Мара Вересень – Некромантия. Задачи и упражнения (страница 63)
– Не работа, а рай, – заговорил он, заметив, что его заметили, в голосе слышалась таинственная хрипотца, то ли перепел вчера на мероприятии, то ли перепил. – Эфарелю просто нужно было завести себе толкового секретаря.
– Разве в штате отделения положен секретарь? – Ну вот кто меня за язык дергал? Промолчала бы, заскучал бы и отстал. Наверное.
– Нет, я ей сам плачу.
– Может прекратите пялиться, комиссар?
– Зачем? С утра мне хочется смотреть на красивое.
– На меня? – скептически ухмыльнулась я.
– Как вы копаете, мастер Ливиу, – выдал он, лучезарно улыбаясь. Мелькнул прижатая зубами шпажка и ярко-желтый карамельный бочок. – Очень технично и уверенно. Наверное, наставник был хороший?
Однозначно, перепил. И до сих пор еще радостный от вчерашнего. Забавно он должно быть смотрелся в смокинге на магбайке верхом.
Слишком выразительно подумала, потому что он сел, облокотившись на колени и коварно спросил:
– Хочешь, покажу?
– Я уже все видела, – брякнула я, неудержимо сползая взглядом в расстегнутый ворот, мысленно пнула себя и вернулась к вещам более приземленным, чем маленькие черные пуговки и петельки рубашки на некромантской груди.
– Уверена?
Холин не был бы Холином, если бы не подкрался со спины, овеяв меня фимиамами обожаемого им цитрусового ликера. И едва черенком лопаты в глаз не получил. Это конечно не ею же по лбу, но тоже приятного мало.
– Мар, что ты делаешь? – не выдержала я, следя, как двигаются гибкие пальцы, а им навстречу из разрытой ямы тянутся тонкие белесые нитки, почти неразличимые на свету. Под крышкой заскреблись с удвоенной силой.
– Помогаю.
Я спрашивала вовсе не о беспокойном жильце, а потому от его ответа сделалось жутковато.
– Зачем?
Его взгляд стал немного отстраненным и мечтательным, как всегда, когда он слушал не-мертвое.
– Я обещал. А сейчас хочу тебя подвезти.
– Я на работе. И мне есть на чем доехать.
– Я тоже. Вместе поедем. Ноги!
Я выскочила из ямы не задумываясь и почти в ту же секунду туда плеснуло “темным пламенем”. На самом деле, почти синим, но я еще в академии перестала задумываться над извивами фантазии создателей проклятий. Это почти тоже самое, что пульсар, только без четкой формы и с большей поражающей площадью. Запрещено к использованию рядом с живыми, вблизи единично стоящих жилых построек и в населенных пунктах.
– Холин! Крышка хлопает?
– Там был костяной червь. Так быстрее, чем службу магочистки вызывать. Но все равно вызовешь. Пусть тут все проверят. И читай примечания, это бывает куда полезнее самих правил. Идем.
– Куда?
– Кофе пить, потом на работу.
– А зарыть?
– Кастис зароет, я его вызвал.
Он шел по одному краю дорожки, я – по другому. К выходу.
Магбайк стоял у моего розового монстра. Контраст был убийственный.
– К тебе или ко мне? – и лыбится.
Не иначе у Лодвейна уроки брал – резцы наружу, конфета эта дурацкая в зубах, шутки пошлые. Или у меня мысли. И знаете, если темный вам улыбается, лучше сбежать. Сама такая.
Не знаю, сколько бы я еще думала, если бы Холин, угрожающе хрупнув конфетой, не устал ждать и не протянул мне второй шлем.
Магбайк несся над дорогой, по верху обходя другой транспорт. Я держалась за ремень. разделяющий сиденье надвое, хотя могла, и даже хотела, и почти решилась…
Мар резко затормозил и обернулся. Он не должен был слышать брата, но мог слышать меня.
– Я бы на твоем месте не рисковал, – голос звучал глухо, и я понятия не имела, о чем он сейчас, но очень хотелось думать, что о сжатых до побелевших костяшек рук на ремне и только. Он посмотрел по сторонам, – Тут тоже неплохо. Идем.
