Марат Чернов – Субстанция (страница 8)

– Во мне – ничего, – ответил библиотекарь. – Опасность в этом городе.

– Прости, – проговорил незнакомец и сладострастно улыбнулся, – но я должен причинить тебе боль.

Однако он не успел и двинуться с места, как вдруг его ноги сами оторвались от земли, и незнакомец отлетел далеко в сторону, подмяв под собой несколько дюжих солдат из толпы. Один из бандитов неожиданно развернулся, будто кто-то управлял им, как манекеном, и принялся расстреливать толпу из автомата. Судя по испуганному выражению его лица, он и сам не понимал, как это произошло. Этот бедняга (или, что вернее всего, тот невидимка, который держал его палец на спусковом крючке) стрелял до тех пор, пока в магазине автомата не закончились патроны. Затем и его самого отшвырнуло вслед за незнакомцем в плаще, и Матвей услышал зловещий смех Якова.

На площади началась паника, все разбегались, кто куда.

Стараясь не столкнуться с кем-нибудь из перепуганных мародёров, Уланов бросился к своей библиотеке. Позади он то и дело слышал хлюпающие по лужам шаги, – это Яков неотступно следовал за ним по пятам, готовый отразить любой новый удар со стороны захватчиков в камуфляже. Под дождём был виден его полупрозрачный размытый силуэт, напоминавший гигантскую медузу, но это скорее отпугивало, чем привлекало паникующих чужаков.

Вертолёт по-прежнему кружил над городом, словно огромный стервятник, высматривающий добычу.

– Он следит за тобой сверху, – донёсся до Матвея голос Якова.

– Знаю. И что?

– Будь осторожен!

В ответ Матвей усмехнулся:

– Если бы капитан хотел, он давно расстрелял бы меня сверху из пулемётов. Нет, у него другие планы. Яков, мне нужна рация.

– Сию минуту.

Не прошло и нескольких минут, как Матвей увидел ручную рацию, проплывшую по воздуху, будто крошечный НЛО и опустившуюся прямо на ладонь Уланова.

– Это рация того типа в плаще, – сообщил Невидимка.

«Отлично, – подумал Матвей. – Прямая связь с капитаном».

Он нажал кнопку приёма и прокричал сквозь завывание ветра:

– Капитан Федотов! Как слышно? Приём!

В ответ сквозь шум помех из динамика донеслось:

– Уходим из города! Здесь больше нечего искать. Всё понятно?

– Скатертью дорога, капитан, – со смехом прокричал в микрофон Уланов. – Прощайте!

– Кто говорит? – рявкнул Федотов. – Это ты, Матвей?! Прекрасно!.. Мы уходим, твоя взяла, чернокнижник, но перед этим я подорву ваше бесовское логово. Беги к своей библиотеке, если хочешь ещё её увидеть!

Связь прервалась. Матвей отшвырнул рацию и ускорил шаг. До библиотеки оставалось рукой подать. Когда наконец он увидел знакомую постройку с башней, его охватили самые тревожные предчувствия. Напротив библиотеки стояла БМП, и ствол её орудия был направлен прямо на деревянную постройку.

Матвей застыл, как вкопанный, – вряд ли он смог бы что-то сделать в течение тех считанных мгновений, что оставались до катастрофы. Неожиданно орудие боевой машины разорвалось оглушительным залпом, и шаткое строение библиотеки разлетелось во все стороны вихрем огня, пепла и пылающих обломков. Десятки, сотни книг были охвачены огнём и в один миг превратились в огромный жаркий костёр.

Военный вертолёт, казалось, с триумфом проплыл над пепелищем и скрылся в полумраке за завесой стихающего дождя, дыма и мокрого пепла. Жалкие остатки армии мародёров покидали город Невидимок столь же поспешно, как его оставляли последние лучи заходящего солнца.

Матвей стоял на месте и отрешённо смотрел на пожар до тех пор, пока языки пламени не уменьшились настолько, чтобы по обгоревшим развалинам здания можно было пройти без особого риска для жизни. Затем он шагнул в самую груду почерневших обломков и, нащупав под ними массивную железную рукоять, ухватился за неё обоими руками и со всех сил потянул на себя.

Поднимая скрытый под обгоревшими досками тяжёлый люк, ведущий в подвал, Матвей почти не чувствовал боли, сжигая ладони об раскалённую рукоять. И он совсем забыл о ней, когда перед ним, словно вход в пещеру Сим-Сим, открылся проём, достаточный, чтобы сквозь него могла пройти небольшая машина.

Матвей чувствовал как никогда, что теперь он должен торопиться, потому что настало время вступить в открытый бой.

Он шагнул вглубь подвала, где было темно, как на дне колодца и, держась за стены, осторожно спустился вниз. Свет с трудом пробивался сюда, и Матвею пришлось, руководствуясь каким-то почти интуитивным чувством, словно внутри у него что-то переключилось на новый режим, на ощупь, однако, со всей уверенностью сделать то, на что его подтолкнули события этого бурного, полного опасностей дня.

Матвей прекрасно запомнил чертежи машины, о которой было упомянуто в рукописи её последнего владельца. Эта машина перешла к нему по наследству, но он ни разу в жизни не решился подойти к ней близко или хотя бы увидеть её воочию, страшась искушения её завести и тех ужасов, которые, определённо, могло за собой это повлечь. И хотя он точно не знал, так ли это, но подсознательно был убеждён в правоте собственных опасений.

