Мара Вульф – Не оставляй меня (страница 42)

– О’кей, о’кей, пойду прямо сейчас, – сдалась я. – Зевсу известно, что ты меня об этом просишь?

– Нет. Мы не хотели грузить его еще и этим, он и так очень боится за Афину. Гера хочет по крайней мере избавить его от переживаний о том, что с Про что-то случилось. У него не особо много опыта по части человеческой жизни.

– А ты, значит, посредник между всеми этими душевными состояниями? – поинтересовалась я.

Аполлон криво улыбнулся.

– Похоже на то. От Зевса я выслушиваю, как он зол на самого себя. Гера плачется, что у нее ничего не получается и она скучает по Митикасу. Афродита… – Он осекся. – Ей мне иногда хочется свернуть шею.

Я приподняла брови. Обычно он не такой свирепый.

– Извини, но она настоящая заноза в заднице. – Скрестив руки на груди, бог прислонился с одному из столбов, поддерживающих крышу парковки для велосипедов. – Ко мне постоянно кто-нибудь приходит и начинает жаловаться. Они все кажутся мне детьми, которые не понимают, от кого исходит настоящая опасность.

– Видимо, это из-за того, что вы бессмертные и все, кого вы любите, – тоже. Вам нечего бояться по-настоящему. Абсолютно нечего.

– Наверно, ты права. Возможно, это одна из причин, почему Про захотел стать смертным. Вы живете намного ярче.

Лучше не буду ничего говорить по этому поводу.

– Тогда прогуляю-ка я свой урок древнегреческого, – откликнулась я и снова сняла свой велик с подставки. Все равно не смогла бы сейчас усидеть на месте. Мне необходимо выяснить, где Кейден и все ли с ним в порядке. – Надеюсь, Зевс не поставит мне плохую оценку.

– Я об этом позабочусь, – крикнул мне вслед Аполлон. – Сразу сообщи нам, как только что-то узнаешь.

– Хорошо.

Я простояла перед дверью Джоша полчаса. Занавески на верхних окнах задернуты. Но вряд ли от парней можно ожидать, что они каждый день будут убирать постель и проветривать комнаты. Из дома не доносилось ни звука. Сердце у меня колотилось где-то на уровне горла, когда я вытащила ключ из тайника и вставила в замок. И сама не знала, чего боялась сильнее: обнаружить его в постели с какой-нибудь девушкой или вообще не обнаружить его следов.

Нижний этаж будто вымер. В гостиной на столе стояли полупустые стаканы, а на кухне валялись старые коробки из-под пиццы с засохшими остатками еды. Кому-то не помешало бы хорошенько прибраться. Я тихо поднялась вверх по лестнице. Где находилась комната Джоша и спальня его родителей, я знала. Оставались две гостевые комнаты. Дверь одной из них была немного приоткрыта. Кейден в одних боксерах лежал поперек кровати. Один. Я старалась не обращать внимание на его полуголое тело. А потом услышала его хриплое дыхание. За два шага я оказалась возле него и положила ладонь ему на лоб. Он горел. Лицо выглядело неестественно бледным. Вдруг Кейден начал громко, лающе кашлять. Затем попытался нащупать свое одеяло и запутался, потому что лежал на нем. За все это время он ни разу не открыл глаза. Я встала на колени возле кровати и потрясла его за плечо.

– Кейден, – настойчиво позвала я. – Проснись.

Он моргнул и внезапно схватил меня за руку с такой скоростью, которой я не ожидала от него в подобном состоянии.

– Джесс, – прохрипел он. – Это ты или ублюдок Морфей опять посылает мне лишь сон?

Я отвела волосы с его влажного лба.

– Это не сон, – сказала я. – Сколько ты уже болеешь?

– Понятия не имею, – пробормотал он с закрытыми глазами. Его хватка на моей руке не ослабевала. – Такое ощущение, что я пролежал тут лет сто. Почему так жарко?

– Ты простудился, – объяснила я. – Это температура.

– Все болит. Голова, руки, ноги. – В его голосе звучало не меньше страдания, чем у Фиби, которая ненавидела болеть.

– Почему ты никому не сказал? Гера бы за тобой поухаживала, пока ты не поправишься.

– Мне нельзя приближаться к своей семье, – пролепетал Кейден. Меня тронуло, что он по-прежнему называл их семьей. Раньше так стремился оказаться как можно дальше от них, а теперь скучал. Вот дурак.

– Пойду посмотрю, есть ли у Джоша дома аспирин. Сейчас вернусь. – Я хотела высвободить руку, но Кейден не отпускал.

– Если я тебя отпущу, ты снова уйдешь.

– Я останусь с тобой, не волнуйся.

– Когда-то ты уже обещала, что не покинешь меня, и не сдержала слово. – Он открыл веки и укоризненно посмотрел на меня лихорадочно блестящими глазами.

Я сглотнула.

– На этот раз я правда останусь. – Он болен и совсем один. У меня просто нет другого выбора.

Кейден кивнул и нехотя меня отпустил.

– Тебе надо принять душ, тогда ты почувствуешь себя лучше.

