Мара Евгеника – Измена. Просто так не сдамся (страница 3)
Языком поглаживаю его по сторонам. Чувствую, каждую венку и то, как он скользит между нёбом и языком.
Потом широкими движениями облизываю весь, как леденец.
Глажу и касаюсь натянутой уздечки, пробегаю по короне и гладкому, как атлас, куполу.
После кончик моего языка, быстро-быстро двигаясь из стороны в сторону, летает, словно бабочка, по всему стволу.
От того, что делаю, возбудившись, вхожу в раж и наращиваю темп.
Мои руки одновременно со ртом скользят по плоти и тестикулам мужа.
Юрочка полулежит на диване, закрыв глаза, гладит меня по волосам и тихо постанывает от наслаждения и ожидания.
Мне нравится, что сейчас в эту минуту, он весь МОЙ! У моих губ, под моим руками, под моим шаловливым языком.
Муж резко подается мне навстречу.
Мои губы из нежных и мягких становятся упругим кольцом, скользящим по всему стволу.
Пальцы Юры впиваются в мою голову и плечи. Он выгибается.
Чувствую, как в мой рот, пульсируя, бьет вязкая солоноватая струя.
Муж кончая, стонет, запрокинув голову, а я с наслаждением любуюсь своим мужчиной.
Находясь в состоянии эйфории, кладу голову на его бедро.
От удовольствия на несколько минут прикрываю глаза. И мысленно, как мантру, произношу фразу Ренаты Литвиновой, ставшую уже афоризмом: “Я летаю! Я в раю!”
Сквозь марево слышу голос мужа:
- Вот я - Юрка-шкурка, так увлекся, что оставил двух своих девочек без сладкого, - говоря, Юра опять мягко гладит меня по волосам и нежно целует.
Лениво улыбаясь, смотрю в мои любимые синие глаза. Снова шаловливо морщу нос и показываю мужу кончик языка.
- Ну-ка, ну-ка, - смеется Юрка. - Сделай еще раз так.
Делаю, как просит муж. И он сразу же захватывает мой язык в плен, посасывая его и покусывая. Но…
Тут раздается звонок его телефона. Юра, отрываясь от меня, принимает вызов.
- Да. Спасибо. Понял, - отвечает он быстро и обращается ко мне, поясняя. - Рыжулик, мы стоим на министерской стоянке. Через десять минут начинается совещание. Помоги мне привести себя в порядок.
Фыркая, достаю из кармана сидения влажные салфетки, которые по-моему требованию всегда находятся в салоне автомобиля.
Сама вытираю мужу его плоть и в завершение чмокаю слегка понурова красавца.
- Все! Спят усталые игрушки. Хоботок, воткнув в подушку, - шучу, целуя ладонь мужа, которой он прикасается к моему лицу.
- Проказница моя! Шалунья любимая! Хоботок вечером обязательно покажет тебе по полной программе свою любовь, - зеркалит муж мои интонации. - Не задерживайся, пожалуйста, сегодня. Дам задание помощнику, сделать заказ для легкого романтического ужина. Сначала покуражимся телесно, а потом порадуем себя разными гастрономическими изысками под коллекционный алкоголь. Как тебе мое предложение, жена моя?
- Предложение отличное, муж мой. Беги уже, а то будешь опоздуном. И тебя пожурят. И финансирование урежут…
- Ну, это вряд ли. Но все же есть правда в твоих словах, потому что опаздывать зело, как некрасиво, - шепчет муж мне прямо в губы. - Все, ведьмачка - рыжульная, я побежал. Пиши. Звони. На связи.
Если бы каждый из нас мог знать, что случится в этот день, то вероятно, мы бы оба предпочли провести время до самого вечера в объятиях друг друга…
Глава 3
Попрощавшись с мужем, в галерею еду в прекрасном настроении под блюзовое сопровождение.
Вспоминаю как я семнадцатилетней девчонкой случайно налетела в коридоре строительного института на блондинистого атлета с лицом богатыря Алеши Поповича.
Он, роняя рулоны чертежей, успел поймать меня в свои крепкие объятия и вот уже двадцать семь лет не выпускает из них.
В строительный институт я не прошла по набранным баллам. И в день, когда собрала вещи, чтобы возвращаться в свой рабочий поселок, примчался Юрка.
