Марат Кабиров – Имя твоего ангела (СИ) (страница 44)

— Нет, ты не кричал… Только очень ворочался. Как будто сбрасывал с себя каких-то жуков. Я тебя, дорогой, люблю. На выпей воды.

Михаил залпом выпил воду. Но вдруг его охватило сомнение.

Ему показалось, что на дне стакана он увидел навозного жука… Он, вроде, видел его в начале. Но жажда была сильной. Поэтому не смог сдержаться. Выпил. Сейчас он опять посмотрел на стакан. Он был пуст. Следовательно… Следовательно, он выпил вместе с жуком. В то же мгновение ему показалось, что у него внутри жук шевелится.

Навозный жук щекотал его желудок. Михаилу стало дурно. Он вскочил и, чуть не сбив Анну, бросился в один из углов комнаты. Его рвало. Показалось, что наружу вырвалась вся грязь, что была у него внутри. Рвота не давала ему дышать. На глаза Михаила навернулись слезы, голова кружилась, казалось, что у него выворачивает весь желудок.

Анна попыталась было ему помочь, но чуть не вырвала сама, поэтому отошла и встала неподалеку. Комната пропахла зловонием.

Анна перевязала рот полотенцем. Налила в стакан еще воды.

Многовато лекарств выпил Михаил. Это было результатом того. Со стаканом с водой подошла к мужу.

— Дорогой, выпей воды…

Михаил на мгновение поднял голову и посмотрел. Глаза его окосели. Испугавшись, Анна отпрянула назад и протянула стакан мужу. Михаил взял его, поднес к окну и долго рассматривал на свет.

Не увидел ничего подозрительного. Он выпил. Оставив половину, протер уголки рта водой. Анна протянула ему полотенце. Вроде все прошло. Она уложила Михаила и начала убирать с пола.

Ее несколько тошнило. Ей было неудобно. Казалось, что муж заметит ее состояние и усомнится в ее чувствах. Но чистить рвоту — дело нелегкое.

— Дорогая, — простонал Михаил. — Не мучайся, сейчас немного отдохну и сам почищу. Сам все сделаю, дорогая.

— Ладно, — сказала Анна, — кончаю уже, только ты лежи спокойно, не болей больше.

Михаил встал и подошел к Анне:

— Давай я сам…

— Нет, дорогой, ложись, тебе нужно лежать.

Михаил хотел было взяться за дело, но покачнулся.

— Иди, дорогой, полежи, — сказала ему Анна с нежностью, — я сейчас приду.

— Спасибо тебе, Анна, — Михаил пошел и лег.

Помыв пол, Анна с ведром пошла в коридор. Вылила ведро в туалет, затем помыла руки, лицо. В это мгновение она совершенно забыла про призрак. По дороге ей никто не встретился, во всяком случае, она ни на что не обратила внимания. Казалось, она даже забыла, где находится. Она думала только о Михаиле. Лишь бы он был здоров, а остальное — пустяк.

Войдя в комнату, сразу посмотрела на кровать, где лежал муж.

Михаил всхлипывал, уткнувшись в подушку. Анна, подойдя к нему, обняла его за плечи. Михаил плакал навзрыд, словно маленький ребенок.

— Что случилось, дорогой?

Михаил не ответил. Через некоторое время он прижал к лицу ладони жены и начал говорить:

— И почему ты не встретилась мне раньше? Если бы мы были с тобой, все могло бы быть иначе… Единственная моя…

Единственная…

— И сейчас не поздно, — сказала Анна, стараясь его утешить. — Мы будем самыми счастливыми.

— Нам нужно уехать из этого острова, — сказал Михаил, не в силах удержать своих слез. — Но мы не можем уехать. А остров делает свое. Если не уедем с острова, у нас нет будущего.

— Уедем, дорогой, — сказала Анна, — завтра с рассветом приедет теплоход.

— Приехал бы, но я не верю, дорогая… Не верю, что мы сможем вырваться с этого острова…. Мы останемся здесь навсегда. Эх, почему мы не встретились с тобой пораньше? Если бы были вместе с тобой, все было бы иначе….

— Успокойся, дорогой…

— Нет, Анна, я не могу успокоиться… Ты ведь меня еще не знаешь… Ты не знаешь, кто я… Эх, Анна, Анна…

Он попытался резко встать, но не смог. Остался сидеть. Хотя даже в этом положении его качало, и он был вынужден снова лечь.

Какое-то время он лежал без движения. Затем слабыми руками нашел ладони Анны.

