Мара Гааг – Порубежная наизнанку (страница 2)

– Ты с Сережей в школе говорила? Экскурсию у пятого «В» перенесли на вечер, а папа позвонил и сказал, что сегодня останется на работе. Кажется, это с перезапуском электростанции связано. Так что дети пообедают в школе, погуляют под присмотром учителя, и только потом пойдут на завод.

– Ну и что? – Тамара со вздохом остановилась. – Я-то тут причем? Наш класс на этой экскурсии уже был.

– Ты же знаешь, Сережа боится ходить один. – Упрекнула ее мама. – Я собиралась его встретить, а потом на работу. Всего на пару часов. Грузовик с товаром придет, надо все убрать в холодильник. Но раз экскурсию перенесли, я не успею.

– Понятно! – протянула Тамара, закатывая глаза. – Опять мне за ним идти.

– Пожалуйста, дочка. Сереже сложно после того случая, но все быстро пройдет, если мы все будем ласковыми и внимательными.

После того случая! Тамара едва сдержалась, чтобы не фыркнуть снова. Подумаешь, собака укусила. Совсем чуть-чуть, даже крови почти не было. И хозяин собаки быстро прибежал, и мама с папой поблизости оказались. Вообще ничего страшного не произошло! Но родители вели себя так, как будто младший брат получил настоящую травму. А Тамара считала, что надо наоборот, заставить его пару раз пройтись по улице самому, чтобы больше не боялся. Но мама была неумолима.

– Ладно. – Проворчала Тамара. – Так и быть, схожу за маленьким трусишкой.

– Тамара! – одернула мама, но девочка уже нырнула в комнату и захлопнула дверь.

Плеер лежал на столе, там, где она его оставила. Паука на дисплее не обнаружилось. Тамара с облегчением выдохнула, потом подцепила наушники пальцем и потянула на себя – на случай, если паук спрятался где-то поблизости. Но гадкое создание больше не показалось.

Надеясь, что позже не обнаружит его потом у себя на подушке – от мысли передернуло – Тамара взяла плеер и надела наушники. Быстро перекусив на ходу, отправилась в сад, чтобы спрятаться в своем тайном месте.

– Экскурсия закончится в девять! – крикнула мама ей вслед. – В девять, слышишь, Тамара? Так что долго не гуляй!

– Слышу я. – Проворчала Тамара, постучав пальцем по наушнику. – В девять так в девять.

У домика в саду она внимательно огляделась, не подсматривает ли кто. Потом вошла внутрь, открыла деревянный люк в полу. Щелкнула тумблером на стене – лампа на потолке загорелась – закрыла за собой люк и спустилась по ступенькам.

За последний год Тамара успела натащить в убежище всяких вещей, для красоты и удобства. Криво сколоченную из досок скамью прикрыла диванными подушками (мама долго недоумевала, куда же они делись, но в конце концов купила домой новые), по стенам развесила яркие плакаты с фотографиями музыкальных групп, и открытки с видами городов, где мечтала побывать. На нижней ступеньке стоял старый круглый будильник, чтобы следить за временем. Его Тамара забрала из школы, где он грустил, всеми забытый, в кладовке уборщицы. Звонок у него давно не работал, и стрелки пару раз в неделю приходилось подводить, чтобы не отставали, но Тамаре все равно нравилось, что он здесь.

Но самым главным сокровищем была гитара. Точнее, ее макет, старательно вырезанный из картона и раскрашенный гуашью. Гитара стояла в центре бункера, прислоненная к стене, и уже этим летом Тамара рассчитывала повесить ее на стену, как картину. А на освободившееся место ставить настоящую, когда папа с мамой подарят. По крайней мере, она надеялась, что подарят.

Тамара прибавила громкость плеера, взяла картонную гитару в руки и изобразила залихватское соло, любуясь собой в зеркале. Впечатление портила только школьная форма – белая рубашка и сарафан в синюю клетку. Вот бы вместо нее что-нибудь черное, с блестками! И модельную стрижку, и ботинки на платформе! Может, тоже попросить у родителей на день рождения? В конце концов, летом ей исполнится четырнадцать. Подходящий возраст, чтобы сменить стиль и прическу!

Песни в наушниках сменялись одна другой, и Тамара так увлеклась, что даже устала. А когда решила выпустить из рук гитару и присесть, обнаружила, что скамейка под ней дрожит.

От удивления Тамара сразу сняла наушники. Пол, стены и потолок бункера глухо гудели, как будто снаружи работал гигантский пылесос. Приложив руку к бетону, Тамара почувствовала вибрацию. Лампа под потолком замигала. На мгновение бункер погрузился в темноту.

«Что это, землетрясение?» – подумала девочка, но даже не успела испугаться: шум внезапно смолк, и дрожь в стенах исчезла вместе с ним. Лампа, как ни в чем не бывало, снова ярко светила.

Тамара помотала головой, прогоняя звон в ушах. Голова немного кружилась, а ноги устали после танцев перед зеркалом. «Перестаралась. Наверное, не стоило слушать музыку в наушниках так громко», – подумала она, а потом взглянула на часы. Стрелки показывали четверть десятого.

