Мара Вульф – Корона пепла (страница 75)

– Может, накроем чем-нибудь мертвецов? – поворачивается Кимми к Намику. – По-моему, будет неправильно просто оставлять их лежать вот так.

– Как пожелаешь, – тихо отвечает джинн, и словно из ниоткуда на безжизненные тела опускаются яркие шелковые платки.

Когда мы уже собираемся уходить, рядом приземляется воин-призрак. С ним Саймон и Юна.

– До сих пор поверить не могу, – говорит Юна, обнимая меня. – Все это так странно.

– Пойдемте во дворец Гора, – зовет Намик. – Там сможем спокойно подождать и все обсудить. – В его голосе звучит напряжение. Наверняка он предпочел бы остаться с Данте, а не играть роль няньки для четверых людей.

Мы обходим по кругу храм, теперь залитый солнечным светом, и направляемся ко дворцу.

Юна идет рядом со мной и постоянно гладит себя по щеке.

– Так непривычно. Я такая теплая.

– Ты привыкнешь. – На этой стороне тоже лежат убитые жрицы, и Намик без подсказки накрывает и их.

– Видимо, это Таран, – негромко замечает он, останавливаясь возле мертвого молодого джинна.

Он был одним из тех, кто сопровождал Азраэля, когда они забирали регалии. Недалеко отсюда лежит еще один погибший ангел и несколько поверженных демонов. На лестнице, ведущей во дворец Гора, что-то шевелится, и воин-призрак обнажает свой меч. Но это всего лишь ребенок, который медленно спускается по ступенькам. Девочка лет, наверное, восьми.

– Это дворец Гора? – интересуюсь я у нее. Девочка определенно богиня, учитывая нежное эльфийское личико с большими голубыми глазами и рыжими волосами до талии.

– Вы люди, – кивнув, говорит она. – На материке еще сражаются? Папа сказал, чтобы я спряталась, пока он не вернется.

– Война закончилась, – успокаивает ее Кимми, гладя по волосам и незаметно вставая так, чтобы малышка не видела трупы, правда, для этого, скорее всего, уже поздно. – Не хочешь подождать папу внутри?

Девочка нерешительно переминается с ноги на ногу.

– Меня зовут Тарис, – представляюсь я, а потом называю имена остальных. – Скажешь нам, как тебя зовут и кто твой папа?

Надеюсь, он выжил.

– Я Амунет, а мой папа – Гор, – гордо объявляет юная богиня. – Он борется вместе с Азраэлем против Сета.

Почему мне никогда не приходило в голову, что у Гора есть дети? Если Кимберли и шокирована этим открытием, то виду не подает. В нашем присутствии Гор ни слова не проронил о дочери. У меня внутри закипает ярость. Может, во дворце его ждет еще жена или любовница? Он мог бы разместить там целый гарем, настолько огромно это здание.

– Я есть хочу. – Амунет хитро улыбается, становясь при этом как две капли воды похожей на своего отца. Она отворачивается, а в следующий миг уже вновь стоит на ступенях дворца, портик которого опирается на темно-красные колонны.

Из-за колонны выходит еще одна фигура:

– Твой дедушка прикажет подать тебе самые лучшие блюда в Дуате. Я отведу тебя к нему.

Голос звучит как змеиное шипение. У меня по спине пробегают мурашки, и это ощущение усиливается, когда воин-призрак придвигается ближе. Фигура выходит на свет. Амунет брыкается и дерется, но у нее нет шансов против бога с маской шакала на голове, который ее удерживает. Это Анубис – один из египетских богов мертвых. Он обладает кожей черного цвета, как у тел мертвецов после мумификации. Анубис – как раз тот ребенок, которого Осирис зачал Нефтиде, и, судя по всему, этот сын больше предан отцу, чем Гор.

– Поставь ее, – требует Кимми. – Зачем девочка понадобилась Осирису?

– О, мы что-нибудь придумаем. – Появляется вторая фигура, и я хмурюсь. Вообще-то Исида должна сидеть под арестом в Каире. Исрафил тоже где-то здесь? – Он вырастит ее в Дуате, – говорит богиня, понизив голос, словно делится тайной. – Раз уж Осирис больше не сможет вернуться в Атлантиду, то с ним должен остаться хоть кто-то из членов семьи. – Она кладет руку на голову девочки, которая неподвижно застывает в руках Анубиса. – Гор в итоге оказался для нас сплошным разочарованием. Об этом ребенке мы позаботимся лучше.

Люди считают Исиду защитницей и покровительницей всех существ, которые страдают или из-за чего-то переживают. Но неожиданно понимаю, что эта змея никогда не заботилась ни о ком, кроме себя самой.

– Гор, Сет и Азраэль ее вернут, – сообщаю уверенным тоном. – Пока ты еще можешь попросить прощения и раскаяться. Тогда твое наказание будет не слишком суровым. Гор любит тебя. Ты его мать.

Запрокинув голову, Исида смеется. У меня все сжимается в животе, потому что этот смех напоминает хохот сумасшедшей.

– Ты. – Успокоившись, она показывает пальцем на меня. – Ты все разрушила. Вы, люди, всегда были слабыми, и вами было так легко манипулировать. Тебе полагалось просто найти регалии, а не лезть во все подряд.

