Мара Вульф – Скипетр света (страница 85)
Кимми тыкает меня локтем, указывая на Саиду. Та машет нам, подзывая к себе. Мы подходим, и она берет меня за руку. Азраэль сжимает мою вторую ладонь, пока Кимми встает между Гором и Данте. Королева, Исида, Сет, Гор, Энола, Данте, Азраэль, Кимми и я образуем два ряда позади высших ангелов. Раздается шелест крыльев. Гвардия, шагая в ногу, выходит ближе и строится за нами в небольшом зале. В воцарившейся тишине солнечные лучи добираются до первой скульптуры. Они озаряют Амона-Ра золотым светом. Потрясающий вид. Это зрелище, тысячи лет назад спроектированное Исрафилом и воплощенное в жизнь строителями Рамзеса, поистине может зваться прошедшим испытание временем. Между тем солнце постепенно движется дальше.
Задержав дыхание, я заставляю себя стоять спокойно, чтобы не броситься вперед и не выцарапать скипетр из камня. Такое бездействие – это слишком для моих нервов. У нас всего пятнадцать или двадцать минут, прежде чем лучи снова исчезнут. Если окажется, что скипетр не в настроении возвращаться к высшим ангелам, с жизнью моего брата покончено. Я не могу этого допустить. Однако Азраэль крепко держит меня, вынуждая стоять на месте.
Азраэль
Момент настал. После стольких лет сейчас может измениться все. Если так и произойдет, за это мы будем целиком и полностью обязаны Нефертари. Сжав тонкую ладонь, улавливаю ее беспокойство. У меня нет дара телепатии, но мысли Нефертари мне и так известны. Она боится, потому что не может контролировать процесс. Удивительно, как она не появилась сегодня утром в холле отеля с киркой. Представив себе это, я не могу сдержать улыбку, но тут же опять становлюсь серьезным. Возможно, что через несколько минут моя жизнь изменится, однако, невзирая на это, все мои мысли сосредоточены на девушке рядом со мной. Следовало вчера ей позвонить или написать. Хватило бы одного коротенького сообщения. Она этого заслуживала. А вместо этого я ее избегал. Правда, она не облегчила мне задачу. Эта девушка берет то, чего хочет. Я должен был это предвидеть. И хотя все аргументы говорили против, я не сумел отправить Нефертари обратно в номер, не поцеловав и не обняв. Она заслуживает гораздо большего, но я совершу самое большое предательство в ее жизни. Меня переполняет отвращение. Отвращение к себе самому. Сделав глубокий вдох, я закрываю глаза, когда высшие ангелы хором начинают говорить. Каждый бессмертный знает ритуальные слова призыва регалий. Я не произносил их много тысяч лет, но никогда не забывал.
Закончив речитатив, высшие ангелы начинают его снова. Во второй раз к ним присоединяемся мы, а когда слова повторяются в третий раз, по небольшому помещению разносятся и голоса гвардейцев. Вновь и вновь мы повторяем призыв, а солнце тем временем заливает светом четыре скульптуры. Сначала статую Амона-Ра, потом обожествленного Рамзеса и наконец – Ра-Горахте. Сидящий слева Птах, бог тьмы, остается в тени. Только на его левое плечо попадает немного света. Я буравлю глазами скульптуры, словно мой взгляд способен заставить их отдать скипетр. Как Соломон вообще его спрятал? Попросил переждать тут какое-то время? С каждым разом, когда мы повторяем священные слова, во мне все больше возрастает неуверенность. Воздух дрожит от энергии и магии, которая отражается от стен. У нас под ногами сотрясается пол. Сила призыва слишком велика, чтобы не впечатлить скипетр, где бы он ни был скрыт. Время уходит. Я уже не помню, сколько раз мы повторили призыв. Однако солнце неумолимо движется дальше. Тревога Нефертари усиливается с каждой секундой. У меня по спине струится пот. Микаил поворачивается ко мне, высвобождает руку из ладони Джибриля и взглядом показывает мне встать между ними. Моргнув, я спрашиваю себя, все ли правильно понял. Я не высший ангел. Больше нет, и все-таки однажды Скипетр света мне уже повиновался.
Остальные не прерывают речитатив.
– Иди, – шипит Нефертари.
