Максим Волжский – Фильтр из близнецов. Часть 2 (страница 3)
Он не шевелился и не дышал. Потом поднял очки, оставив их на лбу.
— Рано хоронишь меня, Вассер, — сказал мальчик-шахматист. — Ланге-младшему десять лет. Пора бы уже запомнить и не дёргать меня по мелочам!
Клос приложил палец к губам и кивнул, соглашаясь, что зря отвлёк пацана от работы.
В комнате царила какая-то нездоровая атмосфера. Ваня зачем-то решил пошутить:
— Дедушке сто лет. Мальчику десять… И они не близнецы...
Первым отреагировал старик.
Дед привстал, опёрся руками на стол и придвинул своё лицо ближе к Ивану.
Его волосы были так редки, что можно пересчитать все волоски до единого; всего минута, и подсчёт закончен. А лоб старика был высокий. Такой лоб бывает только у мудрецов или безумцев. Он смотрел куда-то в пустоту, словно сквозь Ивана.
— Зачем ты здесь? — хрипло спросил Дед, и в его глазах мелькнуло безумное озорство. — Ты здесь, чтобы бороться с другими близнецами... Мы сделаем из тебя фильтр, Ванька... А если откажешься, то они тебя убьют.
Алекс положил руку на плечо старика.
Дед присел на место.
Клос пожал плечами.
Пацан в очках оскалился щербатым ртом.
— Мы давно тебя искали, русский Иван. Ты сильный близнец, — сказал мальчишка и прищурился, оценивая нового знакомого. — С тобой, Иван, мы всё исправим, и я снова стану здоров, а ты будешь жить тысячу лет... И ещё... Ты Деда не слушай. Он давно выжил из ума…
***
Москва. Квартира Ивана Смирнова.
Как человек дотошный, Лиза вцепилась в парня, словно весенний клещ.
Она решила добиться правды.
— Ещё раз спрашиваю. Кто такой Иоганн Смирнофф? — настаивала на ответе Лиза.
— Не смогу объяснить. Ты не поверишь, — ответил Иоганн. — Да это и неважно.
Лиза кивнула.
— Допустим. Тогда скажи, кто такой Александр Фогель?
Она не привыкла, что из нее делают дуру. И хватит здесь говорить загадками!
Но главное — ей жуть как понравился этот странный Фогель. Она могла просто собрать вещи и уйти, но её останавливал мистический Фогель... Странный парень, этот Фогель. Казалось, что он может исполнить ее самые заветные желания... А Ваня сегодня разошелся и врал не останавливаясь. И Лиза ему верила, настолько он был убедителен. Ваня клялся в любви и даже пустил слезу. Он будто играл на публику.
Иоганн служил в цирке у известных дрессировщиков Берманов. Братья Артур и Лион поддержали русского, взяв его в свою труппу. Он служил уборщиком, но в Иоганне был замечен удивительный талант. Он будто умел видеть будущее.
Все русские семьи проживали на Урале. Выбраться из резервации почти невозможно. Только у самых изворотливых получалось перехитрить систему и пользоваться благами германской цивилизации.
Родился Иоганн в Парме-Рус. Закончил пять классов. Это стандартное образование для русских детей.
С тринадцати лет он получал дотации, не думая о работе, учебе и других развлечениях, доступных настоящим немцам. Но Иоганн любил учиться и много читал в гебсети. Благодаря потрясающей памяти русский впитал горы информации: полезной, а порой и совсем никчемной — что, впрочем, пошло только на пользу.
***
Урал. Парма-Рус... В карантинном отделе полиции служили исключительно немцы. Они вели запись новорождённых, регистрировали умерших, придирчиво следили за миграцией в другие земли. Работали полицейские по контракту, приезжая по распределению со всего света. Служили на Урале они не более трёх лет, с дальнейшим переводом на вышестоящую должность.
Иоганну было чуть за двадцать, когда он подал первую и последнюю заявку на выезд из русской резервации.
Обычно проверка происходила без бюрократических проволочек. Всего сутки, и заявитель получал ответ от карантинного отдела. Как правило, ответ был отрицательным. И чтобы подать повторное заявление, необходимо ждать целых пять лет. Потому Иоганн разработал филигранный план.
Он готовился к подаче заявления загодя и узнал имена всех инспекторов, принимающих решение о выезде из резервации, и был осведомлён о семейном положении всех карантинных полицейских.
Иоганну повезло, как бы цинично это ни звучало — он нашёл свою жертву и ступил на опасный путь.
У одного из полицейских, капитана Готфрида Рогге — болела дочь. Дочку мучила жуткая хворь. Двенадцатилетняя девочка страдала детской шизофренией.
Герда Рогге не спала по ночам, плохо разговаривала, беспричинно плакала и почти не посещала немецкую школу. Переезжая в далёкую Парму, Готфрид мечтал изменить жизнь семьи в надежде, что переезд, смена климата и новые знакомства помогут дочери избавиться от страшной болезни. Но не помогло. Замедленная моторика, вялость и апатия преследовали Герду, отравляя жизнь себе и родителям.
Иоганн нацелился на эту семью, точнее, на девочку.
Он прошерстил все доступные сайты в гебсети, выискивая медицинские статьи. Его интересовали исключительно душевные недуги... Иоганн выучил названия болезней, их симптомы, период критических обострений психических заболеваний, способы лечения и профилактику. Знал медицинскую терминологию — и даже неглупый господин Готфрид Рогге был пойман на крючок, как жирный сазан в Каме... В итоге именно Готфрид помог сбежать русскому парню в Адольфштадт.
Подавая заявление о переезде, Иоганн действовал с выдумкой, подготовившись к главному этапу, как к последнему и решающему сражению.
Заполняя анкету, он признался в любви к немецкому народу и безграничной преданности Великой Германии. Возможно, это был единственный шанс обратить на себя внимание.
Неприкрытая ложь не могла не остаться не замеченной. После Большой войны прошли долгие года, но до сих пор память о геноциде над советским народом жила в сердцах русских людей. И ни один выживший русский не признавал немцев своими хозяевами.
Этим, казалось бы, примитивным признанием в любви, Иоганн выдернул капитана Рогге из привычного равновесия.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.