень замолчал.

– Я думал – может, ты помогаешь копам осматривать район, – сказал вожак. Он выпрямился и ещё сильнее выпятил мускулистую грудь. – Потому что… ну, сама знаешь. Именно здесь поймали преступницу. Ты же слышала новости?

– Какие новости? – осмелилась спросить Эмма.

Чез и восхищался её смелостью, и хотел упасть на колени перед вожаком: «Пожалуйста, не трогай мою сестрёнку. Пожалуйста, не надо. Она ничего не понимает. Она даже не видит, что вы шайка задир, и, скорее всего, вы на этой улице главные, и…»

Но вожак оживился, как будто ему и самому не терпелось рассказать:

– Ну не знаю, как об этом можно было не слышать. Я думал, ВСЕ знают. Везде висят объявления. Её вчера поймали. Представляете, она была в бегах и пряталась восемь лет. Но полицейские устроили ловушку. Они распространили слух, что её детей похитили – ну, может, их действительно похитили, я не в курсе. Короче, она приехала за ними, и – раз! Целая группа захвата ждала здесь, и вон там, и вон там… – Он ткнул пальцем в несколько мест на улице. – В субботу будет открытый суд, и ей вынесут приговор. Конечно, туда все пойдут.

Чез ощутил странное покалывание во всём теле – словно он вот-вот упадёт в обморок.

«Похищенные дети», – подумал он.

Значит, это правительство похитило тех детей из Аризоны? Или оно просто распустило слух, что их похитили?

И мама как-то с этим связана?

«Восемь лет… восемь лет назад – это когда умер папа…»

– А что… что… – запинаясь, выговорил он, потому что ему нужно было знать, что совершила эта преступница. Ещё Чез хотел спросить, как её зовут, – ведь тогда он бы окончательно убедился, что мама тут ни при чём, что она не имеет к случившемуся никакого отношения. Он не ХОТЕЛ, чтобы это было как-то связано с пропавшими в Аризоне детьми. Но прежде чем Чез успел сказать хоть что-то, за спиной раздался сердитый окрик:

– Натали Мария Мэйхью! Чем ты занята, скажи на милость?!

Глава 28

Финн

Финн повернулся на крик. На пороге дома, из которого они только что вышли, маячила чья-то фигура. Дверь была открыта.

– Госпожа Моралес! – крикнул он, устремляясь к ней. – Вы нашли нас! И открыли дверь!

Краем глаза он заметил, что парни, с которыми они разговаривали, пустились наутёк, словно испугались матери Натали. А может быть, они боялись всех взрослых.

«Взрослый человек! Мама Натали! Она всё уладит, – подумал Финн. – Ей было достаточно показаться, чтобы эти противные парни сбежали!»

Но лицо госпожи Моралес напоминало грозовую тучу:

– Натали! Я ведь просила тебя объяснить ребятам…

– Мама, перестань! – крикнула в ответ Натали. – Почему ты всегда считаешь, что это я виновата?

– Потому что я оставила тебя за старшую, – сказала госпожа Моралес. – Предполагалось, что вы зайдёте ТОЛЬКО в один дом – к Грейстоунам – и несколько минут поиграете с кошкой. И сообщите мне НЕМЕДЛЕННО, если возникнут какие-то проблемы. И вот проходит ПОЛЧАСА, и ты не отвечаешь на звонки, и никто не подходит к двери. Оказывается, ты повела детей по какому-то секретному туннелю и забралась в чужой дом, бог знает чей, и… апчхи! – Вид у неё сделался гораздо менее сердитый, когда за первым чихом последовало ещё шесть подряд.