Мальвина Гайворонская – Одаренная девочка и прочие неприятности (страница 15)

– Замечу, «натравилась» дама совершенно самостоятельно. Моей задачей было лишь обезопасить жизнь моей воспитанницы.

– Обезопасил, ничего не скажешь, – ДТП скривился. – Чем самому разобраться сейчас, пусть она потом в одиночку разгребает, что ли?

– Замечу, что «самому разобраться», как вы изволили выразиться, сейчас было решительно невозможно. Полагаю, вы успели оценить упрямство Татьяны, как и ее поистине неземную целеустремленность. Несмертельная схватка ее бы даже не замедлила. А более… кардинальное решение вопроса спровоцировало бы не что иное, как не менее кардинальные меры со стороны патриарха вампиров. В отличие от пусть и смертоносной, но все-таки одинокой русалки, это явно не тот враг, которого я желал бы подарить своей воспитаннице.

– А без врагов никак нельзя?

– К сожалению, ее образ жизни к этому не располагает. – Пень наигранно вздохнул. – Собственно, вчерашний день был яркой иллюстрацией ее типичного времяпрепровождения, ну разве что уроки в перерывах между погонями делать не пришлось. Кстати, как у вас с логарифмами?

– При чем тут это?

Александр печально покачал головой:

– По моим сведениям, сударыня с ними не справляется, а искать репетитора по математике в чаще леса… – После этих его слов енот грустно бухнулся на табуретку рядом с Дмитрием и, открыв учебник для одиннадцатого класса, с самым жалобным видом приступил к чтению.

Пару раз хлопнув глазами, ДТП решился все-таки задать свой вопрос:

– Кто она вообще такая?

На кухне повисла тишина. Енот благоразумно накрыл голову книгой, но молодой старьевщик лишь мило улыбнулся и скромно ответил:

– Лучшее, что случалось с вами после альбома «Арии» «Химера».

Под строгим взглядом хозяина енот снова уткнулся носом в учебник. Дмитрий сидел в прострации.

– Во-первых, я в глубоком культурном шоке, что ты вообще в курсе существования «Арии» и ее альбомов. Во-вторых, тот альбом – днище.

– Это вы сейчас так говорите.

– В-третьих, при чем тут на фиг я?

– Могу только процитировать одного умного человека: «Не хочу портить момент внезапных озарений».

Дмитрий продолжил мрачно хлебать суп. Успокаивало только одно: если весь этот театр был устроен ради девочки, то она определенно в безопасности. Хотя вопросом месяца явно стал «Зачем затевать такой геморрой ради одного ребенка?». Владелец избушки внезапно подал голос:

– Юная леди проснулась и скоро спустится к нам. Я вас накормил, напоил, спать уложил. Осталось только дать мудрый совет, и я очень прошу прислушаться к нему. Не надо формулировать вопрос. Сформулируйте запрос.

– Что? – несколько опешил богатырь. Что вообще за манера такая – разговаривать ребусами?

– Вы очень радели за мою подопечную, и это нужно поощрять. Не пытайтесь узнать у девочки, где ваш отец. Она, безусловно, честно скажет, но от того, что вы определите место, встретиться с ним… сформулируем так, все равно будет нелегко. Просите помощи, не информации. Но сперва отдайте ей куртку. Подарок за подарок.

– А почему ты вообще мне помогаешь?

Старьевщик улыбнулся, и ДТП, закатив глаза, сам ответил:

– Опять не хочешь портить момент озарений?

– Бинго!

Второй раз за день Дора проснулась в своей кровати только потому, что ее сюда принесли. Она смутно припоминала, как слезы сменились сном, но в этот раз, кажется, чай с убойным травяным сбором ей все-таки никто услужливо не подсовывал. Поняв, что солнце давно взошло, девочка буквально подскочила в своей кровати. Дима!

Растрепанная и в мятой одежде, не с первого раза попав ногами в кеды, она бросилась в коридор и вниз по лестнице, но оступилась и чуть не полетела кубарем. На первом этаже принюхалась. Пахло вкусно и очень знакомо. Аромат и тихие голоса привели ее на вчерашнюю светлую кухню. У плиты что-то жарил Александр Витольдович, за столом сидел несколько помятый после сна – возможно, из-за пробивающейся щетины – богатырь и задумчиво ел суп. Рядом на табуретке болтала ногами и не сводила с него глаз невидимая для всех Лола. Сбоку выскочил енот в переднике и чепчике и, сложив лапки на животе, поклонился, после чего указал на одну из табуреток. Дора села.

– Доброе утро, сударыня. Осторожно, еще горячая, – с этими словами опекун поставил перед ней сковороду.

Идеальная яичница, знакомая с детства. Пандора с подозрением уставилась на Пня.

– Ваш батюшка потратил достаточно времени, чтобы передать мне свой фирменный рецепт. Сказал, что сбалансированное питание – это, конечно, важно, но есть кое-что первичное. К примеру, яичница из двух яиц и двух кусков хлеба, без помидоров.