Он опять лишь кивнул, а потом застучал зубами от озноба. Дотянувшись до упавшего на пол покрывала, я накрыла его им. Затем ушла в ванную, порылась в шкафчике с лекарствами в поисках аспирина. Повезло, таблетки нашлись. В холодильнике стоял пакет ананасового сока, который я зажала под мышкой. И, вооруженная соком, стаканом и лекарством, побежала обратно в его комнату. Тем временем зубы у него начали стучать еще громче. Я заставила Кейдена сесть и проглотить две таблетки. Чтобы он мог сидеть прямо, мне пришлось обнять его одной рукой за талию. После того как выпил стакан сока, словно умирающий от жажды, Кейден уткнулся горячим лицом в изгиб моей шеи.

– Ты так приятно пахнешь, – пробормотал он.

– А ты – нет, – соврала я. – Как думаешь, осилишь дойти до душа? Вода тебя немного остудит, а потом сможешь поспать.

Кейден ответил что-то неразборчивое, но продолжил тереться лицом о мою шею. Он болен и наверняка не соображает, что творит. Надеюсь, у него не воспаление легких. Хрипы, доносящиеся у него из груди, звучали жутко. У бывшего бога вообще есть иммунитет? Может, позвонить Шону? Когда его рука пробралась мне под свитер, я ее остановила и подняла его с кровати. Мы вместе поковыляли в ванную. В таком состоянии ни в коем случае нельзя оставлять его одного. Усадив его на табурет, я включила воду.

– Тебе нужно снять трусы, – твердым голосом произнесла я.

Мне ведь не обязательно смотреть вниз, а остальную часть его идеального тела я уже видела в лагере в плавках. Не то чтобы мне когда-нибудь надоест это зрелище, однако в данный момент речь шла только о том, чтобы помочь ему, а не о том, чтобы пожирать его взглядом. Словно в замедленном темпе он спустил боксеры. Похоже, Кейдена совершенно не смущало, что я на него не смотрела. Когда он встал, чтобы зайти в душевую кабинку, то бросил на меня пылающий взгляд, который уже не казался таким уж лихорадочным. Видимо, аспирин быстро подействовал.

– Я подожду снаружи, – поспешно выпалила я и поднырнула под его рукой, когда Кейден потянулся ко мне. – Прими максимально холодный душ и держись за что-нибудь.

– Ты тоже можешь остаться, – хриплым голосом предложил он.

Вот уж точно нет. Прислонившись в коридоре к двери ванной, я прислушивалась к шуму воды. Надеюсь, он не упадет в обморок. Надо принести ему куриного супа. Он всегда помогает при простуде. В спальне я начала искать в шкафах свежее постельное белье и, к счастью, быстро его нашла. Затем перестелила пропитавшуюся потом постель Кейдена и проветрила комнату. Когда пять минут спустя он вошел с одним лишь полотенцем на бедрах, уборка уже была закончена. У него на груди блестели капли воды, и я опять старалась не глазеть. Без особых успехов. Кейден сел на край кровати, и я, поколебавшись, потрогала ему рукой лоб. Невзирая на болезнь, он все еще был слишком неотразим, а прямо сейчас еще и слишком обнажен. Температура, кажется, упала.

– А теперь поспи, – велела я. – Наверняка позже температура опять поднимется. – Его плечи покрылись мурашками, а щеки покраснели. Я погладила его теплое лицо, и он прижался к моей ладони. У меня на губах появилась слабая улыбка. – Я быстро сбегаю в магазин и вернусь. Ты даже соскучиться не успеешь.

Его взгляд остекленел.

– Я всегда по тебе скучаю, – заявил он. – Каждую чертову секунду.

По меньшей мере ему хватило сил выругаться. Это хороший знак. По моему телу разлилось приятное чувство. При виде такого уязвимого Кейдена у меня на глаза наворачивались слезы.

– Постараюсь вернуться как можно скорее. Надень это. – Я протянула ему спортивные штаны, повернулась и снова занавесила окно. Комната тут же погрузилась в полумрак. Помедлив, я снова подошла к кровати.

– Ты правда вернешься? – невнятно спросил он. Глаза у него уже почти закрылись. – Пообещай.

Я наклонилась и, к нашему общему удивлению, поцеловала его теплый лоб.

– Я вернусь, – ответила я. – А теперь спи.

Лучше мне уйти, пока не сделала еще что-нибудь неразумное. Я доехала до ближайшего супермаркета и купила все, что, по моему мнению, понадобится Кейдену, чтобы выздороветь. И поняла, что даже не знаю, что он любит, поэтому ориентировалась на то, что нравилось болеющей Фиби. Я закинула в корзину продукты для шоколадного печенья и куриного супа, много мороженого, на случай если у него заболит горло, и запасную пачку аспирина. Потом еще заехала домой, потому что знала, что в нашей аптечке лежала упаковка антибиотиков. Наверняка это не повредит. И лучше не спрашивать саму себя, почему бы просто не позвонить Гере и не попросить ее позаботиться о нем.

Через час я вернулась. Кейден еще спал, пусть и очень беспокойно. Аккуратно, чтобы не разбудить, я коснулась рукой его шеи. Температура снова поднялась. От его тела исходил страшный жар. Где он вообще подхватил эту простуду и почему его организм с ней не справлялся? Холодным влажным полотенцем я вытерла ему пот со лба и со щек. Даже в таком состоянии Кейден все еще выглядел привлекательнее большинства человеческих парней. Надеюсь, он никогда не увидит меня в таком жалком виде.