Мара Вульф – Знаки и знамения (страница 46)

– Никаких, – пожала плечами ведьма. – Вам придется смириться с вашей тающей магией. – Она поднесла к губам стакан, содержимое которого вдруг превратилось в маленький фонтанчик, брызнувший ей прямо в нос. Альва взвизгнула, когда красная жидкость пропитала белое платье, и выхватила свою волшебную палочку.

– Ты, – сверкнула глазами она, глядя на меня. – Ты мне за это заплатишь.

– Это не Валеа, – произнес Николай. – И если не хочешь, чтобы я сломал твою палочку, лучше не угрожай ей.

Разъяренная Альва вздрогнула, и мне даже оборачиваться не пришлось, чтобы представить себе грозный вид Николая. Тем не менее мне не понравилось, что он вмешался. Однако к фонтану он точно не имел отношения.

Альва встала и направилась к барной стойке, где со стуком поставила стакан на столешницу.

– Повтори, – рявкнула она.

– Сию минуту. Добавлю сюда порцию очарования. Тебе не повредит. Ну правда, Альва. Ты меня разочаровываешь, – ответил Алексей.

Лупа тихо смеялась, все еще сидя на подоконнике с Иваном. Я оглянулась на нее, и она мне подмигнула.

– Не завела ты новую подругу, – шепнул Ярон мне на ухо. – Альва очень злопамятная.

– А ведь я была так любезна.

– Да. – Он тихо рассмеялся. – Слышал, вы с Николаем встретили духа?

– Правда? – заинтересовалась стройная ведьма в сером платье, которая сидела прямо у камина и которую я прежде не замечала. Она делала легкие движения пальцами, вытягивая тонкие нити из огня и сплетая из них в замысловатые цветы. – Терпеть не могу духов. Хотя мне стоило бы к ним привыкнуть. У меня дома их полно, и мне это не нравится. Когда у меня будет собственный дом, я позабочусь о том, чтобы в нем не было призраков.

Ее голос звучал как нечто внеземное, а в пепельных волосах виднелись белоснежные пряди, хотя на вид ей было не больше семнадцати. Однако самым необычным в ней оказались сверкающие серебристые глаза.

– У тебя наверняка получится, Элени, – мягко ответил Ярон. – А если возникнут проблемы, то я в любой момент тебе помогу.

Девушка отправила огненные цветы обратно в камин.

– Спасибо. Семья Ярона живет недалеко от дома моей бабушки, – объяснила мне она. – Все мои двоюродные бабушки и кузины – немного сумасшедшие ведьмы-травницы. То, что Ярон имеет смелость регулярно ходить ко мне в гости, многое о нем говорит.

– Я должен был убедиться, что они не отравят тебя в ходе одного из своих сомнительных экспериментов.

Элени робко улыбнулась:

– Однажды ты еле успел, помнишь?

Он серьезно кивнул:

– Ты уже посинела.

Я в ужасе переводила взгляд с одного на другую, не уверенная, не разыгрывают ли они меня.

– Я выжила. Все не так страшно. Они же не нарочно.

– Мы смогли тебя спасти только потому, что одна из твоих сумасшедших родственниц как раз случайно растерла в порошок гематит и у нас получилось сплести защитные чары, – напомнил Ярон.

– Иначе на свете стало бы на одну ведьму меньше. Какая трагедия, – прокомментировал Иван, и Лупа хихикнула.

Если Элени и услышала его слова, то никак на них не отреагировала. Ярон же, напротив, сжал правую руку в кулак. Я дотронулась до него, успокаивая.

– Какого духа вы встретили? – снова обратилась ко мне Элени. – Я их не люблю, но хорошо в них разбираюсь.

– Это женщина, – сказала я, сомневаясь, стоит ли упоминать имя Анкуты. – Она держала нож, а на ней была ночная рубашка, залитая кровью.

В комнате воцарилась полная тишина. Слышалось только потрескивание огня в камине и как Алексей тихо возился с бокалом. Лупа подошла к нам и села на освободившееся место Альвы.

Элени медленно кивнула:

– Кухонный нож или атаме?

– Я не обратила внимания, – призналась я. – Это важно?

– Ну, – встряла Лупа. – Если кухонный нож, значит, она просто хотела приготовить что-нибудь поесть. А если ритуальный кинжал, то, возможно, она искала неосторожную добычу. Призраки приносят их в жертву пожирателям душ, которые приходят из страны вечного лета, чтобы выловить неупокоенные души. Иногда их можно умилостивить таким подношением. Одна душа за другую.