Дора отрезала кусочек и проглотила. Вкус и вправду был как у папы, и уставшую, вымотанную девочку постепенно захлестнуло приятное теплое чувство, словно она была не одна. Хотя и вправду не одна. Дима и Лола рядом. И незнакомый, но такой милый енот. И немного поехавший, но явно заботливый опекун. Впервые за последние дни Пандора расплылась в беззаботной улыбке. Утро было добрым.

Игорь мялся у двери коттеджа Ипполиты Найтмаровны. Вообще, он надеялся поговорить с ней на более нейтральной территории, но, пол-утра прождав коллегу в столовой, получил только парочку «партзаданий на минутку» от завуча, грозивших начисто лишить его времени для так необходимых депрессии и жалости к себе на несколько недель вперед. Робко постучав в дверь, Игорь Октябриевич старательно принялся высчитывать в уме тангенсы, готовясь к встрече с дамой, но коттедж хранил тишину. Он постучал еще. Нет ответа. Он позвонил. Тишина. В конце концов Игорь вошел в раж, умудряясь одновременно бить в дверь ногой, орать и звонить не переставая. За шумом он не расслышал долгожданных шагов и внезапно оказался нос к носу со своей невыспавшейся и злой мечтой. Ипполита Найтмаровна в рубашке на босу грудь и ультракоротких шортах была столь неожиданна и совершенна, что у Игоря само вырвалось:

– Пионерский гладиолус!

Коллега поморщилась:

– Если ты так трезвонил, только чтобы меня обматерить, понятно, почему тебе пора завязывать с выпивкой.

– Я вовсе не… А, впрочем, не важно. У меня вопрос есть. По проблемным детям. Можно войти?

Ипполита Найтмаровна скривилась:

– Я что, похожа на трудоголика, готового ранним утром обсуждать работу?

Подсознание просигналило Игорю, что женщина, назвавшая пятнадцать часов дня утром, только что намертво получила статус идеальной. Игорь в ответ просигналил, что у нее есть и более явные признаки идеальности. К примеру, то, что чуть пониже ключиц. Вслух же сказал:

– Никак нет! Но ты похожа на трудоголика, готового поделиться опытом в обмен на завтрак и кофе.

Та задумчиво прищурилась:

– Коктейли мешать умеешь?

– Обижаешь.

– Ладно, входи. Кухня там же, где и твоя.

Игорю жестом ткнули куда-то влево, и, пока он задумчиво изучал содержимое холодильника, коллега направилась в душ. Все время, пока журчала вода, бывший богатырь не мог сосредоточиться на готовке, ибо воображение одну за другой подсовывало довольно пикантные сцены. Он никак не понимал, что происходит. Ему ж давно не пятнадцать, что это еще за попытки вспомнить молодость со всеми ее проблемами? Поставив омлет на огонь, оглядел шкафчики и со знанием дела открыл самый, на его взгляд, подходящий. На него смотрела рота бутылок. Женщина мечты идеальна во всем.

Смешал водку, калуа и эспрессо, обернулся – уже сидит, голубушка. Штаны надела подлиннее, рубашку застегнула, волосы мокрые, подтяжки обнимают грудь, очки на пол-лица. «Я видел один фильм, который начинался точно так же, – к собственному ужасу, подумал Игорь и резко попытался прогнать мысль. Поставил перед Ипполитой сковородку и сел рядом. Она потянула носом и удовлетворенно приступила к еде.

– Ну, выкладывай, что случилось. Посмотрел на списки деток и в штаны наложил?

– Скорее, не осознал масштаб трагедии. – Игорь открыл электронный журнал на телефоне. – Собственно, хотелось бы сверить часы, мне же этих спиногрызов чему-то учить придется. Начну со вчерашней девчонки. Это вообще кто такая?

– Инвалид, – не отвлекаясь от омлета, хмыкнула коллега.

– В каком месте?

– Понятия не имею. Знаю только, что взяли по какому-то совместному старому гранту оборотней, вампиров и леших, суть которого сводится к безбарьерному обучению детей с ограниченными способностями. На педсовете старуха Альма заявила, что технически среди ровесников девочка – полный и явный инвалид, и возражений у нас не нашлось. Хотя не особо их и искали. Приказ директора и все такое.

– Она хотя бы… – Игорь развел руками, не понимая, как сформулировать. – Хотя бы кто? Ну, по виду.

– Не имею ни малейшего понятия. Никто из преподов не имеет. Может, Котов-Шмулинсон и знает больше, но молчит в тряпочку.

– Итого: у нас подозрительный «технически инвалид» с защитничком уровня мастодонта?

– Именно.

Новоиспеченные коллеги перекинулись понимающими взглядами.

– Звучит как полная и фатальная проблема, – подытожил Игорь Октябриевич.

– Вот-вот. Кто его знает, что мы на этот раз у себя прячем и на кой ляд. Причем есть еще отдельный усугубляющий фактор. Она не будет тут жить.

– Это как?

– А вот так. Нажми на имя в журнале. Да-да, сюда. Пункт «Проживание» видишь? У всех комнаты в общежитии указаны, а она прям у Пня-младшего и кукует все время. Круглый, понимаешь ли, год. Старуха не решилась держать ее у себя.