Мара Вульф – Скипетр света (страница 84)
Я с улыбкой залезаю под одеяло. Порой женщинам нужно просто брать то, чего они хотят. Если мы с ним еще раз отправимся на поиски сокровищ, то не будем спать по отдельности. Я спрошу у первого высшего ангела, не найти ли мне еще и кольцо. Как только вернусь с Малакаем из Штатов и он почувствует себя лучше, я смогу приступить к поиску.
Бессмертные уже ждут в фойе отеля, когда мы с Кимми, усталые и в то же время в приподнятом настроении, появляемся внизу. Гор сует нам обеим в руки по стакану кофе и ведет к машине, хотя от отеля до храма вполне можно дойти пешком. Я бросаю взгляд на Азраэля, который снова поглощен разговором с Исрафилом. Впрочем, сегодня я уже не так переживаю, как вчера.
– Мы едем к Большому храму, – поясняет Гор. – Там нас ждут остальные. После того как отыщем скипетр, высшие ангелы перенесут его в надежное место, а мы с вами вернемся в Лондон. Рейс в десять часов. Мы полетим из Абу-Симбела в Каир, а потом в Лондон. Вечером ты окажешься рядом со своим братом. – Во взгляде Гора такая серьезность, какой я еще никогда у него не видела. Никто из нас не имеет ни малейшего понятия, что нам предстоит.
– Спасибо.
Я испытываю невероятное облегчение оттого, что все уже организовано. Не могу больше откладывать возвращение к Малакаю. Сегодня утром я написала ему сообщение, но ответа не получила. Хотя дядя Джордж разговаривал по телефону с Кимми и пожелал нам удачи. Когда она спросила о брате, он ответил очень сдержанно. Я волнуюсь. Очень волнуюсь, но Малакаю необходимо продержаться всего лишь несколько часов. До сих пор я так часто за него боялась, что это уже превратилось для меня в норму. Скоро ему станет лучше. При мысли об этом узел у меня в животе немного ослабевает. Нужно подготовиться к тому, что ждет меня впереди. Это самое важное задание в моей жизни. Тревога и страх брату не помогут, здесь нужна моя решительность.
Автомобили подъезжают прямо к входу в храм. Не представляю, как высшему ангелу удалось это устроить. Тут выставили ограждение, которое держит народ на расстоянии. Несмотря на то что сейчас только половина шестого утра, уже собралась целая толпа, чтобы понаблюдать за солнечным чудом. Сегодня их ждет разочарование, потому что это зрелище увидим только мы. Вокруг Большого храма, который посвящен Рамзесу II, и Малого храма, посвященного Хатхор и воздвигнутого фараоном в честь супруги, простирается пустыня. Строители вырезали первоначальные храмы в известняке, то есть практически высекли из скального массива. Таким образом, снаружи видно лишь фасад высотой сто пятнадцать футов[20], украшенный четырьмя огромными статуями. В центре храмового фасада находится менее крупная статуя бога солнца Ра. Я замираю, с благоговением глядя на скульптуру. Мне на спину ложится ладонь, и Азраэль подталкивает меня вперед. Когда надзиратели пропускают нашу группу в храм, начинается суматоха.
Мы входим внутрь, и я тут же ощущаю дыхание вечности. Почти невозможно вообразить, что этот храм возведен людьми. Первые слабые лучи нового дня еще не достают до конца длинного двухсотфутового[21] коридора, куда мы направляемся. Справа и слева его обрамляют высокие опоры в форме фигур. Они изображают Осириса, однако имеют черты лица Рамзеса. Между ними, словно образуя живой коридор, выстроились в два ряда мужчины и женщины. Но это не обыкновенные люди – все они ангелы. И хотя на каждом из них однотипная белая одежда, крылья мерцают самыми разными оттенками. Они тяжело вооружены. На ремнях висят мечи, над головами высятся копья, и у каждого за поясом торчит нож. Я нащупываю свой, но он убран в багаж, потому что с ним нельзя лететь.
– Это личная гвардия высших ангелов, – тихо объясняет Азраэль. – Их лучшие воины.
– Зачем они здесь? – Наши шаги в пустом коридоре отдаются громким эхо.
– Чтобы защитить Скипетр света, если мы его найдем.
Могла бы и сама догадаться. Я полагаю, что солнце откроет особую подсказку на одной из трех скульптур, своего рода знак, и правда надеюсь, что скипетр хранится там. Это всего лишь теория, и не особо надежная, но я не могу себе представить, что Соломон собирался заставить нас вечно гоняться за сокровищами. В конце концов, у него он тоже располагал ограниченным запасом времени, а спрятать предстояло все три регалии. Хотя гвардейцы стоят на своих местах, вытянувшись в струну, их взгляды с любопытством следят за нами.
– Они подчиняются тебе?
Мы пересекаем большой холл, образующий главное помещение, в котором стоят еще четыре статуи богов.
Азраэль отрицательно качает головой:
– Они исполняют только приказы высших ангелов. Достаточно одного слова кого-то из них, и гвардейцы убьют нас на месте.
– Это так воодушевляет.
От большого зала отделяются два следующих, поменьше. Разделение пространства простое, но масштабы более чем впечатляющие. Перед лицом достижений архитекторов любой человек почувствует себя маленьким и жалким. Но теперь-то я в курсе, что в планировании участвовал высший ангел.
