Максим Злобин – Владыка Нового Мира 3 (страница 9)
– Ну-ну-ну. Не так быстро.
Чайной ложкой ублюдок достал из кружки пакетик, выжал его и положил рядом на стол. Как свинья. Отхлебнул горяченького, и тут наконец удостоил меня взглядом.
– А я смотрю, ты неплохо устроился, да?
– Мы знакомы?
– Можешь звать меня Кай, – вместо ответа сказал человек в белом. – И давай сразу же поговорим начистоту? Я прекрасно знаю, кто ты такой. А вот кто я такой ты даже близко не догадываешься, верно? И согласись, Харон! Спектакль с пентаграммами удался на славу! Наверняка ты подумал, что в твоём городе, – слово «твоём» Кай обозначил жестом, – завелась инфернальная хтонь?
– Послушай…
– Что такое? Маленький мрачный паромщик окончательно сбит с толку?
«Мрачный паромщик». От этих слов меня как будто током тряхнуло.
– Ну? – улыбнулся Кай. – Начинаешь понимать?
И голова действительно заработала. А первым кусочком этой мозаики почему-то стали оливки. Хотя… как раз-таки понятно почему. «Из Иного Новгорода», – эхом прокатились слова официанта, который обслуживал нас с Лизой: «Приехали буквально на днях».
Дальше – разноцветные лягушки. За всей этой беготнёй я почему-то не подумал, что прежде, чем травить гоблинов, их надо было где-то раздобыть. Причём обязательно где-то на юге, ведь по этому берегу Нерки такая экзотика попросту не водится. Ну и наконец Кай.
– Кайрос?
– Ах-ха-ха-ха!
Сын Зевса. Любимый или нелюбимый – не суть важно. Важно, что слегонца «задвинутый». Смертные редко вспоминают о нём даже в тех мирах, где наш пантеон особенно силён. Спортсмены разве что нет-нет, да и обращаются мыслями к «богу счастливого момента».
Хотя на самом деле счастливый момент – это просто выкрученная на максимум магия удачи, которая и среди простых смертных встречается нередко. И вот оно – объяснение тем видео, которые показывал Голубицкий. Вот почему газета прилетела мне в лицо именно тогда, когда прилетела.
Ну… что ж. Да, моя семейка действительно присутствует в этом мире. И да, они меня нашли.
Хреново только, что я ещё недостаточно окреп для противостояния. И вообще! В моих планах было хранить эффект неожиданности до последнего, и нанести первый удар, но… что ж теперь? Всё происходит так, как происходит. Свершившийся, блин, факт. И самое худшее, что я сейчас могу сделать – так это начать истерить.
– Где тело взял? – спросил я. – Своё или одолжил?
– Своё, – довольно улыбнулся Кайрос и оглядел сам себя. – У меня тоже, знаешь ли, повышение случилось.
– Погулять разрешили?
– Ой, – племянничек поморщился. – Прямо вот ранил и убил.
– Зачем ты здесь?
– Вот! Действительно, Харон, давай перейдём к главному. Сперва хотелось бы извиниться за то, что чуть было не уничтожил всю твою паству. Но пойми! Это было необходимо, чтобы ты понял серьёзность наших намерений…
– Ах-ха-ха! – тут настала моя очередь поржать. – Ну что за чушь? А алтарь ты зачем сжечь пытался? Причём дважды. Тоже чтобы подчеркнуть серьёзность намерений? Не получилось у тебя, Кайрос, даже с твоей удачей. А знаешь почему?
– Почему?
– Потому что ты лох.
– Гхым…
Как бы ни старался говнюк сохранить лицо, игривость я с него сбил. И это хорошо. Чем закончится разговор уже понятно, а вывести оппонента на эмоции никогда не помешает.
– Зачем ты здесь? – повторил я.
– Ладно, – Кай отхлебнул из кружки и поставил её на край стола. – Теперь ты знаешь, что мы знаем. И знаешь, что в покое тебя теперь никто не оставит. Но отец готов дать тебе шанс. Так и быть, можешь не умирать. Отправляйся вместе со мной в Иной Новгород, извинись и…
– Исключено.
– Ну, – Кайрос развёл руками. – Как знаешь, – а следом призвал свой личный артефакт.
Даже близко не представляю, как именно удача связана с опасной бритвой, но именно ею орудовал сыночек Зевса. Я же в ответ материализовал весло, ну а дальше понеслась…
– Ах-ха-ха!
И первый же мой удар пришёлся криво. Кайрос выскочил из-под весла в самый последний момент, и получилось так, что я со всей дури приложил по столу. Стол не сломался, но опрокинулся. Недавно вскипевший чайник и кружка с горячим содержимым полетели мне прямо в голову. Увернулся лишь чудом, – упал в тень и тут же вынырнул обратно.
И тут же принял на щиты удар бритвой. Причём гад явно что проверял их наличие, а не старался убить или навредить. Просто в плечо тыкнул и всё.
Так…
Ну что? При всём моём уважении к собственным навыкам фехтования, надо бы отступить. Сторожка не лучшее место для драки. Рано или поздно мы перейдём к борцовской возне, тут-то бритва меня и достанет. Наверное. Насколько он силён я даже близко не представляю, но явно что сильнее простого смертного.
– Эть!
