Мара Вересень – Некромантия. Практическое пособие (страница 31)
— Мастер Холин, долго еще идти?
— До кладбища, там и прикопаешь.
— Кого?
— Их, — некромант кивнул на лошадок, плотоядно поглядывающих в мою сторону. Ближайшая вон и слюни попустила, но вожак стаи сигнала для трапезы не давал, и они не смели.
— Всех? — я вытаращилась на Холина в священном ужасе, даже его вид не пугал меня так, как перспектива рыть яму для четырех полноразмерных лошадей.
— Одну — обязательно.
— Да почему? — взвыла я.
— Считай, что меня чрезвычайно расстроило падение в рейтинге от ужасно привлекательного до просто страшного.
— Вы нормальный?
— Вообще или сейчас? — голос звучал иначе, неуловимое движение и Холин оказался рядом, тень под его ногами — подвижный сгусток мрака, шея выгнулась под неестественным для человека углом, а пряди черными змеями извивались от ветра с
Меня пробрало дрожью и… трепетом. Да, это нужное слово. Я трепещу. И не смею отвести взгляд от его лица. И вряд ли Холина сейчас можно в полной мере считать нормальным и в полной мере человеком. Некроманты вне категории, стоящие одной ногой за гранью, не люди, вернее, не только люди. Он протянул мне руку с проступающими сквозь кожу и светящимися синим фалангами костей, на безымянном пальце медленно в такт биению измененного сердца пульсировал зеленым камень-артефакт. Я коснулась ладони. Синяя молния выстрелила вверх и в землю, словно дерево проросло сквозь наши руки снизу и устремилось в небо. Я вдохнула, как перед прыжком в воду или как перед мигом слияния в тандеме. Холин не просил войти, я и так чувствовала его краем сознания.
— Сейчас. Нравлюсь?
— Очень, — честно ответила я, он знал, что я не вру, а я знала, что он знает. Я ждала… не знаю, чего, но ничего не случилось. Жаль. Зачем ему вообще надо было…
— Что ж, можно и не идти к самой ограде, здесь тоже неплохо, — проговорил куратор, стряхивая мою руку и отступая. Выглядел он уже практически, как обычно, разве что глаза синим отсвечивали. — Можешь начинать. Первую зароешь со всеми положенными для зомби мероприятиями, на остальных потренируешь “тлен”, который я так от тебя ни разу и не увидел.
— Глядь, как вы здорово придумали! — буркнула я, с хрустом вогнала лезвие лопаты в дерн, сложила пальцы щепотью и шарахнула в ближайшую зомболошадь ожидаемым “тленом” и жгучей обидой на мастера, который развел меня на откровенность и… И все!
Тварь закатила зенки и рухнула. Три другие тоже.
— …! Тьма изначальная! — Холин шарахнулся в сторону кашляя и зажимая нос одной рукой, а второй вслепую искал по кармашкам на поясе фильтры для носа. Как там гномка говорила? До слезы? Она не нюхала это! Я прятала нос в сгибе локтя и тоже искала фильтры. Нашла, еще и зелья отхлебнула. Того самого, чтоб обоняние отбивать. Я запасливая. Стало легче.
Вонь можно было увидеть, если бы я рискнула открыть слезящиеся глаза. Пошарила рукой, нашла лопату и схватилась за нее, как за руку помощи. Рука, впрочем, тоже нашлась. Только сцапала она меня и, кажется, так же не глядя, как я лопату. Но покидающие мой затылок волосы были сейчас меньшим из бед. Холин что-то раздраженно колданул и источник накрыло сферой. Полностью вонь не отсекло — коварные частицы умудрялись проникать даже через магический барьер. Мы с мастером стояли метрах в пяти от купола и наблюдали, как туши стремительно превращаются лужи.
— Я случайно, — обреченно выдала я, совсем не надеясь, что объяснение примут, но молчащий Холин был страшнее Холина ругающегося.
— У тебя все случайно, только с завидным постоянством.
Покосилась на некроманта: морда каменная, губы в щель, брови сдвинул, а на лбу заглавными буквами и бегущей строкой нецензурное. Слова цедит по три капли…
— Это что?
— “Тлен”, мастер Холин, как вы и просили.
Он прикрыл глаза, вздохнул, поднял лицо вверх, как будто чувствовал кожей лунный свет и ему было приятно. Посмотрел.
— Переменная по массе, переменная по типу материи объекта, локализация воздействия. Это ваши ошибки, стажер Ливиу. Магмат сознательно прогуливали или просто природная неспособность к вычислениям?
— Вы же сами про интуицию говорили…
— Самонадеянность, помноженная на дурь — не интуиция.
— Невозможно учесть все и сразу!