– Я серьезно, будь с ними осторожна. Джибриль и Микаил не отличаются мягкостью.
– Ну тогда они полная противоположность тебе.
– По сравнению с ними я мил, как мурлыкающий котик.
Ускорив шаг, Азраэль перемещается во главу нашей процессии.
Я разглядываю фрески. Согласно египетской мифологии, сам Ра построил Рамзесу лестницу в небо в форме восходящего солнца, лучи которого дотягивались до внутреннего пространства храма. В этих комнатах царствует Осирис, каждый день воскрешая помолодевшего Рамзеса. У нас нет времени полюбоваться вдосталь. Тем более что в детстве я уже тут бывала.
Ко мне присоединяется Энола. Прежде она держалась в хвосте группы и с тех пор, как мы улетели из Лондона, в принципе вела себя на удивление тихо. Постоянно отделялась от остальных и почти не участвовала в разговорах.
– Будь осторожна. – В ее тоне звучит надменность. – Все не то, чем кажется.
– Ладно. Спасибо за совет. Еще что-нибудь важное сообщишь?
Почему бы ей просто не рассказать, что у нее на душе?
– Скоро тебе уже не будет смешно.
– Лучше так, чем вообще не смеяться.
Пери поджимает губы. Высшие ангелы могли бы не приводить свою гвардию, Энола с превеликим удовольствием убьет меня лично, стоит только им отдать такой приказ.
– Он никогда тебя не выберет. Он… – Она замолкает, потому что другие внезапно останавливаются. Мы дошли до конца коридора и достигли самой священной части храма.
– Энола, – к нам подходит Сет, – все нормально.
И пусть солнечный свет еще не совсем добрался до нас, но я улавливаю мелькнувший у нее в глазах страх. Не относись она ко мне настолько отвратительно, я бы ее даже пожалела.
Барьер, который обычно не подпускает туристов к сидящим скульптурам, убран. На его месте сейчас стоят четверо. У двоих из них на спинах мощные крылья. У высшего ангела Джибриля – угольно-черные, сверкающие неземным светом. У Микаила – алые, но окруженные таким же свечением. К ним шагает Исрафил, расправляя белые крылья с тем же сиянием. Интересно, светились ли раньше перья у Азраэля? Он лишился этого, когда у него отняли прежний статус?
Рядом с высшими ангелами стоят Саида и Исида. Гор и Данте устремляются к ним, а мы остаемся на приличном расстоянии.
Я смотрю на Азраэля, чье лицо в этот момент выглядит словно высеченным из камня. Так и не скажешь, насколько сильно его ранит то, что он больше не высший ангел.
Джибриль отделяется от группы. Мне приходится взять себя в руки, чтобы не отпрянуть, когда он приближается к нам. Азраэль незаметно придвигается ближе ко мне, и присутствие Сета у меня за спиной становится более ощутимым. Создается впечатление, будто они оба стремятся защитить меня от высшего ангела, что странно, учитывая их вражду.
– Леди де Вески, – вежливо здоровается Джибриль, останавливаясь передо мной. Я бы могла расслабиться, не звучи в его голосе ледяной холод. – Если Скипетр света соизволит вновь вернуться под нашу опеку, мы будем в большом долгу перед вами. – Не обращая внимания на Азраэля и Сета, он не сводит с меня полночно-черных глаз, обрамленных длинными ресницами.
Я стараюсь не показывать восхищения его красотой. Всякий раз думаю, будто не может быть бессмертного еще красивее, чем тот, с которым я только что познакомилась, и снова убеждаюсь в обратном. На мгновение меня отвлекает эта мысль, пока я с небольшим опозданием не осознаю, насколько необычно он сформулировал предложение.
– А у скипетра есть выбор? Я думала, нам надо его тут где-то найти, – сбитая с толку, выдаю я.
Джибриль на пару секунд переводит взгляд на Азраэля.
– Регалии – могущественные магические артефакты. Разумеется, у них есть выбор. Мы лишь их хранители, а не хозяева.
У меня на затылке выступает пот, а ладони становятся влажными, поскольку это означает, что все усилия могут оказаться напрасными, если скипетр не пожелает возвращаться. На такое я повлиять не в силах.
– Скипетр проявится, – серьезно и уверенно произносит Азраэль, и практически сразу я ощущаю его руку у себя на спине.
Лучи поднимающегося солнца дотягиваются до нас. Не хватает буквально пары шагов, чтобы они осветили первую скульптуру. У меня ускоряется пульс.
– Тогда попросим его вернуться. – Коротко кивнув на прощание, Джибриль уходит обратно.
Три высших ангела встают напротив статуй. Остальные бессмертные молча выстраиваются за ними в два ряда, а мы с Кимми между тем остаемся на своих местах. Я не имею возможности как-то воздействовать на происходящее, и мне это не нравится. Если скипетр не найдется, Азраэль не обязан будет выполнять свое обещание. Поступит ли он так со мной? Отнимет ли у меня Малакая? Я понятия не имею. Просто не имею, и все. Я недостаточно его знаю. Если сейчас ничего не получится, нам придется договариваться заново.