Марат Валеев – Зеленый луч (страница 8)

В те времена, когда Украина силами своей армии пыталась усмирить Донбасс, а получила ряд позорных поражений и окружений на свою голову, после которых попросила перемирия, которое соблюдала весьма слабо, в ясный, жаркий, но относительно тихий летний день 2015 года двое рядовых украинской армии, Наливайко и Выпивайко, которых за глаза, а начальники и в глаза, называли то Дранкель и Жранкель, то Качала и Шатала, то Бандитто и Гангстеритто, бездельничали в неглубоком тылу и радовались, что, по крайней мере ,пока их не посылают на саму войну в Донбасс.

Оба солдата, хоть и не побыли ни дня на войне, но вдоволь насмотрелись на отступающих и раненых коллег, и рассказы их ничуть не внушали оптимизма, а желания сражаться у этой парочки не было никогда. Сегодня они уже вдоволь поналивали, повыпивали и позакусывали, удачно продав кое-что из имущества части и пару канистр бензина, и теперь, возвращались из деревеньки, думая, как бы не попасть на глаза начальству, но это им не удалось.

Только они повернули за угол казармы, как напоролись на сержанта Пучеглаза, который немедленно выпучил на них глаза и заорал, расставив ноги и уперев руки в боки:

– Стоять! Оба ко мне! Вы где шляетесь, идиоты! Тут война идет, а вы только и делаете, что пьете и гуляете неизвестно где! Быстро собрались и пошли.

Оба солдата сначала слушали начальство, не дыша, чтобы не обдать ненароком сержанта винными парами, но потом до них донесся аромат крепкой горилки, принятой сержантом в обед, и они с облегчением выдохнули, но нюх сержанта не подвел.

– Вы еще и пьяные! – Сержант наклонился к ним, они откачнулись назад, но теперь отступать было некуда. – Уже нажрались! Хватит без толку шляться! Быстро собрались, взяли машину и на станцию. Привезли новое оружие, разгружать с осторожностью. У-у! – Он протянул руку и подергал Наливайко за расстегнутый воротник. – Форму поправь! – Выпивайко немедленно застегнул куртку. – Сапоги почистить, там иностранцы. Дышать мне там через раз!

На этом наставления закончились, и Пучеглаз пошел в штаб, ругаясь и размахивая руками. Наливайко и Выпивайко переглянулись – гроза миновала, однако теперь надо было выполнять приказ. И они поплелись в гараж.

* * *

На станции тем временем царила весьма торжественная обстановка. На платформе у стоящего поезда под флагами Украины, Европы, Америки, Британии и Австралии был накрыт щедрый стол, содержание которого порадовало бы ехавших сюда по кочкам на машине двоих знакомых нам украинских солдат.

Присутствовавшие уже успели отведать все, что стояло на этом столе, и теперь перешли непосредственно к подаркам.

После занявшей около получаса запутанной пространной речи о единстве западной цивилизации перед лицом русской опасности, которую присутствовавшие слушали стоя, томясь под солнцепеком, после прослушивания всех гимнов (в этот момент к собравшимся присоединились Наливайко и Выпивайко, предусмотрительно встав подальше, чтобы не доносить свой запах до аромата благородных вин) наступила торжественная минута.

В тот момент, когда прибывшие солдаты, слегка качаясь от ранее выпитого, стояли навытяжку, держа ладони у виска, высокий гость из Австралии произнес:

– Мы передаем вашей героической стране оружие, разработанное нами в содружестве с британскими учеными. Это плод длительных изысканий, проб и ошибок, результат многих поисков и трудов. Примите его с благодарностью, и надеемся, оно поможет вам в вашей трудной борьбе.

Полковник украинской армии, слушавший его, был куда трезвее Наливайко и Выпивайко, однако когда австралийские солдаты открыли дверь вагона, подумал, что жара вкупе с выпивкой плохо на него повлияли, поэтому он посмотрел внутрь вагона еще раз, пристально взглянул на австралийца и неуверенно спросил:

– Это что?

Улыбающийся австралиец с охотой пояснил:

– Это выведенный нами новый образец солдата. Он отлично бегает, вынослив, питается подножным кормом, легко переносит жару и жажду, понимает несколько языков, способен переносить ряд вооружений и отлично чует мины. Имя его – Джамперс, звание – рядовой. Помните, кенгуру идет только вперед! Поэтому он удостоен чести присутствовать на гербе нашей державы. Прекрасный пример для ваших солдат!

Тот, о ком это говорили, успел за время, пока звучали слова, отдать честь, подскочить на месте несколько раз, откусить солому, покивать головой, показать мускулы и еще раз отдать честь.

Украинец, однако, все не мог прийти в себя. Его можно понять, ибо тот, о ком говорили, был… кенгуру. Но не простым кенгуру, а продуктом долгой научной работы по созданию нового солдата. Даже сейчас он был одет в бронежилет и каску, на которых было крупно написано его имя.

