Манна Небесная – Любовь не знает гравитации (страница 5)
Распечатка маршрута (Байконур -> Мир-2 -> Вернадский -> Точка X).
Одежда
Джинсы (1 шт., синие).
Свитер (1 шт., серый/растянутый).
Футболки (2 шт., белые/серые).
Носки (3 пары + 1 запасная дырявая).
Плавки (!) (сделать пометку купить).
Нижнее бельё (5 комплектов).
Ботинки «Старт-Комфорт»
Гигиена
Зубная щётка («Ультра-Чистота»).
Зубная паста («Лунный Жемчуг»).
Дезодорант («Космическая свежесть»).
Гель для душа («Озоновый»).
Шампунь («Невесомость»).
Бритва (одноразовая).
Полотенце из микрофибры (сделать пометку купить).
Рабочие принадлежности
Планшет старый (главное)!
Планшет новый (выдан институтом).
Кабели питания (3 шт., разной длины).
Блокнот бумажный + ручка (главное)!
Журналы наблюдений (выбрать самые важные 5 штук из 50).
Книга Хокинга (для вдохновения).
Кофе турка + пачка кофе (для выживания).
Аптечка
Таблетки от космической болезни (купить срочно)!
Обезболивающее («Спазмогон»).
Пластыри бактерицидные (упаковка).
Антисептик гель («Стерил»).
Прочее
Зарядное устройство универсальное («Галактика-Про»).
Наушники шумоподавляющие (чтобы не слышать караоке).
Очки дополненной реальности (для работы).
Попытаться поспать.
08:00 Выход из дома
10:00 Вылет
Список выглядел логично. Теперь дело пошло быстрее.
Игорь ещё раз осмотрел свой кабинет, убедился, что всё необходимое запихнул в рюкзак, и вызвал такси.
***
Он отправился в ближайший гипермаркет «Всё для космоса». Там он купил первые попавшиеся плавки кислотно-зелёного цвета с надписью «Я люблю Юпитер», полотенце из микрофибры размером с носовой платок и огромную упаковку таблеток от тошноты «Космостоп». Продавец посмотрел на него странно: обычно туристы покупали это всё заранее и выбирали более стильные вещи для орбитальных вечеринок.
Вернувшись домой с пакетами покупок, Игорь действовал как робот:
Он проверил документы десять раз подряд, боясь потерять билет стоимостью как половина его годовой зарплаты лаборанта.
При сборе одежды Игорь понял страшную вещь: его рюкзак больше не закрывается. Молния застряла где-то посередине между свитером и пачкой кофе. Он пытался применить метод сжатия пространства-времени — то есть просто утрамбовывал всё ногой, но рюкзак грозился умереть.
Пришлось применить научный подход к упаковке:
Теорема Ветрова о сжатии материи: если объект А (рюкзак) имеет конечный объём V, а набор объектов Б (вещи) имеет суммарный объём V > V, то при приложении силы F > F молния объекта А перейдёт в состояние суперпозиции «открыто/закрыто».
После пятнадцати минут борьбы со строптивой молнией рюкзак всё-таки застегнулся ценой погнутого язычка замка. Теперь он напоминал беременного ежа-мутанта из старых комиксов.
В 23:00 курьер привёз еду из веганского кафе. Игорь, не чувствуя ни малейшего аппетита, открыл контейнер. Внутри лежал бургер с синтетической котлетой, по текстуре напоминавшей резину, и порция салата с незнакомыми проростками. Запах был нейтральным, почти стерильным. Он съел всё это без удовольствия, механически пережёвывая пищу и запивая её водой из фильтра, которую налил в бутылку из-под минералки. Вкус синтетического мяса вызывал у него лёгкую тошноту даже без космической болезни, и он с трудом заставил себя проглотить последний кусок.
В 23:10 он лёг в кровать, надеясь, что усталость возьмёт своё. Это была плохая идея. Сон пришёл, но был беспокойным и прерывистым. Ему снились гигантские танцполы, парящие в кольцах Сатурна, где толпа людей в скафандрах двигалась в невесомости под неоновый свет. В центре зала стоял Пётр Семёнович и с ехидной улыбкой протягивал ему микрофон, заставляя петь караоке песню про чёрные дыры под дабстеп-ремикс Чайковского.
***
Проснулся Игорь резко, весь мокрый от пота, за полчаса до выхода из дома. Коммуникатор на стене мигал синим светом: 07:30 среда, 23 июля. До вылета оставалось чуть больше двух часов.
