Марат Жанпейсов – Под песками (страница 4)
Шерил удивленно смотрит на младшую сестру, вокруг которой привычная зона пустоты. Кэйлу обычно не приглашали на совещания, а если это и происходило, то она предпочитала отмалчиваться. Но сейчас будто копирует Игену Локрост, спокойно смотря поверх голов присутствующих.
«Вероятно, это Ирай её обучил этому. Возможно, тренировки с Тенью дали такой прогресс», — Шерил теперь смотрит на мать, так как именно она имеет самые тесные связи с орденом Предсвета.
Королева же глядит на вторую принцессу с задумчивым выражением лица, а потом кивает со словами:
— Хорошо, так и поступим. Я обсужу вопрос с магистром Дорантом. У почтенных Гримуаров есть, что добавить?
Клогги качает головой, а вот Амелла добавляет:
— Нам нужен беспрепятственный допуск во дворец, ваше величество. А также мы продолжим обучение всех тех, кем занимался Ирай до сегодняшних событий.
— Вы имеете в виду мою дочь?
— Обеих принцесс и Лекса Бронира.
— Хорошо, я не против. Любовь моя, а ты что думаешь? — Игена смотрит на супруга, который сидит мрачнее тучи.
— Ладно, занимайтесь, хотя мне это не нравится.
На этом совещание завершено, но присутствующие не догадываются, что в зале было на одного человека больше. Точнее, тело наблюдателя на соседнем материке, но сила разума настолько великая, что может покрывать огромные расстояния, чтобы смотреть глазами чужого человека, который несет волю магистра культа даже не осознавая этого.
Салим Гаш-Арат восседает на мягких подушках в роскошном дворце халифа в баладе Аль-Мишот на Ак-Треносе. Постепенно вечерняя прохлада проникает сквозь открытые окна и раздувает шелковые занавеси. Старик с огрубевшей морщинистой кожей гладит белую бороду, а потом делает глоток нукрама, местного традиционного напитка, обладающего мягким наркотическим эффектом.
Желтеющие от старости глаза рассеянно смотрят в неведомые дали, но на пороге старости и неизбежной смерти находится только тело. Разум напротив с каждым прожитым годом становился сильнее и совершеннее, накапливая опыт и навыки. Магистр культа Поветрия раздумывает об определенных вещах, ведь на нем лежит ответственность за успех всего предприятия с Поветрием.
Двуединство не устроит никакой другой результат, кроме однозначного успеха, и Салим Гаш-Арат обязан будет его предоставить. В просторной комнате никого нет, покой главного мудреца и визиря халифа никто не посмеет нарушить. Но несмотря на то это, человек окружен огромным количеством духов пустыни, они шепчут тайные послания с громкостью пересыпающегося песка, они скользят невидимыми руками по халату и показывают на образы, которые нужно учесть в великой игре.
Да, Салим считает себя великим игроком. Он проделал огромный путь от бедного погонщика верблюдов до статуса визиря, став вторым лицом в баладе, как здесь называют королевства. А если копнуть глубже, то он влиятельнее даже халифа, ведь к его советам правитель неизменно прислушивается. Поветрие кардинально изменило его судьбу полвека назад, когда духи пустыни окружили умирающего мальчика.
А теперь было интересно увидеть нечто похожее на материке Витро. Королевство Моунцвель магистр не рассматривал как серьезного противника, но и там появился советник, который начал рушить один план за другим. Если так и продолжится, то в Моунцвеле скоро появится свой Салим Гаш-Арат с алыми волосами.
Еще один глоток из чашки растекается приятным теплом по животу и мыслями, а потом мана в теле приходит в движение, повинуясь имени навыка из Языковой Системы.
—
Стоило словам отзвучать, как мир исполняет требование и вызывает навык, который Салим получил не так давно. Магистр — один из тех, кто помимо короля Друксау и еще одного человека получил в дар неожиданный навык. Без какой-либо платы, да еще и невероятного уровня.
«Всевидящее око Менасиуса»
———
Ранг: Ω (3 слова)
Навык-наследник самого сильного божества. Менасиус мог пронзить взглядом мироздание и даже подчинить себе судьбу. Мало что могло укрыться от его взора, так что остается загадкой, знал ли он заранее о своей гибели?
Над головой Салима появляется водоворот голубой магической энергии. Или уже зеленой или красной. Аномалия постоянно меняет цвета, а потом смешивается в краски, которые человеческий взгляд осознать не может. И внутри водоворота открывается око, с помощью которого действительно можно увидеть многое. Салим не может увидеть всю Розу Доменов, как по слухам делал Менасиус, но все равно это оружие невероятной силы.
Сейчас старик концентрируется на том, чтобы получить знание, обнаружить уязвимое место и воспользоваться этим. В памяти снова встает воспоминание встречи в тронном зале дворца Винкарто, куда пришли две девушки.