- Юлька, не дури с отъездом. Мне тетка сказала, что в институте культуры недобор. Ты можешь поступить пока в него, а на следующий год переведешься в строительный. Короче, я тебя не отпускаю, - выдрав из моих рук вещи, решительно заявил Шацкий.
На мой вопрос: “Почему?” - Юрка ответил просто: “Сдохну без тебя, рыжуля!”
Тогда между нами еще ничего не было, кроме редких поцелуев и ночных прогулок. Юрка до моего восемнадцатилетия относился ко мне очень трепетно.
После его празднования сделал мне предложение.
Сыграв свадьбу год мы жили у его тетки в комнате, где по стене окна стояла односпальная кровать и тумбочка. От края кровати до двери оставалось всего сантиметров тридцать.
Нам большая площадь особо и не нужна была.
Днем мы учились. Юра заканчивал институт, а я усиленно трудилась на зачетку.
Вечерами мы работали. Юрчик занимался чертежами, а я помогала преподавателю в обработке его научных статей.
Ну, а ночами мы любили друг друга до изнеможения. К выпуску Юрки из института налюбили нашу Дашку. До декрета я училась. Потом взяла академ и поехала к мужу на стройку.
Жить нам пришлось в теплом вагончике, а новорожденную малышку вместо кроватки мы положили в раскрытый чемодан. Отсутствие нормальных жилищных условий нам не мешало совсем.
После академки я перешла на заочку. Во время сессий жила с малышкой у Юркиной тетки.
На последних курсах дочка оставалась с мужем. Отцом Юрочка оказался отличным. Ему я могла доверять на тысячу процентов.
По разным стройкам нас мотало лет пять. Дашка поменяла много детских садов. Бытовые вопросы и постоянные переезды нам нисколько не мешали.
Сейчас мне даже кажется, что наоборот они сплотили нас еще больше.
И только потому, что у нас было самое главное - ЛЮБОВЬ и стремление Юры сделать нашу жизнь лучше.
Даже при небольших доходах он умудрялся меня и Дашку баловать разными вкусностями и подарками.
Лучше мы стали жить, когда Юре предложили работу в Москве. Тогда стройтрест выделил нам однокомнатную квартиру, в которой мы радовались, как дети Деду Морозу.
Через несколько лет Юрка попал в нужное место и к нужным людям. Вместе с ними у мужа появился свой бизнес и деньги, а у нашей семьи большая трехкомнатная квартира.
Юркин бизнес достаточно быстро основательно встал на ноги.
Через семь лет муж перевез нас в свой дом. Незадолго до свадьбы дочери на мое сорокалетие любимый подарил мне помещение под галерею.
Когда кто-то говорит, что благополучие это деньги, я всегда мысленно благодарю высшие силы за Юрочку.
Потому как знаю точно: мой муж - это и есть мое благополучие.
Думаете, я играю понятиями или просто выбрала для себя удобную позицию? Нет…
Ничего подобно. Я искренне люблю и уважаю своего мужа. Горжусь им как человеком слова и дела. И рада, что за все годы совместной жизни он ни разу не дал мне ни малейшего повода сомневаться в себе.
- Да, милый. Все получила. Распаковала, как ты и велел, в присутствии сотрудников транспортной компании и страхового агента. - с нежностью в голосе отвечаю на звонок мужа, смотря на коллаж наших семейных фотографий на моем столе. - Под актом описи все расписались. Ну, что ты, любимый мой, я не воспринимаю твои слова, как контроль. Конечно же, понимаю, что это опека и забота. Не переживай. Как у тебя дела, милый?
Пока Юрочка коротко рассказывает о совещании в Минстрое, я раскладываю документы по папкам и отправлю в полиграфическую компанию тексты для адресных приглашений, буклетов и рекламных проспектов.
- Рыжуль, я сейчас еду на встречу с одним важным для меня человеком.
- Угу! Наш ужин отменяется и переносится на другой день. Я правильно поняла, любимый? - уточняю, потому что мне тоже хочется немного задержаться в галерее, чтобы самой принять новые витрины для китайских экспонатов, которые привезут чуть позже обещанного времени.
- Юлек, если встреча подзатянется, то я предупрежу. Но…Задерживаться не планировал…
Пощебетав еще немного, мы с мужем прощаемся до встречи дома.
После разговора с Юрой иду в запасник, где стоят в ящиках в ожидании витрин экспонаты китайской галереи.