Максим Злобин – Владыка Нового Мира 3 (страница 4)

– А что именно ты рисуешь, он тебе объяснил?

– Да какая мне разница⁈ Мне деньги нужны!

Тут парнишка расплакался, – скупо так, мужественно, по тринадцатилетнему, – а я ослабил ауру. Достал из кошелька несколько купюр и запихнул мальчишке в карман. Наверняка не от простой жизни он схватился за эту ночную подработку.

– Куда его, Ваше Владычество?

– Проводите до дома, – ответил я. – Ты же скажешь теперь, где твой дом, верно?

– Скажу.

– И заодно оцените, что там за обстановка, – попросил я гвардейцев. – Ну… Понимаете, – тут я похлопал себя по шее.

– Понимаем, Ваше Владычество.

– Если вдруг что, звоните напрямую Менделю, пусть что-нибудь придумает.

Заочно накинув своему шурину должность министра по делам несовершеннолетних, я проводил всю троицу взглядом и тяжко вздохнул. Расстроился, конечно же. Только-только за ниточку ухватился, а она сразу же оборвалась. Ничего парень больше не скажет, потому что действительно не знает. И есть у меня теперь только описание рекрутёра – таинственный дяденька в белом.

– Алло⁈ – в глухих новосадских переулках связь ловила хреново, но всё-таки ловила. – Алло⁈

На том конце провода о чём-то хрипел Андрей Голубицкий. Граф тоже участвовал в сегодняшних ночных облавах, ибо нечего. Лодка-то у нас одна.

– Погоди! – крикнул я в трубку, огляделся по сторонам, нашёл пожарную лестницу и залез на крышу. – Алло? Слышно?

– Вот теперь слышно, – ответил Его Сиятельство.

– Новости?

– Новости, – согласился Андрей. – Схватили аж трёх малолеток. Каждый рисовал на стенах баллончиком, и каждый рассказал про человека в белом, который им за это заплатил. На этом всё, к сожалению.

– Трёх, значит?

– Трёх.

Ну… это уже статистика. И надо бы сейчас какой-то гениальный, – или не очень, – дедуктивный вывод сделать. Например, за неимением ничего другого домотаться до баллончиков. Ну да, точно! Где-то ведь он их взял. Где-то закупил оптом, чтобы потом раздавать направо-налево.

– Значит так, Андрюх, – сказал я. – Попроси своих пробить всех владельцев строительных магазинов. Буди́те их и дёргайте на места. Если понадобится – силой. И кстати, ты где сейчас находишься?

Голубицкий продиктовал мне адрес, а я по случаю уверенного сигнала вызвал себе «Такси Харон». Рудик сегодня на всякий пожарный пасётся под окном у Лизы, а пешком ходить… находился я уже пешком, если честно. Хватит.

Итак. Спустя час мы с Лысым Опездолом уже входили в первый из магазинов. По иронии судьбы, это был тот же самый строительный, в котором я когда-то давно закупал для гоблинов строительные каски. Хозяин лавки меня узнал и даже пытался шутковать о том-де, что вона как жизнь сложилась. Ну и всячески оказывал содействие городской администрации, не без этого.

За что и ему, и судьбе-затейнице большое спасибо. Ведь оказалось, что мы попали в цель с первого раза.

– Был такой, – рассказывал лавочник. – Его попробуй не запомни, ага. Попросил у меня картонку ненужную, чтобы баллончики на ней проверить. И ведь каждый проверял! А он же при этом в белом весь! Я думал сейчас точно угваздается и истерить начнёт, но нет. Спокойно расплатился и ушёл. Уехал вот на такой же модной телеге, как у вас…

Оп-па!

Ну это вообще моя стихия. Следствие идёт дальше, ведь доступ ко всем заказам такси я могу получить в два счёта. И таксёры со своим непосредственным работодателем посотрудничают, уж в этом я уверен. Осталось только узнать, когда примерно это было.

– Момент!

Мужичок достал из-под прилавка мусорную корзину с чеками, и после непродолжительных поисков сообщил, что незнакомец в белом затаривался краской ровно в четыре часа дня, то есть прямо во время концерта. Не до и не после, так что повышенного спроса на оленегаторов и часа пик в тот момент не было.

