Максимилиан Жирнов – Зеркало Андромеды (страница 22)
- Дурак ты, Хантер и уши у тебя холодные! Мог бы и не рисковать так! Тебе надо было не танцевать, протаскивая рюкзак через межпространственный барьер, а самому прыгнуть туда, на Полигон! Потом взял бы мою машину, да примчался!
- Это кто еще дурак с холодными ушами, Вилли. На «Трине» я сюда бы летел вечность. Маяков-то у тебя нет.
Инженер издевательски хихикнул:
- Вообще-то есть. Не делай меня совсем уж тупым. Передать информацию через них нельзя, но активировать для «Трины» можно запросто. Правда, вряд ли ты до этого бы догадался – это же я гениальный изобретатель… Впрочем, ты мог бы взять любой другой звездолет. Ладно, как получилось, так получилось. Я мигом!
Вилли схватил рюкзак и помчался в машинное отделение. Прошло несколько минут, как свет и экраны погасли. Только лампы аварийного освещения синими огоньками разгоняли сумрак, да подмигивали цифры на вспомогательном дисплее.
Ингрид, до того хранившая молчание, встрепенулась:
- Что это?
- Вилли отключил оба реактора. Он сейчас втыкает координатные процессоры в полагающиеся им разъемы. Надеюсь, не кувалдой.
Ингрид, похоже, привыкла к выходкам Кларенса. Она улыбнулась, но не наигранно или пафосно, а искренне, от души. Небесно-голубые глаза весело засияли.
Вспыхнули дисплеи. Механический голос проревел:
- Питание восстановлено! Все системы работают нормально!
Едва загорелись световые линии главного освещения, в кабину ворвался Вилли. Он тут же прыгнул за пульт инженера-навигатора. Изобретатель нажал несколько кнопок и, сжав губы, склонился к дисплею. Красные от недосыпания глаза лихорадочно сверкали.
Потом Вилли откинулся на спинку кресла. По щекам пробежали две блестящие дорожки.
- Работает… - прошептал он и громко выкрикнул: - Работает! Есть транссветовая связь!
- Пакеты принимаются? – Кларенс выскочил из кресла, забыв о том, что можно переключить дисплеи на консоли пилота в режим настройки передатчиков.
- Да. Сейчас сообщу координаты Антиземли профессору Невтриносову. Или прямо в Совет ученых…
Кларенс вцепился инженеру в плечо:
- Нет! Нельзя!
- Не понимаю, - Вилли снял и тщательно протер и без того чистые очки. – Или нет… Понимаю. Ты прав, Хантер! Не всегда стоит вмешиваться в естественный ход вещей. Регрессоры, конечно, мешают дикарям наступать на грабли, но эти давно прошлись по целому набору сельскохозяйственных инструментов. А то ведь пришлют какой-нибудь крейсер «Айрон Дьюк», чертов крюк, и… надеюсь, когда-нибудь мы с ними встретимся. Мирно.
Вилли уткнулся носом в собственный локоть и зарыдал – наступила реакция после месяца напряженного труда, после неизвестности, неопределенности будущего. Кларенс коснулся толстой шеи друга:
- Скоро ты будешь дома. Тише, приятель. Здесь дамы.
Над горой пролетел приплюснутый диск с нарисованными поперек красными полосами, потом несколько человек показались на остатках горы.
Ингрид поднялась:
- Открой шлюз. Мне надо узнать, что случилось. Может быть, нужна помощь?
- Не возражаю, - Вилли перестал всхлипывать и потер ладонями залитое слезами лицо. – Все равно нам нужно сбросить кабели. Лететь с такой пуповиной… не комильфо.
Отщелкнуть зажимы и выдернуть провода из внешних разъемов – дело пяти минут. Но Вилли куда-то запропастился. Кларенс бегал чуть ли не по всей горе, спрашивал у спасательной команды землян, где его друг, но так ничего и не добился. Инженер как в воду канул. Кларенс хотел поискать его с воздуха, но Вилли неожиданно показался со стороны срезанного склона. Весь пропыленный, грязный, он недовольно хмурился и все время повторял: «Да как же оно так-то?» За ним плелась Ингрид.
- Плохо дело, - девушка выглядела подавленной, глаза погасли, превратились в две ледышки. - Спутник пятьдесят семь уничтожен. Физик Рен Боз тяжело ранен…
- Не то слово, тяжело, - оборвал ее Вилли. – Его чуть не пополам разорвало. Кишки наружу! Нам пришлось помогать спускать его вниз, в медицинскую палатку. Жуть жуткая!
- Через три месяца состоится заседание Совета Звездоплавания, - Ингрид говорила куда-то в сторону. – Мвена Маса будут судить. Неужели все это ради того, чтобы вы улетели?
- Так точно. Эрг Ноор обещал нам дать напутственного пинка, чтобы мы свалили отсюда как можно быстрее, и он это сделал. Хочешь, возьмем тебя с собой? Вдруг понравится?
- Моя жизнь принадлежит Земле, - Ингрид сжала кулаки. – Прощай, Хантер. Надеюсь… не знаю, на что я надеюсь.