Тихо выругавшись, на мгновение я жалею, что больше не вампир. Будучи человеком, против нее я бессильна. Не тешу себя иллюзией, будто Намик или один-единственный воин-призрак сумеют меня защитить. Главное, чтобы она не навредила Кимми, Юне, Саймону или Амунет. Данте обещал прислать еще стражников. Наверняка ждать осталось недолго.

– Они недооценили меня тогда, недооценивают и сейчас, – нараспев произносит Исида. – Осирис никогда не разработал бы такой план.

У меня ускоряется пульс, однако я настолько отвыкла от подобной реакции собственного тела, что начинаю задыхаться.

– Это ты передала проклятие Аль-Джанну? Ты хотела заполучить регалии для себя? – Нужно отвлечь ее разговором. Исида еще не смирилась со своим поражением и хочет похвастаться мастерской работой. Страдающие манией величия всегда этого хотят, тут боги не отличаются от людей.

– Сет должен был жениться на мне, – выплевывает она. – Но ему во что бы то ни стало понадобилась моя сестра. Милая, нежная Нефтида. Она бы ни за что ему не изменила, но я нашла способ. – Внезапно вся красота богини исчезает, а лицо превращается в маску ненависти. – Мы с ним могли править миром. Я торжествовала, когда моя сестра родила ребенка от Осириса, а Сета изгнали. Ничего другого он не заслуживал.

– Нефтида изменила ему не по своей воле? – Шокированно и с отвращением я качаю головой. Почему меня до сих пор удивляет, что все наши легенды оказываются ложью? Знал ли об этом Сет? Поэтому не злился на жену? Исида хотела Сета, а он ей отказал. История стара как мир. Он обидел ее, а она отомстила. Этой задаче богиня посвятила свою жизнь, за собой утянув всех вокруг. Столько смертей и столько горя, а все из-за того, что мужчина, которого она желала, полюбил ее сестру. Трудно поверить, и тем не менее все сходится. Исида считает себя самой красивой и, прежде всего, самой умной среди богов. Аристоям следует запереть ее вместе с Осирисом на седьмом уровне. Она слишком опасна, чтобы ее отпускать.

Исида мне не отвечает.

– Анубис, – вместо этого бархатистым голосом зовет она.

На меня наваливается тяжесть, от которой не убежать. Я даже слово выдавить не могу, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться. Бог смерти обхватывает своей лапой шею Амунет. У девочки глаза лезут из орбит, она отчаянно сражается за глоток воздуха. Я пытаюсь бороться с силой Исиды. Пробую закричать, но не выходит. Богиня лишь улыбается, питаясь нашим страхом. Рядом со мной всхлипывает Кимми. Я даже успокоить ее не могу. Будь я до сих пор обращенной, вероятно, у меня бы еще оставался шанс против богини, но сейчас – нет. А возможно, и тогда ничего не получилось бы. Взгляд Исиды буквально искрится удовольствием. Наконец она показывает свое истинное лицо.

– Милосерднее будет убить ребенка сразу, избавив ее от жизни в Дуате. Ты еще можешь сделать так, чтобы с ней ничего не случилось, – сладким голосом продолжает Исида. – Регалии полагались мне. Мне одной, но ты, глупое создание, все испортила. Я бы правила Атлантидой и людьми. С помощью их могущества творила бы великие дела.

Исида явно не поняла чего-то во всей этой ситуации. В конечном итоге это бессмертные меня использовали, а не я их. Но доводы разума не помогут мне до нее достучаться. Она безумна.

Внезапно невидимый кулак бьет меня в живот, отбрасывая назад, и я жестко падаю на камни. Хватаю ртом воздух. У меня болит каждая косточка, и все-таки я поднимаюсь.

Качая бедрами, Исида спускается по лестнице и останавливается перед Кимми.

– Мы отправили демона, чтобы он тебя привел, дорогуша. Лучше бы ты пошла с ним добровольно. – Богиня прищуривается. – Тогда мне не пришлось бы прибегать к подобным методам. Вы обе виноваты во всем, что случится в будущем.

По щекам Кимми текут слезы, она побелела как мел. Меня мутит от страха и паники.

– Это неправда! – кричу я. На меня вновь обрушивается кулак. Захрипев, я падаю.

– Ты можешь все исправить, – продолжает богиня, так далеко наклоняясь вперед, что они с Кимберли почти соприкасаются кончиками носа. Кузина обхватывает себя руками за плечи, но не отступает. – Я оставлю девочку здесь, если ты сама уйдешь со мной. Гор знает, как тебя освободить. Ему просто нужно принести мне регалии.

Только вот регалий больше нет. Они исполнили свою задачу. Исиде еще об этом неизвестно? Не колеблясь ни секунды, Кимми кивает.

– Я пойду с тобой.

Нельзя это делать. Как только Исида поймет, что никогда уже не будет править миром, она убьет кузину.

– Славно. Так и знала, что ты проявишь благоразумие. Гор всегда питал слабость к легковнушаемым женщинам. – Исида велит отпустить малышку и вместо нее хватает Кимми.