– Да-да! – напоследок крикнул нам лавочник. – Вы передайте, пожалуйста, Арсению Михайловичу, что у меня каждая покупка учитывается! И что налоги платятся в полном размере! И спасибо ему передайте за всё, что он делает!

О как…

Правильного человека я на пост минфина всё-таки выбрал. Вон как малый бизнес замордовал. Причём без лишнего шума и самостоятельно, – так что я даже не в курсе. А «спасибо» я ему передам прямо сейчас.

Он ведь работу «Такси Харон» изнутри лучше знает, вот пускай и займётся.

– А? Что? Кто? – ответил на звонок Карякин и захрапел, не дождавшись ответа. Пришлось перезванивать. Затем ещё раз, и ещё. И только с четвёртой моей попытки старичок раздуплился. Понял, что от него хотят, побурчал немного, но всё же принялся исполнять.

Как итог – ещё через час мы пересели в другое такси, к тому самому таксисту что подвозил человека в белом.

– Да он много где был, – принялся вспоминать оленегаторный всадник. – По всему городу меня погонял, и везде платил за ожидание. А что случилось-то?

– Неважно. Последняя точка его маршрута где была?

– Да дом какой-то, – таксёр почесал репу. – Жилой.

– Адрес?

– Не помню, Харитон Христофорович. Вот хоть убей не помню. За весь день так по городу намотаешься, что всё в одно сливается.

– А визуально? – уточнил я. – Быть может, запомнил что-нибудь?

– Хм-м…

Таксист задумался. Прикурил. За три тяги выдолбил сигарету аж до фильтра и тут вдруг просиял:

– А ведь запомнил, Харитон Христофорович! Запомнил, есть такое! Там дом со статуями, и у одной из статуй носа нет!

– Так…

Кажется, я знаю, что это за дом такой.

– Поехали.

По дороге звонили. Голубицкий связался с Котовым, приказал сворачивать бессмысленную ловлю малолеток и гнать гвардейцев на Третью Каменную. Внешним кольцом взять в оцепление все прилегающие улицы, и внутренним дом с безносой статуей. Я же в это время повторно разбудил Карякина.

– Ты мою квартиру уже сдал что ли?

– Сдал, конечно, – честно ответил дядь Сеня. – А чего мне тебя ждать-то? Ты же во дворец к Сиятельству с концами перебрался. И не платил, кстати, аж за два месяца! Метры пустуют, а Зуеву квартплату вынь да положь.

– Погоди… ты у него до сих пор старшим по подъезду подрабатываешь?

– Ну да.

– Зачем, дядь Сень?

– Ты… это… слышь⁈ – взорвался Карякин. – Ты меня жизни-то не учи! Я знаешь сколько работ поменял⁈ Должности приходют и уходют, а управдом – это призвание!

– Тише, дядь Сень, тише. Ты сейчас лучше, знаешь что?

– Что⁈

– Запрись хорошенько.

– Э…

– И расскажи мне кому ты сдал квартиру.

По ту сторону трубки послышалось шебуршание, а затем лязг ключей.

– Заперся?

– Ага.

– Ну тогда вещай давай. Что за человек такой?

– Да человек как человек. Имя только у него какое-то, – дядь Сеня вздохнул. – Сакмай, во! То ли башкир, то ли татарин, хотя рожа прям рязанская. И по-русски шпрехает чистенько, так что не дое… эт-самое. Я ведь, понятное дело, сразу за это зацепился, интересно же. Пытался узнать кто, да откуда, а тот всё говорил, что местный, и как-то так от вопросов всё время уходил. Я и подумал, мол, неловко человеку, чего я лезть буду? Так! Сейчас я книжку домовую найду, у меня там его полное ФИО записано. А что такое-то, Харон? Преступник что ли?

– Вполне возможно, – ответил я. – Во всём белом ходит?

– Ох! – вырвалось у Карякина. – А ты откуда знаешь⁈ Так… вот она, книжица моя. Ну да! Точно! Сакмай Дикович Факофф. С двумя «ф» на конце, он меня помнится попросил правильно записать.