При всех перечисленных достоинствах у него был важный недостаток: он не мог нападать и вообще был пуглив. То, что он был умен, помогало ему немного, ведь кенгуру не участвуют в викторинах, а еще он любил свою маму и другую кенгуру – Дженни, с которой познакомился в научном центре. У нее были прекрасные ноги, большие глаза, и она замечательно умела шевелить ушами.

– Рядовой, – печально произнес полковник. Ему все еще казалось, что над ним издеваются. – Ага.

Но тут он вспомнил, о приказе радоваться любой помощи союзников и кинулся обнимать австралийца:

– Да! Спасибо вам, дорогие союзники! Спасибо!

Он с силой схватил руку австралийца и начал трясти ее, пока гость не вырвал заболевшую ладонь.

Полковник повернулся к машине. Наливайко и Выпивайко подскочили и замерли, прижав ладони к головам и пожирая начальство глазами. Снова они попали под горячую руку.

– Ко мне шагом марш!

После этого грозного крика рядовые лихо рванули с места почти парадным шагом, причем левая нога Наливайко шагала с правой ногой Выпивайко. Впрочем, полковник внимания на это не обратил.

Когда солдаты дошагали до полковника, подняв тучу пыли, тот оглядел их, еще более ухудшив себе настроение. Он повел носом, сразу уловив запах браги и сала, покосился в сторону союзников, и махнул рукой в сторону вагона с рядовым Джамперсом.

– Принимайте. Доставить в расположение.

Больше он ничего про это знать не хотел.

Австралиец же подумал: «Наконец мы от него избавились!»

* * *

Когда Наливайко и Выпивайко приехали в часть, Пучеглаз выпучил глаза на торчащего из кузова пикапа Джамперса, упер руки в боки и заорал:

– Вы что, опять нажрались и зоопарк ограбили?! Оружие где?

– Господин сержант, мы ни при чем… – начал оправдываться Наливайко.

– Молчать! Отвечайте оба!

– Господин сержант, это вот и есть оно, оружие, значит…– сказал Выпивайко, протягивая Пучеглазу бумагу.

– Оба на гауптвахту, бумаги сюда! – Пучеглаз вырвал бумагу из руки рядового. – Разберемся еще, где вы были.

– Нам полковник приказал, – подал голос Наливайко…

– Хватит врать! Шагом марш отсюда!

Они уныло пошли на гауптвахту, но не прошли и десяти шагов, как сзади раздалось:

– Стоять, идиоты! Оба ко мне.

Джамперс слушал это все и никак не мог понять, в чем проблемы этих людей и зачем так кричать? Вообще кататься в машинах он не любил, куда веселее было нестись вольными прыжками, легко отталкиваясь от твердой земли, когда ветер обдувал тело. Сейчас его растрясло в машине, и он вылез из кузова, потянулся, осмотрелся, попробовал траву, – на вкус она была неплоха, а вот одна толстая высокая штуковина неприятно обожгла язык, и он ее выплюнул.

Пока он все это делал, Пучеглаз продолжал орать:

– Так вы что, скотину эту, что ли, получили?

Джамперс обиженно обернулся – он не считал себя скотиной, но ничего не сказал, потому что, во-первых, был рядовым, а во-вторых, говорить не мог, поэтому он только обиженно хмыкнул.

– Зверюгу эту сюда разгружайте.

Наливайко и Выпивайко кинулись выполнять приказ, но Джамперс, который уже и так слез с машины, поклонился и тому и другому, потом сержанту, поправил каску и вытащил из кузова мешок со спецкормом.

– Дывысь, Михась, да он дрессированный, – ошеломленно проговорил Наливайко, не сводя с Джамперса глаз.

– Ага. Як в цирке, – ответил Выпивайко, принимая мешок у Джамперса.

– Ладно, – закончил Пучеглаз, – на довольствие принять. Смотрите, чтоб не сдох. Головы откручу, если что.

Все трое рядовых лихо отдали честь, развернулись кругом, и Джамперс подсек Наливайко хвостом. Наливайко еле встал, отряхнулся, и только тогда они двинулись к казарме. Пучеглаз еще раз глянул на кенгуру, идущего между двумя его солдатами, вытер пот со лба и добавил: – Да шоб я сдох! Кенгуру из цирка прислали.

* * *

Целую неделю жизнь Джамперса была пуста, как мыльный пузырь. Или как мешок для его спецкорма, который закончился через три дня. Он нюхал цветы, вдыхал жаркий свежий воздух, всячески отвергал попытки его оседлать, чтоб прокатиться, а Наливайко и Выпивайко занимались заготовкой травы для него, чему он был только рад, так как местной флоры не знал. Овсянку он тоже ел, но исключительно на молоке и сливочном масле, а вот кошачий и собачий корм ему не понравился.

Что с ним делать, так никто и не придумал. Иногда он пробегал по полям и дорогам, чтобы не набирать лишний вес. Так и продолжалось это его безделье, пока в часть снова не прикатил тот самый полковник. Как и всегда, он был недоволен. Причина недовольства была проста: снова приезжали союзники, и их надо было хорошенько встретить.