– Ой! – спохватилась Тамара, вспомнив, что обещала маме встретить Сережу после экскурсии. Вскочила, сунула плеер в карман, быстро поднялась по ступенькам и захлопнула люк.

В саду было тихо, свет в доме не горел. Мама, как и собиралась, уже ушла на работу принимать товар. «Неужели нельзя разобрать завтра?» – сердито думала Тамара, пока бежала по улице. – «Подумаешь, важность какая».

Тамара, конечно, понимала, что мамина работа очень важна для Порубежной. Если вовремя не привезти продукты, жители останутся без молока и хлеба к завтраку. Ведь завод, на котором работает папа, это охраняемый научный объект, посторонним в поселок нельзя. Поэтому здесь и нет супермаркетов, только организованные местными жителями магазины и аптека. Конечно, можно раз в неделю ездить в большой город поблизости и там покупать все, что нужно. Но так гораздо удобнее, да и мама довольна работой.

На самом деле в Порубежной был еще один продуктовый павильон – маленький зеленый вагончик на перекрестке, где продавали фрукты и овощи. Но яблоками сыт не будешь, поэтому и нужен был мамин магазин.

Тамара запыхалась от бега и остановилась передохнуть. А заодно подумать, как проскользнуть незамеченной мимо стеклянных стен маминого магазина – вот он впереди, светится, как елочная игрушка, в наступающих сумерках. Потом нужно будет уговорить Сережу не ябедничать. Что-нибудь пообещать за молчание, только придумать, что именно.

Тамара попыталась обойти магазин с тыла, но мама ее все равно заметила. Помахала через стекло, потом поманила пальцем.

– Ну все. – Пробормотала Тамара. – Сейчас начнется.

Девочка понуро вошла, готовая выслушать упреки в том, какая она невнимательная сестра и непослушная дочь. Но вместо этого мама, улыбаясь, протянула ей картонную коробочку с питьевым йогуртом:

–Ты же такой любишь? Смотри, с новыми вкусами привезли. Малина и мята. Мне кажется, это интересное сочетание, попробуй!

Ничего не понимая, Тамара взяла коробочку:

– Слушай, мам, я успею. Наверняка Сережа последним с завода выйдет. Ты же знаешь, как он любит рассматривать все эти научные штуки.

– Кто? – равнодушно спросила мама и отвернулась, чтобы достать еще одну порцию йогуртов и переставить в холодильник.

– Сережа. – Осторожно повторила Тамара.

– Одноклассник твой, что ли? – мама нахмурилась, потому что от одной коробочки отвалилась запечатанная в пакет соломинка. – Что-то не припомню в твоем классе никакого Сережу. И куда вы собрались на ночь глядя? Я, конечно, понимаю, что здесь подросткам скучно, но, может, все-таки перенесете свои встречи на светлое время суток?

– Мам? – Тамара встревоженно вгляделась в мамино лицо.

– Помоги мне, а? – рассеянно сказала мама, перебирая йогурты. – А потом вместе домой пойдем. Торопиться некуда. Папа звонил, сказал, что скорее всего на ночь останется. Какой-то прибор у них там барахлит… С этим ускорителем частиц у инженеров столько мороки!

– А как же Сережа, мам? – не поверила Тамара своим ушам.

– Завтра встретишься со своим Сережей. – Мама подвинула к ней запечатанную коробку и протянула ножницы. – Давай, помоги. Я не такой фанат дела, как папа, и ночевать на работе не хочу.

Глава 3.

Сережа не вернулся домой, а мама как будто этого не заметила. Всю ночь Тамара не сомкнула глаз. Только к утру задремала, но тут же подскочила, услышав, как хлопнула входная дверь, и побежала в прихожую.

У папы были красные глаза и бледное лицо. Тамара никогда не видела его таким поникшим и усталым. При виде дочери он сделал попытку улыбнуться, но краешки губ только нервно дернулись.

– Я тебя разбудил? Извини. Дверь от сквозняка хлопает. Надо закрывать на ночь форточки.

– Что-то случилось? – в лоб спросила его Тамара.

Папа пожал плечами:

– В работе ученого бывают не только важные открытия, но и сложности. Пришлось всю ночь возиться с ускорителем частиц. Я очень устал.

– Я про Сережу, пап. – Тамара перешла на шепот. – Где он? Почему мама про него не помнит?

Папа побледнел еще сильнее. Потом схватил Тамару за руку и сильно сжал:

– А ты помнишь? Почему? Где ты была вчера в девять вечера?

– Я… – Тамара ойкнула и вырвалась, испуганно посмотрела на отца. – Я музыку слушала…

– Где?

– В убежище… в саду, там… – Девочка кивнула в сторону выходящего в сад окна.

Папа тоже посмотрел в окно, потом снова на дочь:

– Ты нашла бункер? Пряталась там?

– Ну да. – Скрывать тайное место теперь не было смысла. – Я давно его нашла, иногда сижу там и музыку слушаю. Вот и вчера…