— Дорогой, отдохни…

— Анна, — еле слышно прошептал Михаил, — у меня совершенно нет сил.

— Отдыхай дорогой, и силы появятся.

— Анна нужно выбираться с этого острова. Скажи всем, надо немедленно уходить отсюда.

— Хорошо, дорогой, хорошо…

— Анна… Я… знаю… — Михаил резко замолчал. Он лежал без движения. Казалось, он даже не дышит. Анна, испугавшись, наблюдала за ним, прислушивалась к биению его сердца. Михаил заснул. Женщина еще какое-то время наблюдала за ним. Муж спал, ровно дыша. И Анна успокоилась. Неожиданно зашевелился ребенок, и она пошла к нему…

— Я не могу понять одного, — голос Айгуль уже не дрожал, — зачем им это нужно? Если присмотреться, вроде и не шутники. Себя познакомил, назвавшись Андреем Николаевичем, по отчеству… И вдруг…

Радик только покачал головой:

— Не знаю.

— Если бы это случилось в летнем лагере для детей, я бы даже не удивилась. — Айгуль развязала мешок и опять потянулась к костюму призрака. — Но Андрей Николаевич и Ольга…

— Возможно, и они шутники, — улыбнулся Радик. — Да и на теплоходе, чтобы не скучали, он все сказки рассказывал. Вот и здесь чего придумали. Если бы их не было, мы бы дремали по дороге и здесь тоже, разбежавшись по комнатам, опять бы ушли в сон. А так… Есть о чем потом вспомнить. А Андрей Николаевич — много путешествовал, знает, как провести время.

— Папа, — Айгуль вытащила костюм призрака, — ты, действительно, так думаешь?

Радик не ответил. Он, естественно, не думал так. Он слышал, как ругались Андрей Николаевич и Ольга, когда не нашли мешок на втором этаже. Они, конечно, не кричали. Но даже в их шепоте было столько злости, что можно было высушить корни вербы. А если бы все было шуткой, так бы не ругались. Следовательно, есть какая-то причина в том, что они должны напугать тех, кто прибыл на этот остров. И это не делалось наспех. Если все не продумать заранее, нельзя все сделать так чисто. Взять хотя бы этот костюм, как тщательно он продуман. Даже зная, что это только костюм, чего-то боишься. Кажется, что он сейчас оживет и станет настоящим призраком. Уже на теплоходе Андрей Николаевич рассказывал страшные истории. Следовательно и история про Кали — это подготовка к ночным сегодняшним событиям. Но Радик не захотел пугать дочь этими своими домыслами. А настроение у Айгуль было приподнятое.

Может и мне пройтись в этом одеянии по коридору, — сказала она, накинув на себя это платье, — смотри, как мне идет.

— Хватит, — Радик посмотрел на дочь и испугался, — сними это платье. Может оно какое-то заколдованное.

Айгуль одела платье, застегнула на нем все пуговицы и протянула руки вперед:

— Я призрак, я пришла напугать вас!

Радик и сам не заметил, как отпрянул назад. В этой одежде, казалось, была какая — то устрашающая сила. К тому же и голос Айгуль изменился, стал каким-то холодным.

— Я пришла прогнать вас с этого острова, — прошептала она, этот остров мой.

— Хватит, — повторил Радик, ты меня пугаешь.

Айгуль засмеялась и направилась к двери.

— Я вас так напугаю! Я вас заставлю…

Она шептала это леденящим голосом и вдруг резко остановилась. Дверь комнаты отворилась. В нее вошла какая-то женщина и на мгновение остолбенела.

— Мамочки, — прошептала вошедшая, не веря своим глазам, — Боже ты мой!

И резко закричала. Радик и без того боялся, как бы кто не зашел.

Он тут же пришел в себя и закрыл руками рот испуганной женщины.

— Лена, ради бога, упокойтесь и не кричите, — прошептал он на ухо женщины. — Не надо поднимать шума и пугать других. Я сейчас Вам все объясню.

Испуганная неожиданным поворотом событий Айгуль скинула платье прямо перед глазами этой женщины. От удивления глаза Лены полезли на лоб.

— Когда всех напугал призрак, я поднялся на второй этаж, — сказал Радик, не убирая рук со рта женщины. — И увидел у лестницы высунувшийся из мешка и блестящий этот костюм. Это всего лишь одежда. Вы уже не боитесь?

Женщина кивнула. Радик отпустил ее.

— Значит, нас напугал человек? — сказала Лена. — Значит, призрака нет?