Максим Журавлёв – The Жигало (страница 6)
Она улыбнулась – впервые по-настоящему, без горечи.
– Дурак ты, Саша. Я же клиентка. Завтра перестану платить – и уйдёшь.
– Уйду, – согласился я. – Но это ничего не меняет.
Она покачала головой, но в глазах было тепло.
В конце третьей недели случилось то, чего я не ждал. Мы закончили занятие, она устала, но была довольна – в этот раз ей удалось чуть-чуть пошевелить стопой. Я собирал массажные масла, когда она сказала:
– Останься сегодня. Просто так. Посидим, выпьем чаю. Я устала от одиночества.
Я остался. Мы пили чай на кухне, говорили о пустяках – о погоде, о книгах, о Москве. Потом она вдруг замолчала и долго смотрела на меня.
– Можно тебя попросить? – спросила тихо.
– Да.
– Обними меня. По-настоящему. Я забыла, как это – когда тебя обнимают не за деньги и не из жалости.
Я подошёл, наклонился, обнял. Она прижалась, уткнулась лицом мне в плечо. Я чувствовал, как она дрожит – мелко, едва заметно, как тогда Лариса. Но в этой дрожи не было ненависти, было что-то другое. Благодарность. Тоска. И надежда.
– Спасибо, – прошептала она. Я молчал. Просто держал её в руках и смотрел, как за окном зажигаются огни на набережной.
В ту ночь я остался у неё. Не как любовник, не как сиделка – просто как человек, который был рядом. Она уснула в своей спальне, я лёг на диване в гостиной, укрывшись пледом. И впервые за долгое время спал спокойно, без кошмаров.
Утром она разбудила меня завтраком. Кофе, яичница, свежие круассаны – она сама всё приготовила, передвигаясь по кухне на кресле с ловкостью, которой позавидовал бы любой здоровый.
– Ты останешься? – спросила она, когда я доедал.
– Я приду завтра, как обычно.
– Я не про завтра. Я про сегодня. И завтра. И послезавтра. Останешься в моей жизни?
Я посмотрел на неё. Она ждала ответа, и в глазах её был страх – настоящий, детский страх, что я сейчас встану и уйду.
– Я уже остался, – ответил я. Она улыбнулась. И в этой улыбке было столько света, что на миг я забыл, кто я и зачем сюда пришёл.
Вечером позвонила Елена.
– Как успехи?
– Хорошо. Она двигается лучше.
– Я не про то. Она довольна?
– Да. – Значит, будешь работать с ней постоянно. Я нашла тебе ещё пару клиенток, но Светлана – приоритет. Она просила, чтобы ты приходил пять раз в неделю. Оплата – вдвое.
– Я согласен.
– Ты молодец, – сказала Елена. – Я в тебе не ошиблась.
Я положил трубку и долго смотрел в окно. За окном была Москва, огромная, чужая, равнодушная. А в этой квартире, на Фрунзенской, жила женщина, которая ждала меня завтра утром. Не за деньги. Или за деньги? Я уже перестал понимать.
Но одно я знал точно: ради таких минут, когда кто-то говорит тебе «спасибо» и улыбается по-настоящему, можно продавать себя хоть сто раз.
Потому что в эти минуты ты перестаёшь быть товаром.
Ты становишься человеком.
Глава 4. Пределы
Месяц пролетел как один день. Светлана, Ирина Сергеевна (она возобновила встречи после того, как я перестал быть «слишком настоящим» для Ларисы), ещё пара женщин, которых подобрала Елена – всё смешалось в калейдоскоп лиц, имён, квартир, ресторанов, постелей. Я жил в режиме, который сам себе выстроил: утро – Светлана, день – спортзал, вечер – очередной выход. Между ними – метро, автобусы, пешие переходы, короткие перекусы в дешёвых столовых и редкие часы сна.
Деньги приходили. Я перестал считать копейки, впервые за долгое время купил нормальные продукты, оплатил коммуналку на полгода вперёд, даже отложил немного. Матери в Рязань отправил перевод с запиской: «Всё хорошо, работаю, скоро приеду». Она позвонила, плакала от радости, говорила, что всегда знала – я найду себя.
Я не стал её разубеждать.
В зеркало я смотрелся редко. Не потому, что боялся увидеть правду – просто некогда было. Но в тот вечер, перед выходом к новой клиентке, я задержался взглядом на своём отражении в мутном зеркале прихожей.
Двадцать восемь лет. Вроде бы молодой ещё. Но глаза – старые. Так мне казалось. В них было то, чего не должно быть в глазах человека, которому нет тридцати: тишина кладбища и холод наблюдательного пункта.
– Ничего, – сказал я отражению. – Прорвёмся.
Новая клиентка жила в башне «Москва-Сити», на пятьдесят третьем этаже. Елена предупредила: «Особая. Очень богатая, очень скучающая. Любит молодых, но быстро остывает. Твоя задача – продержаться хотя бы три встречи. Если пройдёшь тест-драйв, будешь в шоколаде».
Звали её, допустим, Жанна. Сорок два года, свой бизнес – что-то с недвижимостью, муж в Лондоне, дети в Швейцарии, она в Москве – одна в трёхсотметровых апартаментах с видом на всю столицу.
Она встретила меня в шёлковом халате, распахнутом ровно настолько, чтобы было видно дорогое бельё, но не более. Высокая, худая, с острыми коленками и острым взглядом. Брюнетка с короткой стрижкой, длинные серьги, пахнет деньгами и одиночеством.
– Раздевайся, – сказала она вместо приветствия.
Я разделся. Не спеша, глядя ей в глаза. Она изучала меня как скульптуру – холодно, профессионально, без намёка на желание. Подошла, обошла вокруг, коснулась пальцем шрама на бедре.
– Это откуда?
– Пуля.
– Воевал?
– Служил.
– Красиво, – она усмехнулась. – Шрамы украшают мужчину. Одевайся. Пойдём ужинать.
Я оделся. Мы пошли в ресторан на том же этаже – стеклянный куб, парящий над городом. Она заказала устриц и шампанское, говорила о бизнесе, о том, как ей надоело всё, о том, что муж трахает в Лондоне какую-то модель, а ей плевать. Я слушал, кивал, задавал вопросы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.