«Гримуар Разума. Было неожиданно встретить его там. Этот Гнисир Айтен словно знал, где искать. А еще Гримуар Хаоса, который сумел обмануть представительство культа на Витро, а на самом деле работал на того же человека. Даже я такого не ожидал, хотя по слухам Клогги является олицетворением хаоса и может менять мнение и настроение хоть по сто раз на дню. Это серьезные препятствия, но Гримуары не могут по собственной воле атаковать культ», — размышляет Салим, пока навык пронзает толщу событий, связей и слов, чтобы показать черную булаву, опутанную цепями.
«Это волшебное оружие короля Друксау, но зачем они его забрали?» — мысленно задает вопрос визирь, и навык показывает биение сердца исковерканной души внутри оружия, а потом демонстрирует красноволосого человека.
«Понятно. Гнисиру Айтену было нужно это оружие. Это кто-то для него близкий? Получается, Курганный Вой тоже был одним из тех?».
Навык демонстрирует последние минуты жизни главного чудовища Моунцвеля. Тогда культ пытался его подчинить себе, но Гнисир Айтен оборвал жизнь. Навык показывает, что они действительно знали друг друга, поэтому Курганный Вой не стал защищаться от смертельного удара.
«Хорошо. Откуда они?».
Возникает образ материка Аррель. Гремит Поветрие топотом полчищ демонов и грозами сверхъестественной природы. И там выживает тот самый человек вместе с товарищами, которых после забрал Ифрат и насильно превратил в чудовищ.
«Значит, Гнисир Айтен — душелишенный и тот самый Злослов, которого культ пытался отыскать несколько десятилетий назад. Почему он выглядит так молодо?» — продолжает вопрошать Салим.
Появляется видение города Агориш на материке Арген. Там пять месяцев назад возникла временная аномалия, которая привлекла внимание многих, но никто не смог понять причину этого. Навык пытается соединить образы, видя прошлое мира, но не может этого сделать, натолкнувшись на барьер с символом стрелы, пронзающей полусферу. Руна ярко пылает звездным светом во тьме, демонстрируя, что прошлое Агориша защищено от подобных исследований Доменом Космоса.
«Домен Космоса, значит, тоже замешан. Понятно», — Салим чувствует головокружение, боль накапливается в теле и усиливается с каждой секундой. Его тело просто не может долго использовать этот навык без вреда для здоровья. Старик понимает, что нужно спешить, сил осталось на последний вопрос.
«Покажи одного из тех, кого ищет Гнисир Айтен, и кто находится в пределах моей власти».
В Черной пустыне, в самом центре материка Ак-Тренос, есть руины старинного города давно исчезнувшего государства. И там живет один из товарищей названного человека. И на этом приходится завершить работу навыка.
Салим Гаш-Арат лежит на подушках и тяжело дышит, стремясь успокоить бешено стучащее сердце. Но на лице все равно улыбка, и духи пустыни вокруг тоже улыбаются, наполняясь аурой кровожадности.
«Они хотят приманить меня приходом Асмоделя Белокостного, но раз я это знаю, то на ловушку не клюну. Напротив, я сам отправлю их в ловушку, сообщив Гнисиру Айтену о том, где находится один из тех, кого он ищет. Он обязательно откликнется на зов и придет в место, где моя власть почти абсолютна», — старик с трудом поднимается и выходит на балкон, чтобы окинуть Мель-Анолар взглядом.
Столица Аль-Мишота очень богата, и тысячи домов расходятся во все стороны домами из песчаника, а на севере спрятана Черная пустыня, где песок действительно почернел. Её окружает Красная пустыня с багровыми камнями, а еще ближе к краям материка самая обычная. За столетия пустыня наседает на Ак-Тренос и ничто не может остановить её. Но Поветрию все равно, так как однозначно весь мир превратится в одну огромную пустыню.
«Это непременно случится, и духи пустыни отпразднуют бурями победу», — Салим Гаш-Арат вдыхает теплый воздух, исполняя ежедневный ритуал поклонения неумолимому песчаному року.
Глава 3
Ирай парит в огромной темноте, где не получается ничего увидеть. Физического тела здесь не существует, так что кажется, что просто пришел особый сон. Необъятная темная бесконечность наполняет мысли и пространство, здесь не встретить жизни или хоть что-то имеющее форму. Это переходный этап, некое чистилище для душелишенного.
Каждый житель Арреля бывал здесь хотя бы один раз, и Гнисир не является исключением. Когда-то здесь можно было встретить собственную душу, яркий источник света в непроглядном мраке, но с каждой смертью он становится глуше, так как взамен на воскрешение Ифрат забирал с собой часть души, пока от нее не оставалось ничего. После этого несчастный утрачивал собственную личность, и это именно то, что страшит Ирая до сих пор.