Северный район. Маленький палисадник и кафе в жилом доме, где выкупили пару крайних квартир. Совсем по-домашнему. Столики крошечные. Зеленоватый, процеженный сквозь листья свет.
– Я думала, что ты уехал.
– Я уезжал. Вернулся. Я... был уверен, что ты во 2-м Восточном, потому и согласился.
– Зачем приглашал меня танцевать?
– Не удержался. Зачем приняла приглашение?
– Не удержалась. Но это ничего не значит.
– Конечно, – кивнул он, тепло, спокойно и уверенно посмотрел мне в глаза и так же спокойно и уверенно добавил, – никогда не значило, с самого первого дня.
Протянул руку и вытащил у меня из волос каким-то чудом заблудившуюся там скрепку. Прохладные пальцы на коже. Висок, вниз по щеке, к подбородку и губам.
По краю…
Это я не могла касаться его, ему никто не запрещал. С самого первого дня.
Вот только с ним я становилась целой, а мне было нельзя.
Глава 8
Благодаря достижениям передовой магической мысли, а скорее всего, кошельку Холина, к нашему возвращению в отделение бардак строительный превратился в привычный рабочий с небольшим, помимо новой приемной, дополнением – в кабинете комиссара появилось еще одно окно. Совершенно случайно. Старший бригады смущенно чесал затылок, мямлил про отскочившую “дробилку” и клялся возместить или скастить плату за работу. Холин подвигал бровями, поглядел в открытую дверь на зал для посетителей и попросил прислать столяра и стекольщика, желательно хоббита, поскольку будущее окно собиралось быть круглым.
Ничто так не настраивает некроманта против живых, как отчеты после действий по защите этих самых живых. Четыре часа ночной беготни по палисадникам и под бумагами можно похоронить еще пару страдальцев. Благо, с появлением секретаря всякие жалобы и кляузы свалили на нее. Я, злорадно ухмыляясь, писала очередную совершенно обоснованную заявку в хозотдел. В зале кто-то ныл про полный подпол гулей. Дежурный, не Пышко, мрачный полуфей Твинк, нудным голосом посылал просителя к ловцам и в бездну, причем оба посыла интонационно ничем не отличались. Забежал Кастис, порылся в шкафчике со снарягой и снова убежал, забыв отметить в таблице на двери, что взял. Вернется, включу злобного куратора и заставлю делать переучет. Себе что ли секретаря завести? Не, столько стразиков я не вынесу.
О стразиках говоря. Оные, пусть бы и черного цвета, обнаружились на втором шлеме сзади, сложенные в руну, обозначающую половину. Холин, узревший безобразие, слегка опешил и немного смутился, будто его за просмотром пикантных картинок застали, и пояснил, что вчера попросил Лисию заказать еще один шлем и особо не рассматривал, что принес посыльный.
Прошло всего несколько дней, а секретарша была буквально везде. Щебечущий голос любительницы блестяшек раздражал сильнее, чем беспричинные вопли жалобщиков. Она постоянно улыбалась! Как в этих дурацких книжках по корпоративной психологии и социальной адаптации пишут. А жуткие каблуки? Как упыриные когти по каменному полу склепа, руки сами “битой” складывались. Если подбежит со спины могу и вломить на рефлексах, особенно спросонья. Цок-цок-цок, ля-ля-ля, комиссар Холин, цок-цок-цок, сю-сю-сю, комиссар Холин. И задом виляет, как эти волоокие из Кисейного квартала. Хрусь… Карандаши и то не выдерживают, не то что нервы.
Стряхнула бренные останки в урну и потянулась за новым. Цок-цок-цок, дверь открылась. Она научится стучать или мне на ручку персональный “почесун” повесить. Вдруг я тут с… женихом! А она вламывается.
– Мастер Ливиу, комиссар Холин…
А как она это “хо” протягивает и глазки мечтательно в потолок.
– …комиссар…
Хрусть
– …Хооолин…
Так, а вот когти уже лишнее. Что за напасть? Ведь нормальная же девчонка, если объективно смотреть, но бесит!
– …просил напомнить про отчет, а еще к вам посетитель.
– Все заявки, кроме непосредственно угрожающих жизни, в порядке очереди. Дежурный на входе и журнал в помощь.