Кларенс никак не мог понять поведения девушки. Ее мимолетная влюбленность, похоже, давно прошла. Сейчас Ингрид, пусть и не без удовольствия, всего лишь выполняла указание сопровождать почетного гостя. И, тем не менее, она за что-то очень сильно переживала.
Вилли показал себя знатоком женских душ. А может, он, как бывший регрессор, просто хорошо разбирался в примитивной психологии аборигенов.
- Не переживай, детка! – он фамильярно похлопал Ингрид по спине. – Что бы ни произошло, мы будем на Совете Зведоплавания. Постараемся отмазать ваших красавцев. Мне все равно надо испытывать свою машину. Зря я тут занимался промышленным альпинизмом с маяком в рюкзаке?
Ингрид взяла Кларенса за руку. Ее ладонь была холодной, как лед.
- Это правда?
- Раз Вилли говорит, так оно и будет. Он – босс.
Ингрид поцеловала обоих. Кларенса – в губы, Вилли – в щеку. Верная традициям землян не говорить лишнего, она молча, не оглядываясь, побежала в сторону спасателей. Вскоре ее тонкая фигурка стала неотличима от других таких же фигурок, разбирающих завалы…
Кларенс и Вилли поднялись в кабину – готовиться к отлету. В отличие от того, что показывают в «космических» фильмах, не было никаких сигналов, предстартовой сирены или отрывистых команд, отдаваемых металлическим голосом. Вилли просто сказал:
- Я все уже рассчитал. Пункт назначения – Полигон.
- Подтверждаю, режим автоматический. - Кларенс лениво глянул на дисплей и выбрал в меню пункт «выполнить». – Готово!
«Призрак» подпрыгнул. Глухо стукнули, уходя в свои ниши, посадочные опоры. Небо из голубого мгновенно стало черным. Засияли далекие звезды. Начался волнительный путь домой.
…Спустя несколько часов Кларенс и Вилли робко мялись у кабинета профессора Невтриносова.
- Иди ты первый, Вилли, - прошептал Кларенс. – Ты вроде как действительный член Ученого Совета. И ни слова об Антиземле.
- Согласен насчет Антиземли. А в кабинет иди первым ты. Кто у нас человек действия? – изобретатель поспешно отступил назад, к противоположной стене.
В который раз Кларенсу пришлось брать огонь на себя. Он на секунду замер, набираясь решимости, и резко постучал в дверь.
- Войдите! – донесся из кабинета голос профессора.
Кларенс распахнул дверь и переступил порог. За ним, робко семеня, проследовал Вилли.
Огромный ученый, как обычно, сидел за столом, что-то набирая на клавиатуре ноутбука. Едва Невтриносов увидел вошедших, его лицо сначала просветлело, потом на него словно наползли тяжелые тучи. Брови сошлись у переносицы.
- Ну и где вас черти носили? – сурово спросил профессор. – Сегодня же ко мне на стол отчет!
- Мне еще с Шейлой объясняться. Впрочем, у меня есть чем ее задобрить, - Кларенс брякнул на стол боевой нож с черной планеты. Вернее, его точную копию. Оригинал надо было изучить и отправить в музей космических артефактов. Закон суров, но это закон.
- А мне майора Крамер уламывать, - подхватил Вилли.
Глаза Невтриносова смягчились.
- Значит, отчет принесете завтра или послезавтра. Но обязательно до симпозиума по физике пространства. И чтобы с подробностями! Ясно?
Разумеется, в отчете, представленном Кларенсом и Вилли, не было ни слова об Антиземле. Зато железная звезда и черная планета удостоились самого пристального внимания.
Эпилог. Совет Звездоплавания
Спустя три месяца после чудесного спасения, Кларенс и Вилли тайком удрали с Полигона на Антиземлю. По маякам транспортная инновационная машина, «Трина», исправно «прыгала» из одной точки в другую, мгновенно преодолевая десятки тысяч световых лет. Любые звездолеты выглядели по сравнению с ней паровозами перед сверхзвуковым реактивным лайнером.
С малыми – до одной десятой светового года, расстояниями, проблем тоже не возникало. Но когда «Трина» уходила в «свободное межзвездное плавание» без маяков, она всегда перемещалась хаотично, совсем не туда, куда ей было указано. И чем дальше она прыгала, тем больше было отклонение.
Внешне же «Трина» выглядела невзрачно – матово-серое «яйцо» размером чуть больше микроавтобуса. Его поверхность казалась абсолютно гладкой – исключая аварийный выход в задней, тупой части «яйца», никаких иллюминаторов, перископов, дверей или люков Вилли не предусмотрел.
Кларенс запустил программу переноса. На обзорных экранах желтые пески Полигона сменились высокими зубцами гор. Вилли подвигал челюстью и пробурчал себе под нос:
- Далековато. Как бы не опоздать. Вот сейчас мы…
И тут же вместо покрытых снегом хребтов прямо перед носом появилось круглое здание с высоким куполом обсерватории и рядами антенн. Над прозрачными дверями сияла надпись на языке Земли… точнее, Антиземли: «Совет Звездоплавания».
Все произошло настолько быстро, что лишь реакция тренированного пилота помогла Кларенсу избежать столкновения. «Трина» проскрежетала по бетону и, не качнувшись, остановилась. Острый конец «яйца» замер в метре от прозрачных дверей.