Мара Вульф – Месть и пламя (страница 44)

Так и есть. Я встала.

– Уверена, что не хочешь пойти со мной?

– Да. Иди одна. Я не в настроении развлекаться.

– Ладно, – сдалась я. – Попрошу кого-нибудь передать тебе еды, позже принесу что-нибудь сладкое. Наверняка внизу угощают карамельными тросточками. Ты так любила их в детстве.

– Да, маминого приготовления с малиновым вкусом. А вы с Кириллом всегда просили противные мятные. – От этого воспоминания у нее на лице промелькнула улыбка. Уже лучше, чем ничего. – В итоге чаще всего именно они были у нас.

– Ну извини. Надо было канючить так же упорно, как мы.

– Я бы ела мятные тросточки каждый день до конца жизни, если бы это вернуло Кирилла, – прошептала она.

У меня защипало в глазах. Неловко обхватив сестру руками, я заставила ее сесть. Мы долго сжимали друг друга в объятиях. Тело Лупы вздрагивало, однако она даже ни разу не всхлипнула.

– Когда мы встречались в последний раз, мы так сильно поссорились, – прошептала она через некоторое время. – Иван хотел, чтобы я похитила Эстеру, но я отказала, накричав на него. Сказала, что мы не будем воевать с ребенком. Он был в таком отчаянии и ярости после того, как узнал про Николая. Мы долго спорили, а потом я просто ушла. Теперь он мертв, а я провела ночь его смерти с ведьмаком. Никогда не прощу себе этого. – Лупа вытерла слезы со щек. – Он не любил меня, и я тоже его не любила, но была так же дорога ему, как и он мне. Если бы в прошлом кто-то сказал мне, что два стригоя станут моими лучшими друзьями, а сама я полюблю ведьмака, я бы оторвала ему голову. – Сестра легла на спину и закрыла глаза. – Принеси мне дюжину карамельных тросточек, – потребовала она, – только не со вкусом малины. Если начну сейчас думать о нашем доме, то никогда не перестану плакать. – Ее губы искривились в болезненной улыбке. – И тогда прощай, моя репутация единственной викканки с внутренним стержнем.

– Не волнуйся, я никому не скажу, что у тебя тоже есть слезные железы.

Поцеловав ее в лоб, я вышла из комнаты, хотя предпочла бы остаться с ней. Сестра никогда не открывалась передо мной так, как сегодня. Но она хотела побыть одна, чтобы похоронить свои страхи, сомнения и надежды глубоко в душе и снова стать собой. Мне не нравилась эта идея, но в любом другом случае ее просто разорвет на части. Ей не обязательно постоянно быть сильной. Слишком многое выходит из-под контроля, слишком многое находится не в нашей власти, и тогда нужно просить о помощи. Но Лупа пока к этому не готова.

К тому моменту, когда я спустилась, гостиная уже опустела. Лишь встречавшая нас официантка стояла в дверях, наблюдая за суетой на улице. На ней было синее платье и фартук, волосы заплетены в косу и уложены венком на голове. Я остановилась около нее, и она присела в немного неуклюжем реверансе.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Раньше я не знала, кто ты, – робко ответила девушка.

– Я Валеа. – Я демонстративно протянула ей руку, однако она покачала головой:

– Ты наследница тернового трона. Я должна была выделить тебе самую красивую комнату.

– У нас чудесная комната. Не беспокойся. Пожалуй, ты могла бы принести моей сестре что-нибудь поесть и бокал вина. Она неважно себя чувствует и захотела остаться здесь.

– Конечно. – Ведьма снова сделала реверанс и уже собиралась умчаться прочь, но потом снова обернулась: – Если ты собираешься туда, на твоем месте я бы держалась подальше от сливового вина. В прошлом году какие-то шутники подмешали в него мандрагору. Неплохой получился спектакль.

Она усмехнулась.

– Буду иметь в виду.

Солнце тем временем село, и теперь площадь освещали бесчисленные факелы. Они располагались на высоких столбах вокруг ярмарки. В воздухе витал аромат меда, сахара и аниса. И тут я заметила юного ведьмака в цветастом плаще, который впечатлял компанию ребятишек карточными фокусами. Я смешалась с празднующими, которые брали еду и напитки с тележек.

Другой фокусник крутил у себя над головой огненные шары, а перед фонтаном готовились к танцам пары. Я вспомнила репетицию Бельтайна два года назад, объятия Николая и как мы с ним танцевали. В ту ночь на нас напали ликаны. Проявилась сила моей семиконечной звезды, а Арвид, Карис и Альва погибли. Кирилл был еще жив, а Иван сражался на нашей стороне. Что он рассчитывал получить, похитив Эстеру?

– Валеа. – Невен присоединился ко мне. Вокруг его ног заклубился дым, и пирующие расступились, узнав колдуна. – Не хочешь присесть где-нибудь? Ты бледная как полотно. Что-нибудь вспомнила?

– Всего лишь одну ночь два года назад, когда рухнули чары, наложенные на меня отцом.

Невен с беспокойством посмотрел на меня:

– Как Лупа?