Он с трудом поднялся с кровати и поплёлся в ванную. Душ был его единственным спасением. Игорь включил воду на максимум — контрастный режим, чтобы взбодриться. Ледяные струи сменялись обжигающе горячими, возвращая его к реальности. Он долго стоял под душем, смывая остатки кошмара и липкий пот бессонной ночи.
Завтрак был таким же безрадостным, как и ужин. На кухне Игорь открыл холодильник: внутри сиротливо лежал пакет с замороженными ягодами и пачка овсяного молока с истёкшим сроком годности. Он высыпал горсть ягод в миску, залил их молоком и поставил в микроволновку на минуту. Получилась тёплая, безвкусная каша. Он ел её стоя у окна, глядя на спящий город внизу.
Затем Игорь посмотрел на своё отражение в зеркальной панели умного дома. Из зеркала на него глядел худой мужчина лет тридцати пяти с растрёпанными тёмными волосами и глубокими кругами под серо-голубыми глазами — следами недосыпа и паники. На нём был старый, растянутый свитер крупной вязки, который он носил уже несколько лет. За спиной висел огромный рюкзак-монстр, набитый всем необходимым для полёта.
«Приведите себя в порядок», — вспомнил он слова директора, сказанные тогда в кабинете.
Ну-ну...
Он вздохнул ещё разок для храбрости, поправил лямку рюкзака и вышел из квартиры навстречу неизвестности космического туризма класса люкс-трэш.
Игорь вышел из подъезда и поёжился от утренней прохлады. Город только просыпался, но на парковке уже ждал его заказанный аэротакси — небольшой беспилотный вертолёт с логотипом службы перевозок. Игорь забросил свой огромный рюкзак на заднее сиденье, а сам сел впереди. Дверь с мягким шипением закрылась, и машина плавно поднялась в воздух, встраиваясь в общий поток летящего транспорта.
Путь лежал на окраину мегаполиса, где располагался частный космодром «Восток». Внизу проплывали жилые кварталы, парки, магистрали, по которым уже тянулись первые пробки. Игорь смотрел в окно, стараясь не думать о предстоящем полёте. В коммуникаторе мигало уведомление: «До старта корабля "Заря-7" — 1 час 40 минут. Не забудьте пройти регистрацию».
Совсем скоро его ждало путешествие к звёздам — или, по крайней мере, к границе космоса.
Глава 3
***
Терминал «Восток» напоминал гигантский улей, в который кто-то запустил стаю светлячков. Воздух гудел от многоязычного гомона, смеха, гула автоматических погрузчиков и мелодичных сигналов систем навигации. Это был не просто вокзал — это был портал в мечту. Стеклянные стены высотой в несколько десятков этажей открывали вид на взлётно-посадочное поле, где, словно фантастические цветы, распустились межпланетные лайнеры. Их зеркальные обшивки отражали рассветное солнце, и казалось, что на поле приземлились десятки маленьких солнц. Между лайнерами бесшумно скользили антигравитационные капсулы с пассажирами, а по прозрачным трубам вакуумных поездов проносились серебристые вагоны, соединяющие терминалы. На фасаде здания мерцали огромные голографические табло с маршрутами: «Марс — Гесперийский залив», «Венера — Афродитополь», «Титан — Ксанаду». Над полем парили автономные дроны-ассистенты, а роботы-погрузчики с мягким светом индикаторов перегружали контейнеры с криогенными капсулами и редкоземельными минералами. В воздухе висели тонкие световые нити — это были персональные навигационные лучи, ведущие каждого пассажира к его посадочному шлюзу. Вдали виднелись стартовые платформы для суборбитальных челноков, а на горизонте медленно поднимался орбитальный лифт, связывающий Землю с космической станцией.
***
В 8-45 Маша стояла у стойки регистрации «КосмоТур-Про», чувствуя себя дирижёром огромного оркестра. Вокруг неё суетились туристы: кто-то проверял зарядные блоки для скафандров, кто-то нервно допивал последний на Земле кофе, а группа подростков из Новосибирска уже успела поспорить, чья голограмма будет круче смотреться на фоне колец Сатурна. Маша улыбалась им профессиональной, отрепетированной улыбкой, но внутри у неё всё сжималось от волнения. Это был её первый самостоятельный тур. Её экзамен.