Отпустив ее, я занимаю место между двумя высшими ангелами и подаю им руки. По залу проносится ударная волна, когда они сжимают мои ладони. Давно утраченная сила захлестывает меня, и крылья начинают светиться. Их сияние во много раз превосходит свет других высших. Позади меня слышится многоголосый вздох. Я молча тяну их встать вместе со мной на колени. Они смиренно склоняют головы, и мы произносим строки призыва в последний раз. Энергичнее и мощнее, чем они когда-либо звучали. Солнечные лучи исчезают, но вместо них появляется иное свечение. Ярче и ослепительней, чем прежде, оно вырывается из фигуры Рамзеса. Этот свет ослепляет всех нас. Время замирает, и сила, которая вскоре наполняет храм, несравнима ни с чем, что встречалось мне раньше. Даже в тот день, когда затонула Атлантида, собственное существование не казалось мне таким ничтожным. Это вечность, а мы всего лишь пыль в колесе времени. Я чувствую, как мужчины и женщины у меня за спиной тоже опускаются на колени. Бросаю судорожный взгляд через плечо на Нефертари. Она смертная. Эта сила может оказаться чересчур велика для ее человеческого сердца. Но она стоит на коленях между Саидой и Исидой и единственная не опустила голову. Во мне вспыхивает гордость. Я не в силах оторвать от нее глаз, в то время как ее взгляд прикован к статуям. Раздавшийся раскат грома напоминает мне, зачем мы здесь.
Каменное тело Рамзеса раскрывается, и оттуда выплывает Скипетр света. Он еще прекрасней, чем в моих воспоминаниях. Серебряная рукоять выполнена в виде искусного плетения. В целом он выглядит довольно простым, за исключением светового шара на верхнем конце, который обвивают серебряные лозы. Скипетр летит прямо к нам. Я высвобождаю ладони из рук Микаила и Джибриля, не сомневаясь, что он направляется ко мне. Скипетр мягко касается моих пальцев, и его тепло пронизывает меня насквозь, позволяя ощутить его силу и уязвимость.
Внезапно становится темно. Зал освещает только шар света, и гвардейцы начинают оглушительно кричать. И хоть эти мужчины и женщины не высшие ангелы, но они не меньше тосковали по скипетру, чем все остальные. Мы встаем. Будь я один, уже, наверное, разрыдался бы. Саида обнимает меня. Исрафил похлопывает по плечу. В его глазах блестят слезы. Никто из нас не считал это возможным, и все же это случилось.
– Можно? – Во взгляде Микаила отражается тоска. Та же тоска, которую испытывал каждый из нас, пока Скипетр света был не с нами.
Я с улыбкой протягиваю ему регалию. Она принадлежит не мне одному, а всем нам. Артефакт переходит из рук в руки. От этого зрелища у меня что-то сжимается в груди. За него мы должны благодарить лишь одного человека. Девушку без каких-либо сверхъестественных способностей или сил. Нет ничего, что делало бы ее особенной, и тем не менее она более уникальна, чем любой из нас. Нефертари стоит поодаль, наблюдая за нами. Внезапно она достает телефон. На лице написано беспокойство, и мне тут же становится плохо при виде появившейся на нем надежды. Она светится, как солнце.
– Мы отнесем скипетр в надежное место. – Исрафил, Джибриль и Микаил встают возле меня. – Ты с нами?
Я внимательно смотрю на высших ангелов, не зная, друзья они мне или враги. Не стоит забывать, что они выбросили меня из своих рядов, чтобы спасти свою власть и влияние.
– Нет.
– Ты восстановлен в ранге, – с нажимом произносит Исрафил, проследив за моим взглядом. – Теперь ты снова высший ангел и член аристоев. Не испорти все снова. Просто соблюдай правила.
Я мечтал об этом. На протяжении многих столетий все мои стремления были направлены на этот миг. Еще несколько дней назад я бы отдал за него все, а сейчас мне… наплевать.
– Я провожу Нефертари домой, – слышу я собственный голос.
К нам подходит Исида и кладет ладонь мне на руку:
– Хорошо. Убеди ее найти нам еще кольцо и корону.
– Не думаю, что это в моих силах.
– Она тебя простит. Будь добр к ней, приласкай. Ну, ты и сам знаешь, что нужно делать. – Она похлопывает меня по груди: – Сообщу Осирису. Мой муж будет очень завидовать. Так что приложи немножко усилий. Или вынуди ее. В этот раз тебе ведь удалось. Уверена, есть и другие люди, с которыми она близка. – Холодный взгляд Исиды устремлен на Кимми.
– Мама, – между девушкой и Исидой вырастает Гор, – перестань. Плети свои интриги где-нибудь в другом месте. Нефертари не простит ему этого так легко. – Не заметить осуждение в его тоне невозможно.
Тихо смеясь, Исида не сдается:
– О нет, она простит. Кто сможет перед тобой устоять?
Богиня уносится прочь, прежде чем я успеваю что-нибудь ответить. Как же мне хочется, чтобы это действительно было так. Любую другую женщину я бы, возможно, убедил. Только вот Нефертари – никогда.
Построившись, гвардия марширует наружу. Во главе идут три высших ангела, Сет и Гор. Данте, Саида, Энола и Кимми замыкают процессию. Дождавшись, когда все покинут зал, я подхожу к Нефертари. Она до сих пор стоит, прислонившись к стене. Я приближаюсь к ней и прижимаю к груди. Она доверчиво льнет ко мне, и я смыкаю вокруг нее свои все еще светящиеся крылья, закрывая нас и отгораживая от всего мира.