– Отдыхает. Я хочу принести ей карамельных тросточек. Они здесь есть?

– Уверен, что есть. – Он подставил мне локоть, и я усмехнулась этому старомодному жесту. Мы неторопливо пошли между тележками.

– А где остальные? – спросила я его после того, как он принес нам теплый пунш и я отпила из кружки. – Алексей, Селия и Кайла.

– Недавно я видел Люциана и Алексея у одного из костров на другом конце деревни.

– А Нексор? С королевой?

– Не думаю. Она не покидала дом Космина Илиеску, с тех пор как мы приехали. И им точно не нужна компания.

– Ты знал их историю?

– Слышал о ней, но нынешний я в той жизни еще не родился. Интересно, почему она привела нас сюда? Королева никогда не производила на меня впечатление сентиментальной женщины. Значит, должна быть какая-то причина.

– Возможно, с ним она чувствует себя в безопасности, а еще ей захотелось снова поспать в мягкой постели. Она уже не молода.

Невен негромко рассмеялся:

– Сегодня эти двое точно не будут спать.

Наверное, в этом он прав.

– У нас, конечно, сейчас другие проблемы, но мне очень интересно, что между ними произошло. Я никогда раньше не видела Селесту такой. Он называл ее Сели.

– Что действительно обескураживает, – проворчал Невен. – Хотя я бы не стал ее спрашивать.

Я сделала глоток пунша. Во рту разлился восхитительный вкус спелых яблок и ежевики.

– Думаешь, она захочет рассказать своей правнучке историю своей утраченной юношеской любви?

Два ведьмака вдруг плюнули в сторону Невена и посмотрели на меня, нахмурив брови. Он проигнорировал их и потянул меня за собой, когда я уже открыла рот, чтобы отчитать хулиганов.

– А у вас, колдунов, действительно не очень хорошая репутация, – раздраженно буркнула я. – Они с тобой даже не знакомы. Не стоило спускать такую грубость.

– Я не хочу устраивать потасовку. Это мирный деревенский праздник, а мы – незваные гости. Готов поклясться, они не так представляли себе этот вечер. И их опасения вполне оправданы.

– Чем дольше я тебя знаю, тем более безобидным ты мне кажешься.

Когда он усмехнулся, я снова расслабилась. Как же я ненавидела предрассудки. Здесь никто не знал Невена, но они судили о нем по одним лишь слухам и старым историям. Это несправедливо и неправильно. Я купила в лотке несколько тросточек и положила в один карман те, что для Лупы, а в другой – для себя.

– Можешь отвести меня к Алексею и Кайле? Мне нужно кое-что у них выяснить.

Он поднял бровь, но я только качнула головой. Мы оставили повозки позади и направились на другую сторону деревни вслед за несколькими хихикающими девушками, которые группами проходили мимо нас, и молодыми людьми, которые шли за ними более размеренным шагом. На одном из лугов между домами и горами горели костры. Вокруг большинства из них танцевали и смеялись. Ведьмаки Второго ковена собрались вокруг одного из них и бросили в огонь фиолетовый, зеленый и синий плащи. Они громко улюлюкали и поднимали в воздух свои кубки. Я услышала, как они выкрикивали чьи-то имена.

– Это их погибшие, – шепнул мне на ухо Невен.

Очевидно, они как-то чествовали память своих товарищей. Тем не менее во мне проснулось отвращение. Должно быть, ведьмаки забрали плащи с собой и теперь сжигали свои трофеи. Несколько прохожих зааплодировали.

Невен сжал мою руку, когда я дернулась в их сторону.

– Это бесполезно, – тихо сказал он. – Побереги силы для другого боя. Радуйся, что они не помнят о твоей причастности.

Он прав, но я задалась вопросом, как все будет, если однажды я все-таки стану править этими людьми. Что можно сделать, чтобы побороть эту ненависть. Это не та задача, которую мне хотелось бы взваливать на плечи Эстеры. По крайней мере до тех пор, пока она не станет взрослой и я не объясню ей, что по-настоящему важно. Не власть и завоевания, а понимание друг друга. Наши народы очень разные, но существовало достаточно доказательств того, что мы все еще способны ладить друг с другом. Лупа говорила об этом. Ее лучшими друзьями стали стригои, а сама она полюбила ведьмака. Как только наступит мир, я смогу продолжить традицию Мелинды приглашать молодых виккан, стригоев и ведьм в Карайман, чтобы они вместе учились, дружили и устраивали праздники. Они должны преодолеть предрассудки своих родителей. Эстера и Дариан нашли бы себе друзей среди сверстников. При мысли о дочери на глаза навернулись слезы. Надо попросить Алексея как можно скорее отвезти детей к его матери. Он должен найти способ это сделать. Селеста придет в ярость, но что она может сделать? Я нужна ей.

Возле костра, у которого сидели Кайла и Алексей, стоял Ярон в человеческой форме. Он наблюдал за выступлением фокусника, придававшего длинным огненным нитям формы животных. Сейчас из алых полос образовалась лошадь, которая галопом помчалась в небо. Зрители восторженно захлопали, когда за ней последовала огненная птица, сотканная из разноцветных нитей пламени.