— Все — нет, но многое. Поэтому, когда вы вкладываете силу, вы должны четко понимать, что собираетесь делать, как это будет происходить, и к каким последствиям может привести. А также принимать во внимание место и время воздействия, ваше настроение, состояние вашего тела, фазу лунного цикла, гуля под кустом смородины и степень раздражения куратора по практике.
Последнее он прошипел мне в лицо и сквозь кожу местами просвечивали абрисы боевой формы — все-таки взбесила. Руки Холин держал в карманах, наверное, чтоб меня нечаянно не придушить. Сердце кувыркнулось и комом застряло в горле.
— Идите… идите домой, Митика.
Я и пошла. Недалеко. На пару шагов. Уселась на комковатую жесткую траву и уткнулась носом в коленки.
— Мастер Холин… Я правда такая безнадежная дура?
Отчаянно хотелось порыдать. Главное, чтоб никто утешать не стал, тогда не разревусь. У меня так всегда, стоит кому-то проявить сочувствие в тяжелый момент — и я тут же в три ручья. Но пока не жалеют — нормально, переживу.
— Нет, не дура, просто это ваше урезанное академическое образование мало как к реальности соотносится. Я бываю груб и, наверное, жесток, но не потому, что негативно отношусь лично к вам… Просто не всегда рядом будет кто-то, кто поможет, подскажет и направит. Поэтому намотала со… шнурки на кулак, встала и пошла исправлять. С… стажер, мать твоя темный маг.
— У меня мама, между прочим, герой, — огрызнулась я, чувствуя, как тает в груди горький ком.
— Тем более, нечего героическую родню позорить.
— А сами?
— Поумничай еще. Лопату взяла и вперед.
— Да зачем лопату!? Чего тут рыть?
— Физический труд хорошо мозги прочищает.
Да, мастер Холин, как скажете, мастер Холин… и далее по тексту, все всё помнят, вот только я поймала себя на том, что губы мои разъезжаются в довольной улыбке.
Глава 8
Мы вернулись в отделение после полуночи. Я была почти на нуле. Сначала распутывала воздушный купол, который Холин над моим позорищем воздвиг, потом ликвидировала само позорище. Мастер заставил помимо стандартного запирающего контура еще один чертить. Два раза пересчитывала и раза три перерисовывала. Вывозилась в пыли по уши. У кладбища Холин в отделение позвонил и нас забрал патрульный магмобиль. Я мечтала прикорнуть хоть у некроманта на столе, хоть у демона на рогах, проснулась же сегодня в несусветную рань, но мне не дали. Холин сел за стол отчет писать и меня усадил — подоконник был достаточно широк и вполне сгодился, как второй стол. Мастер в силу опыта справился раньше. Можно было перебраться на его место, но мне было лениво и сонно, а страницы дневника, которые терпели мои творческие потуги, казались такими удобными…
По моим ощущениям прошло около часа. Холин и Пышко мирно бухтели за стенкой и, наверняка, чаи гоняли. Говорили интересное.
— Как Гарпия-то? Справляется?
— Настырная, сильная, дури только много.
— Зато смелая и соображает быстро. Мальчишку тогда вон в два счета разговорила и про гончих, и про мертвого.
— И полезла с голой ж…
— По заявке 14-3к пустышка, отбой, — прохрипел искаженный голос из магфона на столе хоббита.
— Можно подумать, ты бы не полез, — как ни в чем ни бывало продолжал Подхолмс.
— Так то я.
— Так не было тебя тут, а там еще живые могли быть. Девчонка же, жалостливая. Ты бы помягче с ней, что ли.
— Нельзя в нашем деле помягче, а излишняя жалость может стоить жизни. Головой думать надо было, прежде чем профессию выбирать. Мать у нее, видите ли…
Помолчали.
— Подхолмс, ты же у нас, вроде, языковед. Подтверди догадку. Не дома ли Фалмари вензель на кулоне?
— Где взял?
— На столе у себя нашел, — хмыкнул Холин.
— Не лез бы ты, инквизиция не Эфарель, что пошипит и успокоится.
— Поздно, меня уже влезли и вагон бумаг подписать заставили. Трое пропавших старшей крови.
— Писали же пять…
— Чушь. Двое полукровки и этот вот, третий, — некромант, кажется, постучал пальцем по кулону, — несколько поколений никаких посторонних кровей, молодой совсем. Был. И сейчас есть,
— Особенно стажерка, — заржал Подхолмс. — Не нравится, ага.
— Помнишь, откуда я ее привез?
— Мало ли у кого какие причины по кладбищам шастать, вон твоя клиентка постоянная вообще живет напротив. А, ядрен-батон! Я зачем тебя звал. Гнома эта кой-чего рассказала. Не для протокола, но я на запись надавить успел. Как раз про тот день, как ты гарпию притащил.