– Пожирателей душ не волнуют свежие души, – вслух рассуждала Элени. – Они забирают те, которые давно должны были найти дорогу.

– А ты ее узнал, Лазарь? – резко бросила Николаю Лупа.

– Нет, не узнал, – заявил он. – С чего бы? Это ведьма, больше ничего сказать не могу. Я сообщил Мелинде об инциденте.

– Ты уже приезжал сюда четыре года назад. Вдруг она и тогда появлялась. – К моему удивлению, в тоне Лупы прозвучали виноватые нотки.

– Тогда призраки обошли нас стороной, – подала голос Кайла. – Или может быть, мы просто занимались кое-чем другим, поэтому не заметили их. – Она вдруг встала за спиной у Магнуса и потянула за его шарф.

– Тогда призраков не было, – пробормотал он и наклонился вперед, чтобы взять свой стакан. Кайле пришлось его отпустить. – Мы все должны быть осторожны.

– Что сказала Мелинда? – снова повернулась к Николаю Лупа. – Этот дух опасен?

– Нет. Мелинда считает, что она безобидна.

– И ты ей веришь?

– А зачем ей лгать?

– Я могла бы назвать множество причин, – произнесла Лупа и отправилась к Амелии, которая тем временем поставила на барную стойку две тарелки. По комнате распространился аромат жареного миндаля. Кирилл последовал за Амелией и встал рядом с ней. Все остальные, похоже, потеряли интерес к появлению призрака. Ярон общался с Карис, а Элени снова начала плести огненные цветы.

– Хочешь еще что-нибудь выпить? – спросил у меня Николай, указав на пустой бокал.

– Почему нет? – я встала и пошла с ним к бару, борясь с желанием извиниться за поведение Лупы.

– Это, конечно, не моя специальность, – сказал Кирилл, когда я поставила свой бокал, – но существует парочка защитных рун от призраков. Лупа могла бы нарисовать их у тебя на коже.

Я поразилась тому, что он наконец-то сам со мной заговорил.

– Тогда я попозже ее попрошу. Спасибо.

– У твоей сестры неожиданные таланты, – заметил Алексей, обращаясь к Кириллу.

– Можно и так сказать. Умение доводить кого-то до белого каления стоит на самом верху списка ее способностей.

Уголки рта Алексея подозрительно дрогнули, однако он остался сдержанным, потому что не доверял этому спокойствию. С тех пор как мы сюда прилетели, Кирилл прятался от него так же, как от меня. Алексей подвинул ему бокал с ядовито-зеленым напитком.

– Cântecul? Ты запомнил? – радостно спросил Кирилл, сбросив маску равнодушия.

Алексей лишь кивнул.

– Ты упустил свое призвание, – заявил Николай. – Тебе следует открыть бар, когда все это закончится.

Он имел в виду этот съезд или их отчаянные попытки снять проклятие? У меня по спине пробежала холодная дрожь при мысли о том, что смерть Селии избавит их от этой задачи. Относились ли они иногда к этому обещанию как к бремени? Я искоса посмотрела на серьезное лицо Николая. На первый взгляд он не проявлял никаких эмоций, но на щеках ходили желваки.

– Может, я даже так и поступлю, – улыбнулся Кириллу Алексей. – И готов поспорить, что у меня будет куча посетителей.

Я подумывала вернуться на свое место, но Ярон присоединился к Арвиду и комментировал его ходы в нардах. Кайла села к Магнусу и протянула ему бокал. Корбий отпил немного и закатил глаза.

– Хорошо, что ты не упомянула, что это был за дух, – прошептал Николай мне на ухо. Вниз по моему позвоночнику растеклось тепло. – Хотя Ярон наверняка догадывается. Будь осторожна с тем, что ему говоришь. Если ему удастся изгнать призрак Анкуты, его королева будет вечно ему благодарна.

Я подняла голову:

– Думаешь, он поэтому рассказал ту историю?

Его прохладное дыхание коснулось моих губ, потому что мы стояли слишком близко друг к другу, но я не отодвинусь.

– Много глаз видят больше, чем два. – Он вздохнул. – Я не знаю. Возможно, я к нему несправедлив. Но он ведьмак и родственник Селесты.

– То, с кем он в родстве, и то, к какому народу принадлежит, ничего не говорит о его личности. Мелинда – родственница Селесты и ведьма. Она тебе нравится. Ты стригой, и тебе нужна кровь, чтобы выжить. Из-за этого ты не становишься хуже или лучше, чем остальные.

Николай задумчиво пригубил напиток, который только что вручил ему Алексей.