Я сделал ложный замах правой рукой с веслом, а левой схватил Кая за шиворот. Весло развеял, сунул ему кулаком в рожу, – как будто по кирпичной кладке шарахнул, – и поднял за грудки. А пока бог удачи на скорость пытался перепилить мне бритвой запястье, вместе с ним побежал в сторону окна.
Окно, ясен хрен, не разбилось, – удача же! Вместо этого створки расхлебенились под весом Кайроса настежь, тот кувырнулся через подоконник назад и приземлился на ноги. Разве что: «Але-оп!», – не сказал.
Но всё равно моя взяла. Отлично ведь! Зачем превозмогать один на один, когда можно замесить ублюдка толпой? Честь? Совесть? М-м-м… ну допустим. Вот только зачем я в таком случае армии собирал и города завоёвывал? Чтобы дальше всё в одного вывозить? Ну уж нет. Теперь мой враг оказался на улице, под прицелом у гвардейцев, и уж вместе мы его залупим будь он хоть трижды богом и…
Стоп.
А вот и первое «но» подъехало. Но-но-но. Очень много будет «но» в этом поединке, и с этим я уже смирился. Однако то, что случилось дальше всё равно перебор.
Невдалеке раздался грохот, крик:
– Да куда ж ты прёшь⁈ – а следом треск и характерное фырчанье оленегаторов.
Высунувшись в окно, я увидел, как два экипажа «Такси Харон» с какого-то хрена бортанули друг дружку. То есть не разошлись на пустой дороге в городе, где автомобильного трафика нет вообще. Единственное разумное объяснение такому ДТП: таксёры не договорились кому первому проезжать в ворота, и вместо обгона устроили гонки.
Так вот! В одном из экипажей были наши, – Андрей, Батяня и Черникова, – и тяжёленький чёрный джип-повозка устоял на всех четырёх колёсах. А вот второму экипажу не так повезло. Пристёгнутый к оленегатору через хитрую оглобельную систему прицеп начал заваливаться набок. Причём происходило это с ним на полной скорости, ведь испуганный оленегатор даже не думал тормозить; остановись он, и огромная штука позади переломала бы ему все ноги.
Дальше – ещё интересней. На прицепе стояли большие и грязные даже на вид пластиковые бочки литров так-эдак на сто. Да, тросами эти бочки закрепили, но закрепили на случай небольшой тряски, а не полного переворота прицепа, – тут уж ничто не спасёт.
Одна за другой, бочки будто шары для боулинга полетели в сторону гвардейцев. Которые, в свою очередь, и так уже спешно упёрдывали кто куда, лишь бы не угодить под прицеп. Бах! – под собственным весом разбилась о камень мостовой первая бочка, а следом и, – бах! Бах! Бах! – остальные.
Чёрная жижа начала разливаться по дороге.
На долю секунды мой разум предположил страшное, и я начал судорожно вспоминать – а было ли такое, чтобы городские ассенизаторы-частники заключали договор с нашем такси? Ведь если всё так, то в бочках вполне могло быть… ан-нет. Не оно. Но лучше бы, наверное, было оно. Изгваздаться в дерьме было бы куда обидней, зато менее травматично.
В бочках было масло. Резкий запах привокзальных чебуреков ударил в нос, и все сомнения тут же пропали.
Секунда, две, вонючее цунами настигло гвардейцев и начался цирк. Кто-то поскользнулся просто так, кто-то в попытке перепрыгнуть ошмётки бочки, а кого-то к земле потянул поскользнувшийся сосед. И навернувшись раз встать было уже невозможно. Гладкий камень мостовой в масле, руки в масле, кителя тоже моментально вобрали в себя эту дрянь. Городские стражники во мгновение ока превратились в потешных скользких тюленей.
Семеро гвардейцев пали и теперь култыхались на земле. Двое, не отрывая стоп от земли, неуклюже скользили прочь от нагоняющего их прицепа. Но троица самых крепких и осторожных всё-таки осталась стоять.
И трое – это лучше, чем ничего. Уверен, что даже таким составом…
– ПОБЕРЕГИСЬ!!! – раздался крик откуда сверху, и тут же на одного из оставшихся на ногах гвардейцев с небес пролилась красная краска. Сперва. А потом ещё и пустое пластиковое ведро прилетело. – ОСТОРОЖНО!!!
Высунувшись из окна ещё дальше, я поднял голову вверх и увидел дивное диво. На крепостной стене висел промышленный альпинист, а чуть ниже болталась деревянная площадка, на которой он по идее должен был стоять.
Ну а вниз тем временем летели вёдра с краской. Красной альпинист красил зубцы стены, а тёмно-серой проходился по кладке. Ну… хотя бы так. Без попугайства обошлось, и в какой-то степени даже стильно.
Итак! Одному из оставшихся гвардейцев пустое ведро упало прямо на голову, тот рефлекторно сделал шаг, поскользнулся и упал. Двое других навернулись в попытке увернуться от других вёдер, и на этом всё. На этом вся моя охрана закончилась.
Примерно тут же прицеп с грохотом остановился и перегородил собой выход из города. Итог: улица в масле, дома в краске, и вся сторожка, – включая моё торчащее из окна лицо, – в мелкую красно-серую крапинку. А Кайрос чистенький стоит. Что масло, что краска чудесным образом его не задели.