Однако теперь всё изменилось, и Матвей припомнил все навыки вождения, какие у него имелись. Представить себе более старомодную, безнадёжно устаревшую модель было бы крайне сложно, и Уланов подивился тому, как только она не рассыпалась в труху при его прикосновении. Но, на удивление, машина всё еще была цела. Матвей устроился на водительском сиденье и взялся за её мотоциклетные поручни. На приборной доске лежал толстый слой пыли, скрывая круглые циферблаты датчиков. Уланов без труда нащупал вставленный в гнездо ключ зажигания и завёл мотор так уверенно, как будто всегда умел запросто это делать.

Луч света от передней фары осветил ему путь, и, отжав газ, Матвей под довольно крутым углом выправил машину через проём подвала наверх. Она с каким-то звериным рёвом остановилась перед дымящимися развалинами, словно нехотя подчинившись воле своего нового хозяина, и теперь библиотекарь смог оценить все «прелести» её конструкции.

Сложно было сказать, когда она была создана неизвестным конструктором, так же как и то, для чего именно машина была изначально разработана, но чтобы понять хотя бы малую долю её предназначения, Уланову пришлось поднапрячь память и припомнить руководство по применению данного средства передвижения, почерпнутое некогда из таинственной рукописи.

И вожделенные знания об этом вернулись, словно дежа-вю.

С виду машина более всего напоминала «Кентавр», полугусеничный тягач, изобретённый в начале двадцатого века на заре наиболее разрушительных войн. Этот полумотоцикл-полутрактор нёс на себе тяжесть орудия, схожего с устаревшим миномётом, «суррогатом артиллерии», созданном, возможно, даже много раньше, чем сама машина. Но это были ещё далеко не все секреты боевого тягача. Уланов стёр ладонью пыль с приборной панели и не без изумления прочитал надписи над циферблатами.

Стальная табличка над одним из них гласила:

«ВО ВРЕМЕНИ НАЗАД», над вторым —

«ВО ВРЕМЕНИ ВПЕРЁД».

Выпуклый стеклянный индикатор, отливавший тёмно-синим цветом на приборной доске, носил краткое, но исчерпывающее наименование:

«ДЕМОН».

Очевидно, в этом и заключались все технические характеристики машины. Но и этого Матвею было более чем достаточно.

– Во времени – назад! – затаив дыхание, прошептал Уланов.

Свет от фары тягача рассеивал сумерки, окутывавшие город. Мотор «Кентавра» угрожающе зарокотал, словно машина спешила сорваться в темноту. Матвей снова внимательно осмотрел приборную панель и заметил два рычага со стрелками, указывавшими вверх и вниз. Он взялся за рычаг со стрелкой «вниз» и оттянул на себя. Взявшись за поручни мотоциклетного руля, отжал газ и машина, громогласно взревев, двинулась с места.

Вначале Матвей не понял, как случилось так, что свет фары тягача начал меркнуть и гаснуть, сливаясь с туманной дымкой, постепенно окутывавшей город Невидимок. Но позже он сообразил, что таким образом в городок возвращался свет уходящего дня; по крышам домов с прежней силой забарабанил дождь, и по улицам пронеслись крики мародёров и шум их боевых машин. Стрелка на соответствующем циферблате приборной доски неумолимо отсчитывала деления, отмечая минуты, возвращавшие Уланова во времени.

Мимо тягача Матвея пронеслась БМП, при этом, ему показалось, что она промелькнула в направлении, противоположном от его библиотеки, причём, задом наперёд. Над городом проплыла сумрачная тень – вертолёт Федотова, вернувшийся к месту недавних событий. И вообще, всё вокруг двигалось в обратную сторону, пока Матвей не остановил тягач и не отжал рычаг в исходное положение.

Только тогда всё двинулось, как всегда, по всем законам физики вперёд, повинуясь естественному ходу времени. Мимо снова промчалась БМП, однако с явным намерением вернуться к библиотеке, успевшей восстановиться во всей своей прежней стати.

Нужно было действовать быстро, и Матвей бросился к миномёту, установленному на прицепе позади тягача. Мины длиной около полуметра в форме веретена с «оперением», напоминающие связку диковинных стрел, были сложены тут же у миномета – всего их было пять. На секунду Матвей застыл в растерянности, ведь он имел дело с подобным орудием впервые. Однако в рукописи содержалась руководство не только по управлению тягачом, но и миномётом, в котором не было ничего сложного, ведь у этого орудия не было затвора. Всё было предельно упрощено, и стоило Матвею опустить мину в дуло хвостом вниз, как внутри раздался громкий хлопок взорвавшегося пороха, и снаряд выкинуло ввысь. Мина не достигла той цели, что следовало, разнеся в щепки один из ближайших пустующих домов, но БМП резко встала на месте, и наводчик развернул башню с дулом по направлению к Уланову. Библиотекарь слегка изменил направление ствола миномёта, и следующая мина разорвалась уже немного ближе к БМП. Наводчик дал ответный залп по библиотекарю, но, к счастью, промахнулся. Уланов воспользовался этой ошибкой, отдавая себе отчёт, что второго шанса у него может уже не быть. Прикинув точную траекторию полёта мины, он навёл ствол своего орудия, и третьим прицельным снарядом башню машины пехоты снесло чисто, как по маслу. Устаревшие мины оказались нереально разрушительными по своей мощи.